вижу, в себя верю! Он и там не опозорился. Вдул ей так, что только в ушах свистело.
– Но Банта не рожала, насколько я знаю.
– Ну и что? Кокос не виноват в этом. Марина виновата. Она неправильно дни случки подсчитала. Старуха вообще сильно сдала и в последнее время все чаще ошибается.
Саше было неприятно слышать, как Олег высказывается про Марину Захаровну.
И он перебил Олега:
– Так и что ты хочешь сказать? Был ты у отца Лики в гостях и что?
– А то, что у старика шикарная четырехкомнатная квартира в старом фонде! Огромная! Коридор может быть использован в качестве взлетной полосы! В хатке квадратов двести, я тебе отвечаю. Или даже больше. Каждая комната метров двадцать, а то и тридцать. Коридор длиннющий, в середине расширяется и получается вроде еще одна комната, можно использовать как гостиную. Да еще плюс холл, он тоже немаленький. Потом ванна, санузел, какие-то кладовки и подсобные помещения. Единственное, что мне не понравилось, так это кухня. Она была просто крохотная. Метров двенадцать, никак не больше.
– Ничего себе! Двенадцать метров! Да многие просто мечтают о такой кухне!
– Знаю. И все же по меркам остальной квартиры эти двенадцать метров казались сущей ерундой. Но старик мне объяснил, что в прежние времена кухня считалась вотчиной кухарки, это было ее царство-государство, а потому большой метраж прислуге никто выделять не собирался. Сами господа на кухню даже и не совались. Обедали в столовой, гостей принимали в гостиной, спали в спальнях, работали в кабинетах, а дети у них жили исключительно в детских. Вот времена были, да?
– Наверное, далеко не у всех было в домах так просторно, – предположил Саша. – А откуда у отца Лики эти апартаменты?
– Ну, как я понял, старик вообще был богат.
– А чем он занимался?
– Это никакой не секрет, удобрениями. Старикан вообще обожал потрендеть про свой бизнес. В девяностых они с двумя приятелями организовали собственное производство жидких комплексных удобрений. Тогда это было ноу-хау. Нет, удобрения в стране были, но рассчитать дозировку садоводам и огородникам предлагалось самостоятельно. Часто случались ошибки в применении. То много сыпанут, то мало. А тут в бутылочке уже все в нужной пропорции намешано. Разводи и поливай или опрыскивай. Красота!
– Да, удобно. У меня родители тоже любят жидкие подкормки.
– Все трое друзей были химики-биологи, арендовали в своем институте какое-то небольшое помещение и первое время варганили там чуть ли не вручную эти смеси, которые затем сами же разливали по красивым бутылочкам, которые тоже у кого-то покупали, и распространяли по магазинам. А то и просто на садоводческих развалах вставали со своим товаром. В рекламе всякие там гуматы и прочую лабуду для богатых урожаев упоминали. Народ на такого рода вещи был падкий. Картошка с кулак – ого! Клубника с грецкий орех – хочу! К тому же эти удобрения и впрямь были хороши и отличались сбалансированностью состава. Не просто азот, фосфор и калий, а куча еще других элементов и микроэлементов. Раньше частникам приходилось самим мудрить, что и с чем смешать, а тут они получали готовый раствор, который нужно было лишь разбавить в нужном объеме воды. И вперед! Хочешь для зелени, вот тебе бутылочка для зелени. Польешь, и салатом, петрушкой и укропом всех своих близких одаришь. И на продажу еще останется. Хочешь цветы, будут тебе цветы. Удобрение отдельно для роз, отдельно для кактусов, отдельно для хвойных, отдельно для комнатных.
– А разве бывает иначе? У моих предков в сарае целая батарея из разных удобрений.
– Теперь почти всюду так. А в те годы все было иначе. Такие удобные для использования удобрения были людям в диковинку. К тому же работали эти смеси просто отлично, люди быстро их распробовали и начали покупать. А что? Никаких проблем, разводи, поливай и снимай урожай. Деньги потекли к троим друзьям просто рекой. Они не растерялись, решили ковать железо, пока горячо. Бросили свои кандидатские, сняли помещение побольше, потом открыли заводик, расширили ассортимент, и понеслось дело. С тех пор они жили себе припеваючи, поскольку их продукция была дешевле импортных аналогов, а работала ничуть не хуже.
– Понятно.
– Но это еще не все! Когда они начинали свое дело, все трое были уже не мальчики. С тех пор прошло тридцать лет, и двое компаньонов отъехали в мир иной. Наследников у них не осталось, и свои доли они отписали Павлу. Смекаешь, к чему я веду?
– Он стал в три раза богаче.
– О чем и речь! И как раз, когда я к нему приезжал с Кокосом, он мне рассказал, что продает бизнес, потому что стало ему невмоготу следить за производством, а надежного человека найти не может, на дочь надежды никакой нет, девчонка еще, ветер в голове, так что бизнес он продает.
– И продал?
– Продал!
– И много взял?
– Да уж немало. Все-таки само помещение, оборудование, автопарк. В месяц бизнес приносил ему чистой прибыли до миллиона. В год чистая прибыль составляла больше десяти миллионов. Живи и радуйся! Думаю, что около миллиона долларов он за свой бизнес получил. Может, больше.
– Это же целое состояние!
– И было это, повторяю, незадолго до его смерти. Так что свое состояние он вряд ли успел спустить.
Саша молчал. Он пытался осмыслить цифру, которую назвал ему Олег.
– Так это получается, что Лика – богатая наследница?
– О чем и речь! И если у нее есть какие-то родичи, муж, например, то этот тип будет первым в списке подозреваемых в ее убийстве!
К этому времени они уже въехали в центр города. И Олег остановил машину неподалеку от здания цирка. Дома тут были породистыми, а их фасады роскошными. В паре минут ходьбы находился Летний сад и Марсово поле. Если пойти в другую сторону, то обязательно выйдешь по Малой Садовой на Невский проспект. А хочешь, так можно прогуляться по набережной реки Фонтанки мимо Шереметевского дворца, мимо студенческих залов бывшей Публичной, а ныне Российской национальной библиотеки к самому Аничкову мосту и четырем сказочно прекрасным коням Петра Карловича Клодта.
Одним словом, место было на зависть многим. И жить в нем мечтали тоже многие. Но им такое счастье не выпало, а выпало оно Павлу – отцу погибшей сегодня Лики.
Глава 5
Парадная была такой шикарной, а лестница такой широкой, что казалось, даже великие князья, случись им тут оказаться, не побрезговали бы прогуляться по этим ступеням.
– Квартира на втором этаже. Балкона нет. Но это ее единственный минус.
Дверь была шикарной, двойной, сразу как-то становилось
