Как прекрасна была Элизабет Харрис, когда грациозно спускалась по ступенькам лестницы, чтобы взять мужа под руку. Мэгги думала тогда, что на свете никого нет прелестнее матери и красивее отца, Джереми Харриса.
Мысленно одернув себя, девушка выбралась из-под фургона. Ни к чему хорошему эти мысли не приведут. Элизабет и Джереми Харрис умерли и похоронены, и Мэгги никогда не носить элегантных платьев, никогда не выступать об руку с представительным мужчиной, таким, как ее отец. Все отнял дядя, и последние пять лет были лишь борьбой за существование. Главным было выжить.
Мэгги взглянула на небо, ожидая увидеть звезды, но оно затянуто облаками.
Может быть, все изменится, когда она найдет Маркуса Сэндерсона. Если Сет сказал правду, сестер ожидает богатство и счастливая жизнь. Но только если они отыщут Маркуса Сэндерсона. Без него… один Бог знает, что ожидает их в будущем.
Дождь начался в середине дня. Сначала просто моросило, прибивая дорожную пыль. Мэгги с наслаждением подставляла лицо холодным каплям, разбивавшимся о щеки. Когда пошел дождь, она, улыбнувшись, высунула язык, пытаясь поймать чистую влагу, подражая Фионе и Рейчел, усевшимся рядом на козлах.
Но вскоре разыгрался ветер, бросая на фургон ледяные струи. Вокруг мгновенно стемнело. Откуда-то появился Такер, крича, что караван останавливается на ночь и что Морин и Нилу лучше забраться в фургон. В другое время Мэгги обрадовалась бы тому, что утомительная езда на сегодня закончена, но она знала: сегодня долго не придется отдохнуть – идет гроза.
В эту ночь они не пустили мулов в стадо, наоборот, привязали их поближе к фургону. Мэгги и Такер промокли до костей к тому времени, когда смогли залезть и в без того переполненный фургон. Морин дала им одеяла, чтобы завернуться. Пришлось переждать, пока не уляжется буря.
Где-то вдали загрохотал гром, и Такер заметил, как изменилось лицо Мэгги. Он не сводил с нее глаз в полумраке. Вьющиеся каштановые волосы прилипли к голове, и глаза от этого казались еще больше. Такер бессознательно наслаждался видом прозрачных капель на высоких скулах и впервые заметил крошечные ямочки около уголков губ.
Рокочущие звуки были сначала едва слышны. Именно Мэгги первой заставила Такера услышать раскаты. Он увидел, как девушка плотнее завернулась в одеяло, и понял, что дрожит она не столько от холода, сколько от страха. Взгляд Мэгги был устремлен куда-то поверх закрытого парусиной фургона.
– Мэгги, – прошептал он, потянувшись к руке девушки.
Она подпрыгнула от неожиданности, глядя на него испуганными, широко раскрытыми от страха глазами, словно загнанная лань, ожидавшая нападения гончих. Такер сомневался, что она вообще видит его.
– Это всего-навсего гром.
Рейчел отодвинулась от Фионы и прижалась к сестре. Короткие ручонки обвили талию Мэгги. Но в голосе не было ничего детского:
– Она боится грозы, – объяснила девочка. – Наш дядя часто…
– Молчи, Рейчел, – приказала Мэгги, не сводя глаз с Такера. – Со мной все в порядке. Просто немного замерзла.
– Нужно немедленно переодеться, – твердо объявила Морин. – Девочки, помогите мне повесить одеяло. Мэгги и Такер смогут надеть сухую одежду, пока не успели простудиться до смерти. Нил, иди туда, к брату.
Гром перекатывался по равнине; раскаты звучали все ближе, орудийной канонадой. Лицо Мэгги побелело, губы плотно сжались. Пальцы вцепились в одеяло. Такер боялся, что она вот-вот потеряет сознание.
Но все обошлось.
Когда гроза стихла, девушка подвинулась вперед и начала судорожно натягивать сухое платье, чувствуя себя в безопасности за повешенным поперек фургона одеялом.
ДНЕВНИК МОРИН
11 мая
Я не смогла делать записи несколько дней, потому что обожгла руку и было слишком больно писать. Но ожог быстро заживает, и скоро я совсем поправлюсь.
Сегодня пришлось рано остановиться на ночь из-за грозы. Дождь шел сплошной темной стеной Дорога превращалась в грязь прямо под колесами фургона. Молнии раскалывали небо, и я никогда не видела ничего подобного. Яркие вспышки света делали деревья похожими на уродливые скелеты. Оглушительно грохотал гром. Казалось, что трясется земля. Когда все было кончено, холодный ветер пронесся по прерии, принося с собой восхитительные запахи дождя и зеленой травы.
И мы, и все веши промокли насквозь. Я так рада, что завтра воскресенье и можно отдохнуть.
ГЛАВА 8
День выдался ясным и свежим. Небо сияло голубизной, восходящее солнце несло свет и тепло. Пока большинство переселенцев, включая Бренигенов и Рейчел, собирались на воскресную службу, Мэгги сложила в мешок скудные принадлежности: кусок мыла, полотенце и одеяло, чтобы можно было сесть на траву, и направилась к ближайшему ручью.
Но Такер догнал девушку, прежде чем та смогла пройти пятьдесят ярдов.
– Куда это вы в такую рань?
Она даже не удивилась столь внезапному появлению, словно ожидала его.
– Туда, – показала она прямо вперед. – Именно туда.
Она улыбнулась, уже представляя долгое купание в прохладной воде, и, даже не остановившись, чтобы взглянуть на Такера, пояснила:
– К ручью.
– Не стоит оставлять лагерь, никому не сказав об этом, – покачал головой Такер, продолжая идти рядом.
– Почему я должна мешать их молитве? Это не так уж далеко. Кроме того, сегодня тепло и солнечно, и я намереваюсь кое-что постирать и вымыться. А для этого мне не нужна ничья помощь.
– Мэгги, – настойчиво продолжал Такер, сжав руку девушки, так что та была вынуждена остановиться. – Неужели вы ничего не успели усвоить в пути? Нельзя никуда уходить одной. Я слышал от матери, что ей пришлось выслушать от мистера Фостера немало упреков, когда она решилась на подобную проделку. В здешней глуши подстерегает немало опасностей.
Мэгги пришла в бешенство от столь высокомерного тона и, окинув Такера разъяренным взглядом, вырвала руку:
– А мне все равно, опасно это или нет! Я обещала себе купанье и намереваюсь сдержать слово!
– Тогда я иду с вами.
Кто он, безумец или просто глупец? Считает, что она позволит ему купаться вместе с ней?!
Такер перестал решительно хмуриться и уже веселее улыбнулся:
– Обещаю вести себя как джентльмен. Стащив с головы широкополую шляпу, Такер отвесил преувеличенно вежливый поклон:
– Вы будете в совершенном одиночестве. Я только собираюсь держаться поблизости и охранять вас.
Опять это странное покалывающее ощущение внизу живота! Сама мысль о том, что Такер будет так близко, пока она купается…
– Вы мне не нужны, – отрезала Мэгги.
– Нужен или нет, – снова нахмурился Такер, – я иду. Или вы остаетесь.
