декрет Совнаркома о «красном терроре», и на его основании в этот же день Лютославские вместе с несколькими царскими министрами были расстреляны[105].
Подытоживая сказанное выше, можно утверждать следующее.
1) Впервые с польской проблематикой ВЧК столкнулась уже в самом начале 1918 г., когда 1-й польский корпус во главе с генералом Довбор-Мусницким выступил против новой власти. Некоторые политики и общественные деятели польской национальности, проживавшие в Советской России, пытались организовать пополнение корпуса. Происходило это путем направления в район его оперирования соплеменников из числа бывших военнослужащих разваливавшейся русской армии, а также военнопленных.
2) ВЧК и военная контрразведка не располагали в это время какими-либо оперативными возможностями в польских кругах. Метод агентурного проникновения в интересующую среду еще не стал основным в работе советских спецслужб.
3) В этих условиях польские политики могли беспрепятственно создавать на территории РСФСР неподконтрольные властям организации для решения некоторых задач по подготовке к образованию независимого польского государства. Несмотря на разницу в подходах к достижению цели у ряда политических и общественных деятелей, все они сходились в одном – необходимости создания воинских частей как некоего ядра будущей армии. Эта деятельность маскировалась под формирование сил для отпора германским войскам.
4) Реализации тайных планов помогала французская военная миссия. От нее шли финансовые средства, а также указания и конкретная помощь в организации переправки поляков-военнослужащих и бывших военнопленных на север и в Сибирь. Там предполагалось создать антибольшевистские силы, подконтрольные союзникам – будущим интервентам.
5) Одним из эффективных способов убедить польских солдат и офицеров в необходимости сопротивления советской власти считалось распространение фальшивых документов, содержавших информацию о состоявшихся тайных договоренностях между большевистскими лидерами и германским командованием, Предмет этих договоренностей – недопущение полной независимости Польши, взятие под контроль ее экономики и финансов, ущемление прав польского народа. Изготовителем фальсификатов являлся журналист польского происхождения Оссендовский, а размножением и распространением их занялись видные политики-конспираторы братья Лютославские.
6) Предпринятые органами ВЧК в апреле – июле 1918 г. мероприятия, включая и арест Лютославских, позволили сорвать планы французской военной миссии и польских националистов.
Борьба спецслужб в условиях советско-польской войны
1. Оперативная обстановка на границе Польши и советских республик
Возникновение советско-польского фронта относится к началу 1919 г. За несколько месяцев до этого (в конце 1918 г.) фактически закончилась Первая мировая война, хотя заключение Версальского мирного договора было еще впереди. Центральные державы потерпели поражение, начался процесс крушения двух европейских империй – Германской и Австро-Венгерской. Согласно условиям перемирия, германские власти отказывались от всех положений Брестского договора, что делало его юридически ничтожным. Советское правительство также аннулировало договор, навязанный ему в марте 1918 г. Складывалась принципиально иная геополитическая обстановка. Этим не замедлили воспользоваться польские политические и военные деятели, много лет мечтавшие о создании независимого польского государства. Их чаяния поддержали участники конференции премьер-министров Франции, Великобритании и Италии, состоявшейся 3 июня 1918 г. в Версале. Они решили, что «создание объединенной и независимой Польши с доступом к морю является одним из условий прочного и справедливого мира в Европе»[106]. 12 ноября Регентский совет передал Ю. Пилсудскому военную власть и верховное командование польскими вооруженными силами. Кроме того, ему поручалось сформировать общенациональное правительство. Через два дня совет самоликвидировался, передав Пилсудскому всю полноту власти в стране. Два дня потребовалось новому главе страны, чтобы его подчиненные подготовили и, после подписи, разослали дипломатическую ноту, извещавшую мировое сообщество о существовании новой европейской республики – независимого Польского государства[107].
Границы Польши определились далеко не сразу. В первую очередь Пилсудского, его политических сторонников и даже противников волновал вопрос о восточной границе. Влиятельные политические круги, в основном левой социально-политической ориентации, рассчитывали восстановить страну в границах 1772 г., присоединив к этнической Польше территории Белоруссии, Украины и Литвы и создав федеративную буржуазную республику. Естественно, что такая постановка вопроса не устраивала советское правительство. Идея мировой революции владела тогда умами многих высокопоставленных партийных, военных и государственных деятелей в Советской России. Нарастание революционного движения в польских землях способствовало ускорению процесса сближения левых партий бывшего Царства Польского СДКПиЛ и ППС-левицы и созданию на их основе во второй половине 1918 г. Коммунистической рабочей партии Польши[108]. Для польских властей не было секретом намерение большевиков советизировать Белоруссию, Украину и Литву и построить с ними прочный военно-политический союз. Знали они и о нескрываемых планах части польских коммунистов, находившихся в РСФСР, по установлению «на штыках Красной армии» пролетарской власти в самой Польше. Продвижение частей Красной армии на Запад вслед за уходившими германскими войсками как бы подтверждало начало реализации этого сценария. На этом фоне правительство Польши 12 декабря 1918 г. приняло решение об оккупации территории Литвы, и вскоре его воинские контингенты заняли Вильно[109]. Однако 5 января подразделения Красной армии освободили город. Виленский конфликт явился первым крупным столкновением советских войск с польскими легионерами.
Как в Москве, так и в Варшаве отдавали себе отчет в том, что обстановка имеет тенденцию к обострению, но продолжали действовать, исходя из своих геополитических интересов. В конце 1918 – начале 1919 г. ведомства иностранных дел противостоявших государств регулярно направляли дипломатические ноты с обвинениями друг друга в вероломстве и призывами урегулировать отношения на неприемлемых для противоположной стороны условиях[110]. Одновременно с этим и Советская Россия, и Польша неоднократно обращали внимание правительств крупных европейских государств на неправомерные действия соседа. Однако ни ноты НКИД РСФСР и МИД Польши, ни апелляции к европейским арбитрам результатов не приносили. Все указывало на предстоявшее в недалеком будущем масштабное военное столкновение, путь к которому открывали принятые на международном уровне половинчатые решения по итогам Первой мировой войны, в первую очередь относительно установления новых границ в Европе.
При самой активной поддержке Москвы 1 января 1919 г. была провозглашена Белорусская ССР, а через несколько дней съезд Советов БССР высказался за федерацию с РСФСР. В конце февраля на политической карте появилось новое государственное образование – Литовско-Белорусская ССР со столицей в Вильно[111]. Таким образом, Советская Россия опередила западного соседа в реализации своих стратегических планов.
Согласно указанию главкома Красной армии и соответствующему приказу от 12 февраля создавался Западный фронт, в состав которого вошли 7-я армия, армия Латвии и Западная армия[112]. Здесь следует обратить внимание на немаловажный с точки зрения обострения обстановки факт – еще в августе 1918 г. (то есть за несколько месяцев до образования независимой Польши) первоначально в Москве, а позднее в Смоленске и Минске началось формирование Западной пехотной дивизии[113]. Интересно то, что, согласно постановлению Реввоенсовета Республики от 21 октября, этой дивизии не
