– Значит, мне не хватает деликатности? – громко сказала я, тыкая пальцем себе в грудь. – Издеваешься, мать твою? – Я повернула голову набок. – Ты забыл Вэл?
– Вот видишь? – проговорил Мэддокс, указывая на меня ладонью. – Именно так бы отреагировала Эбби… или Камилла, девушка Трента.
– Девушка Трента?
– Да, моего брата.
– Брат Трент… И Трэвис. А ты Томас. Кого я пропустила? Тайгера и Тоудстула?
Мэддокс не был настроен шутить.
– Тэйлор и Тайлер. Они близнецы. Родились между Трентом и мной.
– А почему все имена на букву «Т»? – спросила я, но меня уже утомлял наш разговор.
Мэддокс вздохнул:
– Это популярно на Среднем Западе. Не знаю почему, Линди, мне просто нужно, чтобы ты поехала на свадьбу моего брата вместе со мной. И чтобы помогла уговорить его избежать тюрьмы.
– Вряд ли твоего брата будет так сложно убедить в этом. Бюро намного лучше, чем тюрьма.
– Но ему придется работать под прикрытием. И ничего не рассказывать жене.
– И что?
– Он очень сильно любит жену.
– Как и другие наши агенты под прикрытием, – фыркнула я, не испытывая ни капли сочувствия.
– У Трэвиса на этот счет целая история. Его отношения с Эбби всегда были зыбкими, и Трэвис поклялся быть честным в браке.
– Мэддокс, ты меня изводишь. Наши агенты под прикрытием просто говорят своим дражайшим половинам, что не могут обсуждать работу, и точка. Почему он не сделает того же?
– Он ничего не может ей рассказать. Трэвис будет работать по делу, в котором замешан отец Эбби. Это определенно может стать серьезной проблемой в их семейных отношениях. Он не станет рисковать, если из-за этого потеряет жену.
– Он привыкнет. Мы снабдим его простым и понятным алиби, которого он будет придерживаться.
Мэддокс покачал головой:
– Лииз, в этом деле нет ничего простого. Придется быть очень изобретательными, чтобы Эбби не догадалась, что к чему. – Он вздохнул и посмотрел на потолок. – У этой девчонки ум острый как лезвие.
Я прищурилась, глядя на босса. Меня насторожило то, что он назвал меня по имени.
– Значит, ООС хочет, чтобы я поехала. А ты?
– Идея вовсе не плохая.
– Значит, друзьями мы быть не можем, а вот притворяться парой все выходные – пожалуйста!
– Трэвис, он… это трудно объяснить.
– Думаешь, он поведет себя агрессивно?
– Даже не сомневаюсь.
– Полагаю, ты не захочешь, чтобы я в таком случае выстрелила в него?
Мэддокс сердито глянул на меня.
– Ну а в тебя можно выстрелить? – спросила я. Он закатил глаза, и я подняла руки в воздух. – Я лишь пытаюсь понять свою роль во всем этом.
– Трэвис не слишком хорошо собой владеет, когда у него нет выбора. Если он посчитает, что потеряет Эбби, то станет размахивать кулаками. Лишиться ее из-за лжи или тюрьмы – не слишком хороший выбор. Он может отказаться от сделки.
– Неужели он так сильно ее любит?
– Думаю, это не вполне точное слово для описания его чувств. Риск потерять Эбби равнозначен для него риску лишиться собственной жизни.
– Как же это… мелодраматично.
Мэддокс задумался:
– В этом вся суть их отношений.
– Ясно.
– Трент устраивает мальчишник-сюрприз в ночь перед торжеством в моем родном городе – Икинсе, штат Иллинойс.
– Слышала о нем, – сказала я. Мэддокс растерянно глянул на меня: – Я проезжала его несколько раз по пути в Чикаго, – пояснила я.
Мэддокс кивнул:
– На следующий день мы отправимся в международный аэропорт О’Хара и оттуда вылетим на остров Сент-Томас. Я скажу Констанции, чтобы она отправила тебе даты вылета и маршрут.
Меня терзали смешанные чувства из-за столь скорого возвращения в родные края.
– Хорошо.
– Как я уже сказал, мы будем позиционировать себя как пару. Мои родные считают, что я работаю в сфере маркетинга, и я хочу оставить все как есть.
– Они не в курсе, что ты агент ФБР?
– Верно.
– Могу я спросить почему?
– Нет.
Я удивленно заморгала.
– Ладно. Полагаю, в гостиницах Икинса и Сент-Томаса мы будем жить в одном номере?
