Мещерского. Во-вторых, существующие дворовые постройки связаны подземным переходом с находящимся на склоне магазином (складом) тех же Гагариных, который совершенно безо всякого основания именуют Мечетью (см. ниже). Ещё ниже, у подошвы склона, фактически на Таможенной площади, лежит старинный таможенный пакгауз, построенный в начале 1820-х, от которого после войны оставался лишь каркас, но сооружение восстановили и приспособили под Мореходную школу. Оно давно не используется, подвержено подтоплению, ветшает, тоже порождает некие новодельные мифы и, несомненно, разрушится, но скорее не естественным путем, а антропогенным воздействием.
Несколько слов о первичном строении на месте Одесского литературного музея. Князь Петр Сергеевич Мещерский — камер-юнкер, член Конторы опекунства новороссийских иностранных поселенцев (1805), херсонский гражданский губернатор (1808–1809), впоследствии обер-прокурор Святейшего синода (1817), сенатор, действительный тайный советник окончил застройку участка, отведённого ему Одесской инженерной командой «над морским обрывом», в июле 1806 года. Ясно, что отвод произведён не позже 1803-го, ибо далее отводы производились уже Одесским строительным комитетом. Вскоре в этом чрезвычайно солидном по тем временам здании (первое трехэтажное в городе!) на правах аренды помещалась портовая таможня, а через десятилетие оно было выкуплено «в казну». Таможня занимало этот дом до 1827 года, после чего перебралось в собственные апартаменты. Затем бывший дом Мещерского использовался для казённых надобностей: здесь квартировали различные службы, актеры Городского театра и т. д. Постепенно здание обветшало, вся недвижимость была выставлена на торги и после долгих перипетий оказалась в собственности Гагариных, которым уже принадлежал смежный участок. Легенды о привидениях, связанные с этим местом, мы уже рассматривали.
«Мечеть»
Откуда пошло предание о Мечети, которой почему-то называют чётко атрибутированный бывший магазин (складское помещение) Гагариных, сказать затруднительно. Эта старая постройка по Ланжероновской улице, № 2/1 (фактически — по Ланжероновскому спуску) уже многие годы пребывает в плачевном состоянии руин, причем руин весьма живописных. В старой Одессе мечеть функционировала лишь на Мусульманском кладбище, располагавшемся меж Первым городским некрополем, Чумной горой, другими иноверческими погостами и границей Молдаванки. Намерение выстроить мечеть в городе в начале 1860-х так никогда и не было реализовано.
Можно лишь предполагать, что это сооружение связывают с временным местопребыванием мусульманских паломников, со времен Ришелье останавливавшихся в Одессе по пути следования в Мекку. Но даже это предположение не может быть ничем подкреплено, так как мусульманские странноприимные дома и подворья топографически не имели отношения к Таможенной площади. Надо полагать, допущение о возможности пребывания таких паломников в данном строении обусловлено тем, что впритык к нему стоит небезызвестное здание Общества ночлежных приютов. То есть теоретически в этом последнем действительно могли ночевать паломники.
Ходит и ещё более туманная версия, будто рассматриваемое сооружение имеет какое-то отношение к мечети поселка Хаджибей. Это и вовсе утопическое предположение. Дело даже не в том, что мы не имеем на этот счет не только ни малейших источниковедческих свидетельств, но и археологических данных, не говоря уже о визуальных историко-архитектурных обследованиях. Само допущение устройства мечети на склоне балки, регулярно подвергаемой негативным геодинамическим и эрозионным процессам, поистине нелепо.
* * *
Надо упомянуть о том, что в Одессе также имеются естественные карстовые пещеры и полости, в том числе — пересекающиеся с катакомбами. Просто-напросто далеко не всем известно о карсте, то есть процессе растворения горных пород под действием воды, не только по гипсу, но и по известняку, мрамору, доломиту, каменной соли. Парадокс заключается в том, что само определение появилось по названию известнякового массива (плато) в Словении — Карст.
• • •
Надо указать на ещё одну реально существующую подземную галерею. Вот обстоятельства, при которых она была обнаружена: «В ночь с 1 на 2 декабря (1874 года — О. Г.) на Бульварной площадке, напротив биржевого здания, обвалилась мина; обвалу предшествовало падение столба для наклейки афиш. В углублении обвала оказалось отверстие искусственной формы, что навело одного из надсмотрщиков строительного отделения (Технико-строительного отделения Городской управы — О. Г.) на мысль о существовании в этом месте катакомбы. Он опустился в отверстие со свечой и открыл жилое помещение длинною в 8 сажен, выложенное камнем (пятериком) и с заделанными шестью дверьми. В этом помещении отысканы старые вещи (одежа) и рядами вколочены в стены гвозди, очевидно, заменявшие вешалки. Теперь стало ясно, почему осел и обрушился фонтан в этой местности».
В 20-х числах декабря техники обследовали это подземное сооружение и зафиксировали следующее: «Свод мины — из пиленого пятерика, весьма непрочный; направление мины, как видно из плана, почти перпендикулярно к фронтону биржевого здания; протяжение её 4 сажени, ширины 1,10 сажени и вышины 2 Уг аршина. В этой мине, от входа слева, т. е. со стороны моря, есть 4 малые амбразуры, с промежутками в сажень, по-видимому, служившие окнами для мины; справа, со стороны улицы бульвара, три проминка, каждый длиною в 1!6 сажени. Эти проминки не выложены камнем, но забиты наглухо землею и мелким бутом. В этих проминках остались следы печей. От входа в эту мину, по направлению вдоль бульвара, открыта ещё одна, уступая в глубь земли на 1 % аршина. Эту мину исследовать невозможно, пока не будут окончены работы по заделке описанной нами мины».
Понятно, что эта подземная полость некогда использовалась как помещение для временного жилья. Когда именно? Надо полагать, в первые годы существования Одессы, строительства на территории будущего Приморского бульвара казарм и в целом «военного городка». По свидетельству известного специалиста К. К. Пронина, оба подземных помещения существуют и поныне, но в значительной мере засыпанные грунтом.
* * *
Нахожу возможным прибавить следующее. Нашему далекому от истории старого быта современнику-горожанину довольно трудно представить себе, как жили одесситы в условиях привозной воды, выгребной канализации, печного отопления, гужевого транспорта, отсутствия холодильных камер и т. д. Рассуждая о ретроспективных сюжетах, он оперирует современной логикой, синхронными ему бытовыми подходами и представлениями. При этом та или иная конкретная проблема вырывается с кровью из архаического контекста и произвольно втискивается в нынешний. В итоге — курьезы и анекдоты.
* * *
… Занятный образец фейкового исторического сознания (правда, мне подсказывают, что это как раз явный признак отсутствия какого-либо исторического сознания!) — вполне серьёзное отношение к растиражированному в социальных сетях снимку «Наводнение 1913 года в Одессе», на котором урез морской воды показан на уровне основания третьего сверху пролёта Потемкинской лестницы. При всей анекдотичности этого примера, предлагаю кратко его разобрать, поскольку доверчивые пользователи охотно ведутся на столь очевидную утку (возможно, «фотошопперы» просто-напросто пошутили, но эффект оказался непредсказуемым).
Давайте даже закроем глаза на то, что столь вопиющее по масштабам стихийное
