когда их озвучивали.
— Объясни мне, пожалуйста, что происходит.
Виктор скрестил руки на груди и прислонился спиной к дверному косяку.
— Мы с этим балбесом, — кивнул он на напарника, — только что вернулись со смены, сидели в кабаке и выпивали, когда услышали, как пара молокососов обсуждала награду, которую Делос только что назначил за поимку любого из нас.
Ярость вскипела во мне, но я промолчал, зная, что это еще не все.
— Дима, его младший сын, тусовался с компанией, и я видел, как он вышел через заднюю дверь. Он собирал вещи, и мы сели ему на хвост. Я не знаю, был ли он осведомлен, где будет Паша, или это было случайно, но он остановился возле его дома и спрятался в кустах. Внутри разгорелся довольно громкий спор, — Виктор перевел взгляд на Фролова, который нахмурился ему в ответ, — и когда Пашка появился в поле зрения, это пиздюк выстрелил прежде, чем мы смогли до него добежать. Он никудышный стрелок: сначала промазал и попал куда-то в дерево, но когда мы услышали второй выстрел и Пашок упал, мы бросились к дому, чтобы хотя бы попытаться добраться до него.
Шестеренки в моей голове вращались со скоростью света, запуская мыслительный процесс. Что Марина делала в доме Фролова, было вопросом актуальным, но обсуждать сегодня это я не намерен. Больше всего меня беспокоила вероятность того, что Дима увидел свою сестру внутри.
— Он видел Марину? — я негромко адресовал свой вопрос Фролову. В моем голосе слышались нотки гнева из-за сложившейся ситуации и беспокойства.
Он медленно кивнул.
— Поэтому она и сбежала, не стала слушать, когда я сказал ей, что для нее лучше остаться со мной. А броситься за ней в погоню я не мог по понятным причинам, Денис.
Фролов замолчал и отвел глаза, не желая продолжать разговор. Я подошел к изголовью кровати и посмотрел ему прямо в лицо, мне надоели его увертки и переглядки.
— Перестань валять дурака и расскажи мне все до конца.
Послышался глубокий вздох.
— Дело в том, — нерешительно начал Фролов, — что она пришла сказать мне о вознаграждении.
— Твою мать, Паш! — повысил свой я, ударяя кулаком по столу. — Этот мелкий гаденыш уже наверняка рассказал своему отцу о случившемся. И помни, что Маринка там одна только из-за тебя. Ты не смог сделать то, что тебе было конкретно сказано, и держать свой гребаный рот на замке.
Губы Павла сжались в тонкую линию, но по выражению его лица нельзя было понять, что о чем именно он думает. Явно он был зол не меньше моего.
— Я найду ее, — твердо произнес Фролов, приподнимаясь на локтях.
В глазах товарища я увидел уверенность в своих действиях. Что-то раньше я не видел такой пылкости от Паши. Не могли ли их отношения перерасти из служебных в нечто большее?
Кстати об искрах в глазах. Душой и сердцем я готов был вернуться к Вере в теплую постель, но головой понимал, что мне придется разгребать эту заваруху до конца дня. Доктор обработал ногу Фролова и посоветовал ему немного отдохнуть, но было ясно, что тот не намерен следовать этому совету. Как только Паша смог, он встал с постели и, прихрамывая, вышел за дверь.
Я отправил охранников за парой других ребят, чтобы они навели справки о произошедшем. Я хотел знать все, что можно, и о младшем сыне Делоса, и о заявленной награде и вообще о том, как далеко распространилась эта информация. Сколько я себя помню, мы делали все возможное, чтобы сохранить нашу семью и бизнес в состоянии мира с другими местными бандами. Мы старались ничего не делить и даже иногда уступать друг другу, но видимо это был другой случай.
С тех пор как умер мой отец, Владимир Делос, глава компании и по совместительству отец большого семейства, пытался посеять раздор. Но теперь он зашел слишком далеко. Пришло время мне вмешаться, и, учитывая хрупкое состояние моих отношений с Верой на тот момент, это была еще одна причина жаждать скорейшего разрешения конфликта.
Я вернулся домой и молча поднялся на второй этаж. Проходя мимо комнаты Ани, я заглянула в нее и увидел пустую кровать, заваленную куклами и бесчисленным количеством мягких игрушек. Малышка сегодня ночевала вместе с бабушкой. Она была моей принцессой, светом моей жизни, но теперь у меня появилась другая женщина, которая была мне так же дорога. И они обе нуждались в защите больше, чем когда-либо.
Пройдя в свою спальню, я подошел к кровати и посмотрел на мирно спящую прекрасную женщину. Ее темные волосы были распущены по спине, она лежала на боку, свернувшись калачиком вокруг моей подушки, одеяло было скинуто куда-то в ноги, поэтому мне открывался прекрасный вид на гладкую, кремовую поверхность ее спины. Мне очень хотелось занять место рядом с ней, но сначала нужно было кое-что сделать. Наклонившись, я поцеловал ее в губы, а затем спустился к себе в кабинет.
Для начала я отправил письмо своему деловому партнеру. Он руководил охранной фирмой и, помимо всего прочего, работал в частном порядке. В первую очередь мне понадобились телохранители для Ани и Веры. Затем я связался с покупателями двух наших следующих партий и перенес время и место продажи, чтобы эта информация была максимально конфиденциальной.
Я все еще работал, когда рассвело, и некоторое время спустя мое внимание привлек стук в дверь моего кабинета
— Войдите.
Дядя Антон зашаркал в комнату, почти полностью прикрыв за собой дверь, прежде чем сесть в кресло напротив меня.
— Нам нужно срочно что-то делать, Денис, — серьезно сказал он. — Одно дело рассуждать об этом на складе с нашими, но сейчас пришло время разъяснить это всем остальным. Нам нужно дать ответ на этот вызов от Делосов. Дай понять, что ты не слабак.
Я вздохнул, проведя рукой по бороде, слегка почесывая подбородок и размышляя вслух.
— Я бы предпочел не начинать войну. Я не хочу, чтобы жизнь моей семьи, никого из них, подвергалась еще большей опасности из-за моей работы.
Мужчина медленно кивнул.
— Я понимаю, Денис. Но они будут в еще большей опасности, если ты не начнешь ничего делать.
— У тебя есть предложения или мысли?
Он пожал плечами с выражением глубочайшего сожаления на лице.
— Это придется делать только тебе. Я никогда не был создан для этого, Денис, и ты об этом прекрасно знаешь. Пришло время занять твердую позицию, и для того, чтобы никто не пострадал, необходимо переходить к активным действиям.
Я знал, что он прав. Мне нужно было быть