– Верно.
– Что-нибудь еще?
– Пока нет.
Я поднялась из-за стола.
– Хорошего вам дня, сэр.
Он прокашлялся, очевидно, удивившись моему ответу.
– Спасибо, агент Линди.
Я развернулась на каблуках и направилась к выходу, полностью контролируя свое тело – то, с какой скоростью я шла, как размахивала руками, насколько прямо держала спину. Мне не хотелось выдавать Мэддоксу мои истинные эмоции. Да я и сама точно не знала, что именно чувствовала из-за предстоящей поездки, и лучше не давать боссу пищи для размышлений.
Когда я вернулась в офис, то захлопнула дверь и рухнула в кресло. Положила ноги на стол, скрестив их в щиколотках.
В дверь постучал агент Сойер и ожидающе посмотрел на меня из-за стекла. Я махнула ему уходить.
Значит, Мэддокс рад моему переводу в Сан-Диего, а ООС считает, что мне не хватает деликатности – то есть у меня ее даже меньше, чем у Вэл с фирменным «иди на хрен» или шлюхи Дейвис. Я взглянула на свою идеально отутюженную бледно-голубую блузку и юбку до колен.
Да есть у меня эта долбаная деликатность! Раз я говорю все, что на уме, значит, я бестактная?
Мое лицо вспыхнуло от злости. Я думала, что уже миновали дни, когда женщин в Бюро называли федералами с сиськами и телками. В большинстве случаев мужчин, которые позволяли себе сексистские замечания, затыкали их коллеги, даже без присутствия женщины.
Значит, мне не хватает деликатности? Да весь хренов отдел увидит, какая я, мать его, деликатная!
Я прикрыла рот, будто выругалась вслух. Может, в чем-то они и правы.
Пронзительно зазвонил рабочий телефон, дважды, и я поднесла трубку к уху.
– Линди.
– Это Мэддокс.
Я выпрямилась, хоть он и не видел меня.
– Есть еще одна причина, по которой ты отличная кандидатура – о ней я ООСу не сказал.
– Я сейчас упаду с кресла от предвкушения, – равнодушным тоном проговорила я.
– Мы притворимся парой, и мне кажется… ты единственная женщина в нашем коллективе, которой будет комфортно в этой роли вместе со мной.
– Даже не могу представить почему.
Линия погрузилась в тишину на долгие десять секунд.
– Я шучу. Приятно слышать, что дело не только в том, что ООС считает меня грубиянкой.
– Давай кое-что проясним. ООС такого не говорил, как, впрочем, и я.
– Вроде как сказал.
– Я не это имел в виду. Я бы врезал тому, кто сказал бы про тебя подобное.
Теперь на линии наступила тишина по моей вине.
– С-спасибо. – Я не знала, что и сказать.
– Ожидай письма от Констанции.
– Есть, сэр.
– Хорошего дня, Линди.
Я вернула трубку на базу и вновь положила ноги на стол, размышляя о поездке, предстоявшей нам через семь недель. Мне придется провести несколько ночей наедине с Мэддоксом, притворившись его девушкой, и меня это вовсе не огорчало, хотя следовало бы.
Я попыталась сдержать улыбку. Мне вовсе не хотелось улыбаться, и я намеренно нахмурилась. Я обманывала саму себя – самая моя большая ложь с тех пор, как я заверила Джексона и себя, что счастлива с ним в Чикаго.
Вэл легонько постучала в стеклянную дверь, а потом показала на часы. Я кивнула, и коллега удалилась.
Я не знала, насколько могла обо всем распространяться. Я и так с трудом держала в тайне нашу первую ночь с Мэддоксом и свою главную обязанность в Пятом отряде. К моему несчастью, Вэл была моей единственной подругой в Сан-Диего с ее сверхспособностью строить постулаты.
Глава 6
Я раздраженно сжала волосы в кулаке, пытаясь сосредоточиться на словах на экране. Уже более двух часов я пялилась в компьютер, и перед глазами все расплывалось.
Жалюзи на моих окнах были закрыты, но предзакатные лучи все-таки проникли сквозь маленькие щели, постепенно исчезая. Изучив папку с делом Трэвиса, я потратила остаток вечера на то, чтобы найти другой способ уберечь его от тюрьмы, но вербовка была не просто лучшей идеей, а единственно возможной. К несчастью для Трэвиса, его брат так хорошо зарекомендовал себя на работе, что Бюро решило заполучить еще одного Мэддокса. Что ж, значит, он будет не просто полезным источником, а агентом под прикрытием.
