рассчитываться, если всю наличку спустил на шлюху? Возьмет у нее обратно? Занять ему немного? Терминала для оплаты по карте я не увидела.
— Спасибо… — Артур наклонил голову к груди девушки, где был приколот ее бейдж. — Анечка! Запиши на мой счет, пожалуйста, ну с чаевыми, конечно.
Оу! Да он тут постоянный клиент, оказывается? Наверное, каждые выходные так развлекается? Или он унижает и запугивает проституток только по особым праздникам?
Девушка широко улыбнулась, пожирая глазами безупречный торс моего любовника, и нехотя вышла из номера. Она так на него смотрела, что с удовольствием поменялась бы со мной местами. Да и я бы с ней тоже… Или уже нет?
Я запуталась. Стоило другой женщине на него вот так посмотреть и у меня все смешалось внутри. Что это? Ревность? Что за глупости?
— Вылезай из укрытия, Лисичка, — Отпихивая босой ногой валявшуюся на полу одежду, Артур расчистил себе путь и подкатил столик к кровати. — Любишь устрицы?
Артур поочередно снял крышки с трех блюд на столике и налил себе виски.
— Не знаю, — пожала плечами я. — Я никогда их не пробовала.
Я спустила ноги с кровати, садясь ближе к столику, стыдливо прижимая покрывало к груди. Артур промочил горло виски и достал бутылку шампанского из ведерка со льдом. Налив в фужер, насколько позволяла пена, он протянул его мне.
При взгляде на еду в моем животе заурчало громче. На столике были снова фрукты, устрицы и канапе с черной икрой, которую я тоже никогда не ела.
Сегодня слишком дофига всего, чего я раньше в своем ротике и представить не могла.
— Не закрывайся от меня, — сказал Артур, намекая на покрывало. — Я хочу смотреть на тебя. С детства не люблю, когда мои подарки от меня прячут. — Я отбросила покрывало, целомудренно прикрыв грудь волосами. Благо длина и густота волос позволяла это сделать. Артур взял устрицу, сбрызнул лимоном и поднес к моим губам. — Глотай не разжевывая. Прикол устриц в их послевкусии. — Я сделала все, как он советовал, и теперь прислушивалась к своим вкусовым ощущениям. Ничего особенного, морской привкус. — Хорошо глотаешь. Способная, — усмехнулся Артур, вогнав меня в краску, что развеселило его еще больше. — Может хватит смущаться?
— Может хватит меня смущать?
— Мне показалось, что мы уже перешли эту грань. — Артур тоже выпил устрицу. Теперь он протянул мне канапешку с икрой.
— Тебе показалось, — буркнула я.
Артур так же, как и устрицу поднес к моим губам канапе. Он что так и будет меня с рук кормить? Это было… необычно. Я потянулась ртом к закуске, но Артур резко убрал руку и впился в мои губы поцелуем. Я ахнула от неожиданности и замерла с бокалом в руках, боясь расплескать содержимое, пока мужчина терзал мой рот. Именно терзал. Кусал, таранил языком, всасывал мой. У меня внутри все перевернулось от этого выпада со стороны Артура, а он просто отстранился и всунул в мой рот канапе.
— Ешь быстрее, — поторопил меня Артур. — Я снова тебя хочу.
Как уже? Господи, да он жадина!
Я выпила шампанского и закинула в рот пару виноградин, боясь, что Артур сейчас снова на меня набросится, а я так и останусь голодной.
— Лисенок, налегай на устрицы. Они придают сил. А они тебе понадобятся! — Он терпеливо дождался, пока я перекушу и допью шампанское. Затем забрал у меня бокал, поставил на столик и стянул с себя брюки. Я покосилась на его член, который уже был в «рабочем» положении. — Ложись, Лисичка! Вознагражу тебя за твои старания!
Я откинулась на постель и закрыла глаза, гадая, что он придумал на этот раз. Наверняка что-то не менее ужасное и постыдное, чем то, что я делала, стоя на коленях.
Артур
Если бы еще утром мне кто-то сказал, что я буду отлизывать проститутке, я бы дал ему в рожу. Но буквально сейчас это произойдет.
Я сам хочу. Не знаю почему. Хочу и все! Хочу, чтобы она кончила на моем языке, ощутив все то, что я ощущал, находясь в ее сладком ротике. Эта девчонка заслужила нематериальный бонус лично от меня, стойко пережив глубокий горловой минет. Бедняжка чуть не задохнулась на моем члене, но все сделала. Умничка! Мне нравится ее послушание, хоть она время от времени показывает свои зубки. Это только заводит. Безропотные, безвольные куклы скучны до тошноты.
С этой Лисичкой точно не соскучишься! Если ее немного раскрепостить, будет просто бомба! Девочка горячая, только сама еще не знает об этом. Мало времени, но научить ее кое-чему я успею. Она так мило краснеет, что я уже не сомневаюсь в ее неопытности. Готов поспорить, что она член сегодня впервые видит.
Снова в голову закрались мысли о том, что с ней не так? Почему до сих пор целка? Обидел кто-то в детстве? Напугал? Не похоже. Она совсем не зашуганая, скорее неуверенная в себе, но это опять же от неопытности.
— Лисё-ё-ёнок, — позвал я ее, потому что она снова закрыла глаза. Нехер от меня прятаться и делать вид, что меня здесь нет. — Смотри на меня! Это правило сохраняется до конца!
Девчонка тяжело вздохнула и отрыла глаза. Так посмотрела, как будто одолжение мне делает. Сучка та еще! Посмотрим, как она сейчас будет смотреть, когда начнет извиваться подо мной от нетерпения. А она начнет! Трусишки уже промокли.
Я снял с Лисы туфли, которые до сих пор были на ней, и подтянул ее бедра ближе к краю кровати. Признаться честно, давно не делал куни. Не было потребности. Эгоист я. Законченный. Обычно я делал это «сверху вниз». Начинал с поцелуя в губы, ласкал шею, грудь женщины, животик…
Сейчас попробуем наоборот. От маленькой, почти детской ступни Лисенка я повел языком вверх до колена, прямо поверх чулка. Я их оставил на потом, когда буду трахать ее раком, хочу, чтобы они на ней были. Потерся о бедро щетинистой щекой, снова прочертил языком дорожку уже выше до промежности. Лиса тяжело задышала и напрягла ноги. Смотрела на меня, широко распахнув глазищи-льдинки.
Оттягиваю резинку ее трусиков, отпускаю. Одновременно со щелчком слышу ее рваный вздох. Нарочито медленно стягиваю с нее трусики. Ожидание возбуждает не меньше самых откровенных ласк, уж я-то знаю.
Развожу девичьи бедра максимально широко и любуюсь ее нежными, мокрыми лепестками. Гладенькие, розовые, как цветок в утренней росе, даже на вид вкусные.
Хер встает колом, аж обшивка трещит и яйца сжимаются. Может ну его нахуй этот кунилингус? Вдую ей прямо сейчас. Чего тянуть-то?
Поднимаю глаза на девчонку. Губу
