понять, что на его лице появилась отвратительная ухмылка.
Двери открылись, и я протиснулась мимо него, с трудом подавив очередную незрелую реплику. Я не хотела, чтобы этот вечер был связан с ним. Я уже беспокоилась о том, успею ли я получить новую работу и трудоустроиться до того, как у меня закончатся возможности.
Раздражение захлестнуло меня, пока я добиралась до небольшого магазинчика на углу. На мой телефон пришло сообщение от Джеймса, в котором он просил меня не волноваться и говорил, что если ничего не получится, то он поможет устроить меня на другую должность в компании. Хотя это будет работа начального уровня, я всегда смогу подняться по карьерной лестнице. Он твердо решил помочь мне, и я оценила, как много он сделал, несмотря на то, что знал меня только через Линь. Я убрала телефон, прежде чем перейти улицу.
Пока я шла по магазину, мысли о разговоре с Серыми Трениками не давали мне покоя. Просматривая ассортимент макарон, я выбрала несколько вариантов. Углеводы были единственным, что могло помочь мне справиться с этим.
Очередь на кассу была длинной, и кассиры быстро пытались их освободить. Когда я, наконец, положила свои товары на кассовую ленту, я подождала, пока пожилая женщина впереди меня расплатится. Она была явно взволнована, судорожно копалась в сумочке и в расстройстве проводила рукой по темным вьющимся кудрям.
— О нет! Я взяла не тот кошелек. Здесь нет ни одной моей карточки.
— Вы хотите расплатиться наличными? — спросила кассирша, выжидательно глядя на женщину.
— Да, давайте я посмотрю.
Я наблюдала, как она достала несколько купюр, похожих одна на другую. Сдавленно вздохнув, она с извиняющимся видом посмотрела на кассира.
— Я могу позвонить сыну. Он уже едет за мной. Мне нужна минута.
— Мэм, мы не можем занять линию для вас. Мы заняты, — сказала раздраженная кассирша.
Женщина повернулась, чтобы посмотреть на длинную очередь возмущенных людей, но потом остановилась на моем сочувствующем лице. Мне было неприятно, что эта женщина, которая казалась такой собранной, должна была чувствовать себя так в очереди в продуктовом магазине. Я не могла не думать о том, как бы я себя чувствовала, если бы моя мама забыла свой кошелек.
— Мне очень жаль, — сказала она мне. — Мне просто нужно позвонить ему.
— Не надо. Все в полном порядке, — сказала я с ободряющей улыбкой и протянула кассиру свою карточку. Женщина остановила меня, на ее лице был написан шок.
— Нет, нет, нет, не нужно этого делать, милая. Я могу зайти позже, но я очень ценю твою доброту.
— Все в порядке. Все равно у вас всего несколько продуктов. Пожалуйста, позвольте мне это сделать, — я убрала ее руку и протянула кассиру свою карточку. Она взяла мои макароны, упаковала их в пакет и, наконец, провела по моей карте для оплаты обоих счетов. Я скрестила пальцы, надеясь, что она не откажет, но тут на экране загорелась зеленая галочка, заставившая меня облегченно вздохнуть.
— Тебе действительно не нужно было этого делать.
— Пожалуйста, если бы это была моя мать, я бы надеялась, что кто-нибудь поступил бы так же.
Она окинула меня изумленным взглядом, а затем ее губы искривила улыбка. Она крепко обняла меня, затем мы взяли продукты и вышли из магазина.
— Я отплачу тебе за это. Не думай, что тебе удастся сбежать, — выругалась она, когда мы оказались на улице. Ее глаза сузились, но улыбка на лице осталась.
— Да ничего особенного.
— Ладно, давай я приготовлю тебе ужин. Это самое меньшее, что я могу сделать, и ты не можешь отказаться. Что бы сказала твоя мама, если бы ты отказала бедной старушке?
— Мне очень жаль. Моя подруга ждет меня дома, так как я сегодня готовлю ужин, — я подняла сумку с продуктами, чтобы показать ей свои макароны.
— Тогда на следующей неделе? Дай-ка мне свой номер телефона, — сказала она, поставив пакет с продуктами на землю и доставая из сумочки телефон. Я улыбнулась ее настойчивости и дала ей свой номер.
— Как тебя зовут?
— Сарвеназ, но все зовут меня Наз.
— Я никогда не встречала такую милую незнакомку, как ты, Наз. Я Джанелль Эванс, — она улыбнулась и притянула меня к себе, чтобы еще раз обнять. Когда я уже прощалась, рядом с ней появился высокий мужчина.
— Вот, позвольте мне взять эту Маму, — знакомый глубокий голос пронесся сквозь меня, как ток. Тот самый голос, который еще несколько минут назад терзал мои мысли. Когда он снял капюшон, у меня перехватило дыхание.
Джанелль повернулась к нему с яркой улыбкой.
— Джордан! Этот ангел - Наз. Она так щедро заплатила за мои продукты, когда я поняла, что оставила свои карточки дома, — когда слова покинули ее рот, он повернул голову ко мне.
Его зовут Джордан. Серых Треников зовут Джордан.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
В
жизни бывают моменты, когда Вселенная смеётся за ваш счёт.
Это был один из них.
— Сарвеназ? — смятение омрачило его черты, когда взгляд Джордана метнулся между нами.
Серьезно? Единственный раз, когда я хотела быть доброй самаритянкой, это должна была быть его мать.
— Вы знакомы?
Хотелось бы надеяться, что нет.
— Да, она живет в моем доме, — медленно ответил он, все еще не веря своим глазам.
— О, это замечательно! Я не знала, что ты дружишь с моим сыном.
При слове "друг" я фыркнула. Быстро сообразив, что натворила, я попыталась исправить свой ответ.
— Да! Друзья, — сказала я, плохо скрывая свою реакцию натянутой улыбкой. — Пойду-ка я домой. Мне еще нужно приготовить ужин. Было приятно познакомиться с тобой, Джанелль.
— Подожди, — произнес Джордан своим грохочущим голосом, вызвав еще одну непрошеную дрожь по моему позвоночнику.
Черт. Неужели он собирается сказать своей матери, что несколько минут назад я назвала его занозой в заднице? По какой-то странной причине я хотела ей понравиться. Я неохотно отпрянула назад, когда он достал из бумажника несколько купюр и протянул их мне.
Я уставилась на его руку.
— Что ты делаешь? — спросила я, оскорбленная таким поступком.
— Ты
