были как тот суслик. И лично мне казалось, что Детрий просто что-то напутал и счёл влияние Тзинча за мои способности.
Так или иначе мятежные настроения продолжали расти, что вынуждало порой действовать и Мологоста, отправляя в отдельные города свои отряды для помощи в поддержании порядка. Также ещё часть кораблей куда-то улетела, вроде как к ксеносам. Чтобы не затеял Мологост с губернатором, однако торговля с ксеносами явно говорила о том, что чистота имперских принципов была запятнана. Хотя кто порой не выходил за рамки нормы, чтобы оружием врага выковать победу? Порой именно такие радикалы делали для Империума куда больше всех других. А может Мологост просто искал личной выгоды и готовился к выходу на пенсию на уголке мира, вдали от вечной войны.
— Стрелять только в крайнем случае. Постараемся не привлечь слишком много внимания, — произнёс мне Малс, протягивая в руку кривой кинжал, одна сторона которого напоминала пилу.
— Уверен в этих? — тихо спросил я кивнул в сторону новобранцев. — Бандиты обычные, не дисциплинированные, от таких больше проблем, чем пользы.
— За перемены нужно платить кровью. Пусть они тоже платят.
На это я ничего не ответил, лишь поплотнее закрепил ремнями балахон, а также поправил капюшон. Сегодняшний день должен был войти в историю Дрейкернора как ночь мести. Нашей целью стал один из ресторанов, принадлежащий богатейшему семейству этого мира. Он был символом разделения населения, ведь здесь было три этажа.
На первом запускали низший класс, который копил на посещения месяцами, на втором появлялись зажиточные предприниматели, а наверху сидели богатеи, смеясь и смотря на нищих. Хозяин заведения намеренно напоминал всем, что хоть мы все мы были людьми, но находились на разных уровнях. Однако наступило время расплаты.
Охрана была серьёзной, примерно две дюжины бойцов охраняли этот ресторан. Все были вооружены не хуже стражей порядка, а пятеро из них, дежуривших на третьем этаже и вовсе были из личной охраны аристократов. Импланты, аугментика, лучшая броня и энергетическое оружие. Однако на нашей стороне сегодня был сам Тзинч.
— Сигнал, — произнёс Малс, когда на западе в небе взорвались фейерверки. — Пора.
Быстрым шагом мы вышли из переулка и направились прямо к главному входу, у которого уже держась за головы на землю оседали охранники. Малс с отрядом перешёл на бег, к ним присоединился ещё отряд, вышедший из другого переулка. Они несли лестницы, чтобы сразу подняться на третий этаж.
Детрий подготовил обряд и вызвал возмущения в имматериуме. В то же время на фейерверк выдвинулись мобильные отряды стражи порядка, пока мы начали реализовывать план совсем в другом месте. Всё шло по плану и даже когда здесь начнётся суматоха, то в других частях города будут исполнены десятки мелких задач, благодаря тому что мы выполним свою задачу.
Я двигался с первым отрядом и мы должны были войти через главный вход. Стража уже осела, они заметили наше приближение слишком поздно, поэтому оружие мы забрали, а затем заломали их и связали. Я не стал следить за процессом и сразу вошёл внутрь. Нас было очень много и мы тут же начали проходить мимо народа, который не понимал причину появившегося головокружения, тремора и панических атак.
К этому моменту охрана уже начала немного адаптироваться, брать себя в руки, поэтому мы ускорились. Культисты больше не тратили время на пленение и просто подходили в упор, вспарывая кинжалами брюха. Всё шло гладко, но только до определённого момента. На третьем этаже раздались крики и выстрелы. Быстро и легко не получилось, этого следовало ожидать, бойцы на третьем этаже были слишком хорошо натренированы, а их нервы были из стали. От психической атаки они отошли быстрее других.
Благо огнестрельное оружие мы с собой также взяли, поэтому к резне были готовы. Загремели выстрелы, кровь летела во все стороны, осколки пуль разрывали тела запаниковавших посетителей. Они вставали и бежали, после чего чего попадали под наш перекрёстный огонь. Охрану совершенно не волновали жизни клиентов на первом и втором этаже, как собственно и культисты не гнушались использовать других как живой щит.
Однако очень быстро дало о себе знать количественное преимущество. Я вёл огонь на подавление, стараясь не лезть на рожон. Моя жизнь мне была очень дорога и все эти перемен… нет, первым на амбразуру лезть я не хотел, поэтому позволял другим, более идейным и бесстрашным товарищам бежать вперёд. В какой-то момент ответный огонь стал звучать реже, энергетическое оружие врага перегревалось. Мы же начали давить вперёд, переступая через тела.
Я резко выбежал из-за укрытия, промчался по лестнице, перепрыгнул повалившегося на пол культиста с дырой в голове и с двух рук начал в упор расстреливать элитного телохранителя. Я особо не целился, главное было повысить скорость стрельбы. Некоторые пули отскакивали от брони, другие вонзались в сочленения, вскоре бронепластины и вовсе треснули.
Когда я разрядил весь боезапас, то бой уже закончился. Культисты добили остатки, навалившись на врага со всех сторон. Никто не считал потерь, ведь после сегодняшнего новые рекруту заменят всех павших. Кроме того благодаря этим действиям мы захватили кучу аристократов. Некоторые были членами влиятельных семей. За них нам дадут огромный выкуп, так что переговоры позволят нам выиграть больше времени.
— Отлично, — произнёс Малс, затягивая потуже ремень на руке, чтобы остановить кровотечение: выстрелы энергетического оружия порой оставляли крайне ужасные раны: часть тканей прижигалась, но при задетых артериях кровь всё равном могла хлыстать потоком. — Нужно увести их. Лекс, выиграй нам время.
Я кивнул, после чего отправился на первый этаж. Быстро и чётко сработать не удалось и из-за этого мы потратили слишком много времени. Силы порядка уже мчались по улицам прямо к нам, поэтому придётся дать ещё один небольшой бой. Отвлечь ублюдков и затем тоже отступить.
Однако спустившись на первый этаж я испытал невероятное отвращение. Эти ублюдки, маргинальное быдло, наркоманы, бандиты и прочая шваль… они все тоже очень сильно хотели перемен. Но не для того, чтобы решить проблему, а чтобы самим стать палачами. И как только они получили оружие и небольшую власть, то сразу начали утолять свои пороки.
Им не дали притронуться к богатеями на третьем этаже, но им было плевать. Они даже на второй этаж не стали подниматься, фактически отыгрываясь на тех, кто был к ним ближе всего. И они не испытывали никакой жалости, творя ещё больше безумства, чем те тираны. Летела в клочья одежда, слёзно кричали женщины, пока беспомощные и покалеченные мужчины с бессильной злобой взирали на происходящее. Их жизнь не была сладкой, но она была
