нагрузки. Хотя, — добавила она, — возможно, когда-нибудь мы построим еще более усовершенствованные способы межпланетных путешествий.
— Я почему-то уверен в этом, — ответил Л.
— А я уверена, что вы хотите полететь на Землю намного больше, чем кто-либо другой.
— Почему вы так считаете?
— Это написано у вас на лице, — улыбнулась девушка. — Вам ведь просто не терпится участвовать в разработке фотонной ракеты!
— Вы снова рекламируете работу в вашей компании?
— Вот вы смеетесь, — покачала головой мисс Браун, — но сами прекрасно понимаете, где сейчас происходит движение в будущее. И вы сидите здесь, в стороне от всего этого, хотя ваш блестящий ум способен помочь нам всем достичь новых высот. Впрочем, — она провела рукой по песку и подняла небольшой камешек, — не мне это решать.
Она швырнула камень далеко вперед и, поднявшись с земли, добавила:
— На вашем месте я бы последовала своей мечте, невзирая на любые обстоятельства. И только смерть смогла бы меня остановить.
С этими словами она ушла прочь.
В тот же самый момент Л осенила абсолютно безумная мысль, заставившая его сердце колотиться сильнее. Мысль, на которую мисс Браун навела его, сама того не ожидая, не своими словами, а тем самым брошенным камнем.
А что если?..
Это было столь абсурдно, однако в его голове ясно звучали слова Люси, будто она вновь произносила их рядом с ним:
«А вдруг это сможет тебе помочь?»
Что если отец прав, и его с Люси объединяет нечто общее? Что-то, что пока невозможно было объяснить?
Если Люси чувствует то же самое по отношению к бутафориям и неоднократно появлялась рядом с ним…
Может, и он обладает теми же умениями, что и она?
Л оглянулся: сотрудница Eternal была уже далеко.
Подняв камень, он положил его на ладонь и попытался вспомнить, как Люси заставляла объекты двигаться.
Собравшись, Л попробовал мысленно продублировать свое сознание, и через какое-то время вдруг увидел себя со стороны. Это было весьма странным ощущением, и Л удивился, в каких подробностях он видит самого себя, будто действительно стал другим человеком.
Однако в то же время он продолжал смотреть на камень. Камень, который должен был взлететь.
И камень оторвался от его ладони и стал медленно подниматься вверх.
В изумлении Л вскочил с места. Сердце бешено стучало в груди от волнения, и наряду с удивлением он испытывал бесконечную и необъяснимую эйфорию. Он будто всю свою жизнь ждал этого момента, и теперь он был готов кричать и смеяться во все горло от счастья.
Все еще не веря в происходящее, он вновь взял камень и заставил его парить в воздухе.
Это было необъяснимо. Это было поразительно.
Он умел творить то, что делала Люси, и раз он был реальным человеком, это могло означать, что она также была реальной. А это значило, что есть более быстрый способ перемещения с Земли на Мету.
Но что это был за способ?
Теперь у него появился шанс обхитрить Норрингтона. Если он научится телепортации, как Люси — он останется в выигрыше в этой сделке.
«Это сумасшествие».
Но что если именно безрассудство порой является движителем прогресса?
Л сломя голову бросился ко входу в город, не останавливаясь, добежал до дома, влетел в комнату и уже через несколько секунд набрал номер, указанный на визитке.
— Мистер Норрингтон? Я согласен на ваше предложение.
4. Вопросы без ответов
Договорившись о встрече, Л повесил трубку, быстро настрочил начальнику сообщение о том, что задержится, рухнул на кровать и моментально уснул.
Он поднялся только после полудня и некоторое время сидел на кровати, обдумывая, что может ждать его впереди и сколько он должен будет сделать за короткий срок. Теперь он точно знал, что ему предстоит, и хотя это были невероятно сложные задачи, это знание наконец привело его мысли в порядок, и он смог немного отдохнуть.
Норрингтон назначил встречу на завтрашний день, сообщив, что Л может приступить к работе уже послезавтра.
К его удивлению, в Volant приняли его заявление без каких-либо дополнительных отработок.
Неужели Норрингтон уже успел договориться с ними об этом?
— Что ж, возможно, до встречи, — произнес Уокер на прощание. — Хотя неизвестно, когда произойдет объединение, но, в любом случае, еще не раз увидимся.
Л так и не решился сообщить о своем уходе коллегам и, быстро завершив всю оставшуюся работу, просто вышел из офиса.
Пугающее и головокружительное чувство свободы пришло к нему в этот момент. Он вспомнил, что в последний раз он испытывал это давно забытое чувство в те дни, когда кардинально менял свою жизнь — ушел из дома, не закончив школу, отправился за сотни километров от всех знакомых ему мест, устроился на работу…
Теперь его образ жизни вновь претерпевал трансформацию. Но эти перемены безумно нравились ему — он знал, что движется дальше и не задерживается на одном месте.
Самым тяжелым для Л событием перед отъездом было оповестить о своем решении отца. Ему было сложно оставлять его здесь, но внезапно он понял, что отец является единственной причиной того, что он несколько лет просидел в этом городе.
— Тебе нужно отправиться со мной, — в который раз настаивал Л. — Тебе все равно когда-нибудь придется переехать.
— Не говори глупостей, — с толикой раздражения махнул рукой мистер Форстер. — Мы уже обсуждали это. К тому же, теперь мы знаем об угрозе подрыва, и если это случится, я буду пытаться что-то предпринимать, — он хмыкнул. — Или ты думаешь, эти новые охранники будут следить за безопасностью? Им нужен только пропуск, неважно, что ты проносишь в город — оружие или бомбу…
— Но…
— Не терзай себя угрызениями совести, Л. Ты делаешь благое дело ради общества.
— Мне кажется, я делаю это только ради себя.
— А я знаю, что ты затеял все это для нашего спасения. И я ничуть не сомневаюсь, что ты прибудешь на Землю и сделаешь все для того, чтобы улучшить нашу жизнь.
— Я сделаю все, что в моих силах.
Рано утром на следующий день Л в очередной раз покинул свой дом.
Сев в самолет, Л удивился, что он нигде не пересекся с мисс Браун, которая, по идее, должна была возвращаться этим же рейсом.
«Может, она не дотащила свой чемодан?» — с насмешкой подумал он.
Л был рад тому, что никто не пристает к нему с разговорами, однако, в глубине души он понимал, что вытерпеть путь было бы легче, если у него была бы возможность с кем-то беседовать.
Вскоре он вновь прибыл в столицу, — будто и не уезжал оттуда —
