вещи:
• размышлять над уроками, извлеченными из прошлых событий;
• повторять и напоминать себе о прошлых наставлениях менторов.
Этим я и занимался на протяжении всего плавания (по сути, этой самой книгой). Я вел дневник в одиночестве на камбузе, а также обсуждал теории и философию моря и спортивной науки с Мэттом за чашкой имбирного чая. Во многих отношениях они стали своего рода морскими мини-семинарами по стоической спортивной науке, и всего через два дня после начала нашего заплыва мы провели первый из них в портовом городке Фолкстон в графстве Кент.
ПЕРВЫЙ МОРСКОЙ СЕМИНАР ПО СТОИЧЕСКОЙ СПОРТИВНОЙ НАУКЕ
ЛОКАЦИЯ: Фолкстон
ПРЕОДОЛЕННОЕ РАССТОЯНИЕ: 53 километра
ДНЕЙ В МОРЕ: 3
Сейчас 3 июня 2018 года, приближается полночь.
Проплывая мимо этого города, одного из многочисленных приморских городков Кента, я всегда чувствовал, что Фолкстон сильно отличается от других. В то время как Уитстабл славится своими пляжными домиками карамельного цвета и хорошими манерами жителей, а Бродстейрс располагает широкими песчаными пляжами, которые, казалось бы, позаимствованы из-за Ла-Манша, из Франции, Фолкстон обладает уникальной атмосферой. Суровый и стоический, это тот тип ауры, который вы приобретаете только тогда, когда веками страдаете от штормов и ледяной соленой воды; даже немецкие бомбардировщики сбрасывали свой неиспользованный груз над городом, возвращаясь домой после бомбардировок Лондона во время Первой и Второй мировых войн. Но он стоял там, под ночным небом, непоколебимый. Это место показалось мне подходящим для нашего первого морского семинара по стоической спортивной науке, поскольку я черпал вдохновение в неукротимом духе Фолкстона и людях, которые там жили.
Я был благодарен за то, что подружился наконец со своей пищеварительной системой, поскольку мыс впереди, известный как Дандженесс, предлагал надежное укрытие от юго-западного ветра и волн. С моим желудком все было в порядке, чего нельзя было сказать о коже.
Забравшись на корму лодки в конце дневного заплыва, я плюхнулся на сиденье и снял защитные очки и шляпу, и вдруг смесь соленой воды и крови потекла по шее и образовала лужу у моих ног.
– Похоже, тебя поцеловала акула, – с улыбкой сказал Мэтт.
– Я знаю. И даже цветы не подарила, – усмехнулся я.
Как я ни старался сохранять оптимизм, боль в этот момент была непрекращающейся и острой (но хотя бы не изнуряющей или парализующей).
– Итак, насколько все плохо? – спросил я, поворачивая шею, чтобы Мэтт мог оценить ущерб.
– Хм… с каждым заплывом раны становятся шире и глубже. Если так продолжится, это может превратиться в серьезную морскую язву.
– Что это такое? – спросил я, поскольку не знал, что такое морская язва, но был почти уверен, что мне она не нужна.
– По сути, это рваные раны на коже из-за того, что ты постоянно находишься в воде, плавая по двенадцать часов в день с шестичасовыми интервалами, и они никогда не высохнут и не заживут. Каждый раз, когда ты входишь в воду, струп (защитная ткань) удаляется, и рана становится все глубже и глубже.
– Что происходит потом? – спросил я, немного обеспокоенный.
– Есть медицинские отчеты о том, что этот тип травм становится настолько серьезным, что рваные раны могут углубляться до сухожилий, мышц и костей.
В тот момент мы оба знали, что единственным реальным и эффективным лечением было бы прекратить плыть, чтобы раны могли зажить, но никто не решался произнести это вслух. Даже не желая принимать эту идею, мы плыли уже три дня и были слишком упрямы, чтобы остановиться (или хотя бы сделать паузу).
– Лучшее, что мы можем сейчас сделать, – это промыть рану, обработать ее дезинфицирующим средством, а затем немного поспать. Прилив меняется и снова идет в нашу сторону через шесть часов, поэтому мы должны быть готовы к отплытию к пяти утра, – сказал Мэтт.
В рамках нашего безжалостного графика плавания мы не могли позволить себе такую роскошь, как расслабление, восстановление сил и надлежащее лечение. Но, что еще хуже, я знал, что «обработка дезинфицирующим средством» будет не просто укусом комарика. Порывшись в медицинских принадлежностях на лодке и вытащив гигантскую, полулитровую бутылку с дезинфицирующим раствором, Мэтт отвинтил крышку.
– Готов? – спросил он.
Наклонив голову, чтобы он мог промыть всю рану, я сказал:
– Да, лей.
Поджав губы, я изо всех сил старался улыбнуться, несмотря на боль. Пока Мэтт щедро наносил содержимое флакона на мои открытые (и кровоточащие) раны, я размышлял о центральной теме стоицизма и говорил себе: «Дело не в том, чтобы выучить урок, а в том, чтобы практиковать его». Вот почему, когда я сидел там с ощущением, что моя кожа горит, мы с Мэттом вдруг обнаружили, что беседуем о Марке Аврелии.
Марк Аврелий всегда говорил о том, чтобы отстраненно воспринимать приятные и неприятные ощущения, которые навязываются уму. Он отметил, что неприятные ощущения неизбежно влияют на наше сознание из-за естественной симпатии (связи) между телом и разумом, но мы должны воздерживаться от того, чтобы называть их хорошими или плохими. Лучше принимать присутствие даже этих «грубых» ощущений с полным безразличием.
Для меня это было все равно что тереть наждачной бумагой открытую рану, а затем замачивать ее в соленой воде с уксусом четыре раза в день ежедневно, – но такая практика гарантировала, что мои травмы не инфицируются, мы продолжим плыть и добьемся прогресса.
– Ладно, пора спать, – сказал Мэтт, закончив процедуру.
Разумеется, я согласился с ним, зная, что через шесть часов я и моя ободранная и воспаленная кожа снова будем купаться в соленой воде и дезинфицирующем растворе, продолжая практиковать стоическую спортивную науку.
Убедись, что управляющая и суверенная часть твоей души остается незатронутой каждым движением, плавным или резким, твоей плоти.
МАРК АВРЕЛИЙ
УРОК 1
• Стоицизм учит нас, что добродетель – это счастье, что суждение основано на поведении, а не на словах. Нам недоступен контроль над внешними событиями, мы контролируем только самих себя и свои реакции.
• Лучший способ практиковать это – вести дневник (записывать свои мысли день за днем). Не читать, а проживать.
• Стоическая спортивная наука является эволюцией стоицизма и учит нас, что в условиях крайней усталости повышается риск получения травм, а физическая и умственная способность применять проверенные принципы спортивной науки снижается.
• Таким образом, стоическая спортивная наука связана с вашим физическим состоянием и способностью разума применять проверенные принципы спортивной науки и психологии в условиях крайнего изнурения, стресса и невзгод. По сути, это спортивная наука и философия, которые выковываются в бою.
• Это гарантирует, что ваше тело не сломается,
