и скрестил руки на груди:
— Ну, что тебя привело? — не церемонился он.
— Здравствуй! А ты не очень ты гостеприимный… И сразу к делу, — усмехнулся Деян, он был одет в ярко-оранжевый костюм, красный кроссовки и красную футболку. — Хотя с тобой дела вести всегда продуктивно, — парень вальяжно откинулся в кресле-стуле и закинул ногу на ногу.
— Чего тебе белобрысый? — Костя сидел с хладнокровным лицом, и поднял вопросительно одну бровь. — Обычно, твои или визиты твоих братьев ничего хорошего другим не несут.
— Мне всегда казалось, что ты у нас без предрассудков… — серебристые глаза сверкнули усмешкой. — А в этом доме чай или кофе подают?
— Только тем гостям, которых приглашали, — насупился Костя. — Ты пришел что-то сюда разнюхать?
— Почему же так сразу грубо?.. — совершенно беззлобно улыбнулся Деян. — Почему, я не могу прийти в гости к старому другу и спросить, как он поживает?
— Потому что наша дружба давно закончилась, после того как ты и твои братья меня часто подставляли или использовали в своих жестоких играх. Вам не надоело? Вам уже за тысячу лет перевалило, а вы все еще застряли в подростковой ментальности! Стыдно уже должно быть. Даже многие человечки мудрее раньше становятся.
— Ну, а что ты хотел от трикстеров? Большинство людей и существ делят себя на «плохих» и «хороших». А для нас это лицемерно и скучно. Ты вот с веками стал слишком мягкотелым и ворчливым. А для нас вся жизнь — это игра. Да, и притом, как жить так долго и не сойти с ума?.. Не люблю притворятся человечком и применять на себя их логику, мышление, мировоззрение и правила.
— Скажи это все ордену и бюро… если смелости хватит, — раздраженно фыркнул Костя.
— Если бы такие как ты не встали на сторону ордена и бюро во времена войны «богов», сейчас бы не жили в таком скучном, материальном, бюрократичным и обыденным до тошнотворности мире. А человечки как раньше боялись бы нас, поклонялись как богам, — Деян говорил это язвительно.
— Ваши войны «богов» слишком дорого обходятся миру, — Костя впился пристальным взглядом в гостя. — Я уже не говорю о таких гнусных и не нужных вещах как рабство, жертвоприношения и остальная фигня на уровне мозгов жестоких недалеких и обиженных жизнью подростков. А еще «богами» себя называли! Все это было глупо, смешно, нелепо и жалко. Вам нужно было в песочнице играть, а не миром править.
— Ты стал слишком человечным… не нужно было тебе связываться с Василисой. Мы тебе говорили, что она плохо на тебя влияет. Любовь — это всегда слабость, — голос Деяна сочился желчью, хотя на лице была безмятежная улыбка.
— Мы с Василисой давно расстались. Хватит ее приписывать ко всем бедам в проигрыше за ваше «божественное» правление. Она просто помогла мне быстрее прийти к тем выводам, которые и так зародились в моей голове. Мы слушаем только тех людей, с которыми у нас совпадают мысли. И если ты пришел мне жаловаться на Василису, обвинять меня в моей мягкотелости или предаваться ностальгии по тем временам, то скажу кратко «мне плевать» и все это давно мне не интересно. Смиритесь и идите дальше, мир изменился. И время не повернуть назад. И еще, мне некогда. Пора заниматься своими делами. Если это все для чего ты пришел, и тебе больше нечего сказать, то встреча окончена и попрошу уйти из моего дома.
Тут появился Серый. Обычно питомец не любит появляться гостям на глаза. А сегодня он какой-то нервный и наглый.
— О, это же тот самый заяц, которого ты спас когда-то от охотника? И как существо из одного из миров Нави здесь продержалось столько времени? — глаза у Деяна расширились от удивления и даже сверкнули с интересом.
— Большинство существ и тех — кто раньше называли себя «богами» тоже были не из этого мира. Но как-то существовали и даже продолжали свой род, — пожал плечами Костя. — Он здесь с самого рождения. Видимо мать погибла от охотников или хищников. Я просто его вовремя нашел.
— А не продашь мне его? Я слышал они могут разговаривать со своими хозяевами с помощью телепатии.
— Нет, не продам. Это мой питомец. Да, верен он будет до конца жизни только мне, потому что я спас ему жизнь. А даже, если бы и отдал, он бы снова вернулся ко мне… Не бойся, я не собираюсь тебя отдавать этому странному дяденьке, — последнее предложение он сказал, обращаясь к Серому.
— Жаль, я бы заплатил хорошую цену… Знаешь, мы с братьями владеем большим запасом золота. А питомцы из других миров — это настоящая экзотика.
— Рад за вас, — хмыкнул Костя. — Вот, и сами отправляйтесь в другие миры, чтобы раздобыть себе экзотичных питомцев.
— Ты же знаешь, что бюро и орден контролируют все — что приносишь с собой из других миров. Этим бюрократам не угодишь, то это «слишком опасная тварь», то это «не этично, забирать существо из его родного мира».
— Ничем не могу помочь, — он равнодушно посмотрел на гостя.
— А как насчет утки? Вроде ее зовут Снежка… Правда ходят разные слухи. Одни говорят, что она тоже из другого мира. Другие, что ты с помощью некромантии оживил ее для своих целей…
— Если ты пришел выведать, пользуюсь я до сих пор некромантией или как я к этому отношусь, то я тебе ничего не отвечу. Выбирай, что тебе больше нравится из слухов и охотно верь во что тебе хочется. — Костя беззлобно улыбнулся, но в глазах уже угадывалось раздражение. — И утка — мой питомец. Она просто долго живет, и я к ней привязался за это время.
— Как всегда упрямый и упертый, — натянуто рассмеялся Деян. — Ну что же, мне здесь явно не рады. Поэтому больше не буду занимать твое драгоценное время.
— Я тебя лично провожу, чтобы ты не заблудился случайно, — Костя встал из-за стола, и сопровождал удивленного Деяна до калитки двора.
С удовлетворенным чувством, он наконец-то выпроводил непрошенного гостя и снова вернулся в кабинет. Там снова ожидал его Серый. Он активно шевелил ушами и мордочкой.
— Ты уверен? — Костя задумался. — Хорошо, проследи за ним и его братьями. Только Серый не попадись им! Этих засранцев не так просто напугать. И мне
