— До встречи, Аврора.
— Пока.
И я, возможно, впервые за долгое время спускалась в метро счастливой и с дурацкой улыбкой на лице.
Глава 11
38,8 и муж по вызову
Не всем планам суждено сбыться, или события происходят не так, как мы планировали — хуже или лучше. Со мной такое часто случается.
Назавтра утром я проснулась от сильного озноба. Не могла согреться под тёплым одеялом, горло ужасно болело, и голова тоже. Я встала лишь чтобы дойти до туалета и набрать графин воды, который поставила у кровати. И замерила температуру. Градусник отчаянно запищал, показывая 38,8. Боже, за что мне это⁈
Первым делом я написала на работу. Сначала подумала, что нужно было позвонить, но у меня, кажется, не было голоса. На работе посочувствовали в меру приличий и напомнили, что в это тяжёлое для всех время, особенно для меня, без отрицательного теста на модную болезнь мне в офисе появляться нельзя.
Какие времена, такие и нравы. Винить сейчас никого нельзя. Каждый выживает как может.
Нужно было вызвать врача. Я набрала общий номер, но бодрый голос автоответчика вещал, что для вызова врача на дом нужен номер полиса ОМС. Я сползла с кровати и кое-как добралась до шкафа с документами, несколько раз на ходу отключаясь. Благо, я человек аккуратный, всё складываю в одно место, я быстро нашла нужную бумажку. Путь назад до кровати оказался сложнее, чем от неё, но я справилась, взбираясь, как альпинист на Эльбрус.
С трудом, почти без голоса, объяснила ситуацию. Хорошо, что на том конце провода оказалась понимающая девушка. Она с третьей попытки записала мой домашний адрес и пообещала, что врач будет в течение дня.
А потом я, как приличная женщина, решила отменить свидание. Я боялась и ждала его. Я, взрослая женщина, которая была замужем, боялась пойти в гости к мужчине после того, как у нас даже секс уже был. Но вместе с тем я очень хотела пойти.
«Алекс, извини, сегодня ничего не получится. Я заболела».
Потом написала Ире, она ответила почти сразу: «Держись, дорогая. Я сегодня допоздна. Заскочу к тебе ночью». «Спасибо, не нужно. У тебя же самые горячие дни». «Ок, пиши, если что нужно».
И тут ответил Алекс: «Как ты? Температуру меряла?»
Это было неожиданно. Я ждала грустный смайлик или вообще ничего.
«Не очень, 38,8».
«Ты живёшь одна?»
Это странный вопрос. Именно так мошенники втираются в доверие, когда человеку плохо, он болен, ослаблен и не соображает. Я была как раз такой.
«Да».
«Напиши адрес, я приеду».
И я написала, потому что сейчас мне очень была нужна помощь, даже если он меня ограбит. Я не думала, правильно ли это, не могу ли я навредить себе и ему. Мне просто нужна была поддержка. А может быть, он и не приедет вовсе, тогда всё моё беспокойство зря.
Я провалилась в бредовый сон. Там была моя мама, но она быстро ушла. И мой сын, мой мальчик, которого я именно так и представляла, но и он меня тоже оставил. А потом был бывший муж. Его здесь быть не должно, в этой веренице мёртвых ему не место. Он жив, но моё подсознание в это не верит. Оно знает больше меня. Оно показывает то, чего я видеть не хочу. Они все что-то говорили мне. То, чего я тоже слышать не хочу, пока я в сознании, но это мой второй голос, который становится сильнее, когда я слабею. Чаще всего такое происходит во сне, но случается и в реальности, и я боюсь, что моя вторая личность может когда-то взять верх.
Где-то посреди забытья я услышала звонок. Он с трудом вытеснял бред и возвращал меня к реальности. И я сейчас даже была ему благодарна, пока вместе с сознанием не вернулась боль.
В дверь настойчиво звонили. Я опять сползла с кровати. Сил и голоса спрашивать, кто там, не было, поэтому я просто открыла. Это был Алекс, и я была рада. Он не стал спрашивать, можно ли ему войти, потому что я уже развернулась, направляясь обратно в кровать. Я не могла стоять. И он меня подхватил, когда я начала падать.
Я пришла в себя уже на кровати. Он меня осторожно звал:
— Аврора… Аврора…
В его устах моё имя звучало ещё более странно, чем обычно, но и приятно.
— Тебе надо в больницу, ты вся горишь.
Я покачала головой и прошептала:
— Уже вызвала врача.
Он, кажется, был со мной не согласен, но немного подумав, ответил:
— Ладно, дождёмся врача. Я принесу тебе воды.
— Графин…
— Да, я вижу. Лежи.
Когда он ушёл, я опять провалилась в сон. И проснулась, когда пришёл врач.
Он осмотрел горло, послушал, измерил температуру, велел срочно принять жаропонижающее. На всякий случай сделал тест, но сказал, что это ангина. Надо срочно начинать антибиотики по рецепту и полоскать горло. Если температура в течение трёх дней не начнёт спадать, а состояние принципиально не улучшится, то надо ехать в больницу. Ещё надо много пить и желательно принять тёплый душ, ни в коем случае не ванную. И ещё он сказал «мужу», что со мной постоянно должен кто-то быть рядом.
«Муж» согласился, поблагодарил и проводил врача. Он вернулся с таблеткой жаропонижающего.
— Нашёл у тебя в аптечке на кухне.
— Вдруг я заразная?
— Не думай об этом. Модной болезнью я переболел, а всем остальным я не болел уже лет двадцать.
— И как?
— Как переболел?
Я кивнула.
— Температура скакала неделю, а потом всё разом прошло и всё.
А потом он осторожно стал стягивать с меня пижаму. Я запротестовала с яростным хрипом, но он меня успокоил:
— Аврора, врач сказал принять душ. Помнишь?
Я как-то неуверенно кивнула.
— Ну вот и умница.
Он помог мне раздеться, взял моё слабое тело на руки, усадил в ванной и помыл под тёплым душем. Я прошептала «спасибо», хотела что-то ещё сказать, но он остановил:
— Тшшш, горло сейчас нужно беречь, потом всё скажешь.
«Потом» звучало очень обнадёживающе. Я не думала о наших с ним отношениях в таком ключе.
Он завернул меня в полотенце и понёс обратно.
— Пижама в шкафу.
— Хорошо.
Он порылся в шкафу и достал жуткую детскую пижаму, похожую на ту, что была на мне, расправил её, посмотрел внимательно, но у меня других и нет. Наверное, прямо сейчас он думает, с кем связался, и хочет бежать без оглядки. Но вместо этого он помог мне одеться.
— Аврора, я пойду в аптеку за лекарством. Ещё зайду в магазин, видел у тебя внизу. Ты знаешь, что у тебя в шкафу только крупа и макароны? Я бы заказал доставку, но тебе сейчас нельзя тяжёлую пищу.
Я кивнула, хотя его слова не требовали ответа. Ещё успеет сбежать под предлогом похода в аптеку и магазин.
Но он не сбежал. Вернулся, дал мне таблетку, развёл раствор для полоскания горла, постоял рядом, а потом сварил куриный бульон и накормил меня. После того, как я покинула родительский дом, это был первый раз, когда обо мне кто-то заботился.
Я была в полубессознательном состоянии трое суток. Алекс уже хотел везти меня в больницу, но неожиданно на четвёртый день с утра спала температура. Правда, к вечеру опять поднялась, но уже не такая высокая. Я всё ещё была слабая, но уже могла сама вставать. Он оставил меня, потому что ему нужно было на работу. Я не стала спрашивать, на какую именно: стриптиз, проституция или автосервис. Он оставил мне целую кастрюлю лёгкого супа, и несколько порций курицы с картошкой.
Поцеловал на прощание в щёку и ушёл.
Всё это время я почти не говорила, теперь уже могла, но считала благоразумнее помолчать. Зато мой внутренний голос бесновался, а сны были просто ужасными.
Глава 12
Легенда для меня
Я опять немного опаздывала. Обычно я очень пунктуальна — это тоже профдеформация — но сейчас я боялась переступать порог его дома, поэтому намеренно задерживалась. Новый дом, не такой красивый, как моя сталинка с утилитарной лепниной на фасаде, зато конструктивный. Я набрала номер квартиры, ждала целых три гудка, а потом дверь сама открылась. Я уже приготовила длинную речь, но ничего не понадобилось. Лифт вёз меня на пятнадцатый этаж. От лифта сразу налево, и нужная дверь уже приоткрыта.
