от больных, что зачастую приводит к развитию заболеваний у самого целителя.
Если совершенствующийся в своём искусстве целитель выдерживает на этом пути возникающие этические испытания, в частности, сохраняет постоянную неудовлетворенность уровнем своего развития, — то целительство становится для него прекрасной дорогой духовного совершенствования. Помогая другим, он развивает в себе и бескорыстную любовь с готовностью на самопожертвование, и расширяет круг своих знаний в пределах многомерного мира, включая природу человека и способы оказания ему различных видов помощи, и наращивает через своё активное служение личную силу.
Применение для повышения мастерства в целительстве методов раджа-йоги и затем буддхи-йоги — параллельно с освоением этических ступеней карма- и бхакти-йоги и накоплением знаний (джняни-йога) — позволяет такому человеку подойти, в том числе, и к высшим формам целительства, таким, например, какие демонстрировал Иисус Христос. Такому Целителю не обязательно даже знать диагноз, ему не требуется также посылать потоки энергии или создавать образы хирургических инструментов… Ему достаточно лишь, зная с абсолютной достоверностью, что больной достоин исцеления, прикоснуться к нему Своим Божественно совершенным Сознанием…
Но для того, чтобы овладеть этим, надо предварительно пройти через ступени Самадхи, “кристаллизации”, Нирваны. Подробно мы говорим об этом в других главах; сейчас же лишь кратко поясним значение приведённых терминов.
Слово Самадхи означает эмоциональное состояние Блаженства высшего порядка, переживаемое человеком при первых соприкосновениях со Святым Духом внутри своего тела.
“Кристаллизация” есть процесс наращивания “массы”, объёма сознания.
Нирвана — это состояние Слияния индивидуального сознания со Святым Духом или Творцом, что даёт возможность направлять внимание в многомерный мир — из его Изначальной Глубины.
При этом надо понимать, что “кристаллизация” может быть правильной и ложной. Правильная “кристаллизация” осуществляется в высших пространственных мерностях; неправильная — в более плотных слоях Мироздания. Последняя может позволить творить “красивые” чудеса и грубо подавлять волю других людей. Но состояния её обладателей отнюдь нельзя назвать близкими к Совершенству.
* * *
Последний вопрос, на котором стоит остановиться в данной главе, может прозвучать для многих парадоксально: А нужно ли, вообще-то, исцелять? И, если нужно, то в каких случаях?
Мы уже говорили, что целительство полезно для целителя. А вот всегда ли оно полезно исцеляемому?
Ведь, если разобраться, — то любая болезнь есть результат выхода человека из экологической гармонии, следствие — в большинстве случаев — нарушения им тех или иных этических принципов, главный из которых — любовь ко всем людям, всем живым существам, всей, наконец, многомерной Макроэкосистеме, включая Высшие Формы Её Сознания.
Иначе говоря, болезнь, как правило, есть указание человеку на то, что ему следует в чём-то измениться к лучшему.
А бездумное (со стороны целителя) исцеление часто лишает больного необходимости думать и меняться.
Таким образом мы можем, исцеляя тело, повредить душе. Поэтому не правильней ли было бы во многих случаях сначала помочь больному понять причину своей болезни, направить его на самоисцеление и лишь потом, если нужно, помочь исцелить и тело?
Разумеется, в этой многогранной и сложной проблеме не может быть единого “рецепта” на все случаи. Истина, как правило, лежит на середине между крайностями. К примеру, ведь и чисто “телесные” исцеления (то есть, без каких-либо пояснений и рекомендаций) иногда воспринимаются исцелёнными и свидетелями как пробуждающие от тупого сна невежества толчки. Например, это может побудить к овладению искусством целительства — чтобы и самим таким образом реализовать и развить свой потенциал Любви.
ЖЕНЩИНА-МЕДИУМ
Она была работником аппарата КПСС, уже “в годах”. Однажды у неё начались сильные головные боли, которые никак не проходили. Медицина в этом случае оказалась бессильной.
Вдруг она стала слышать голос, который говорил, что он — дух, в прошлом очень известный и любимый народом России поэт. Ему было разрешено подселиться в её тело на несколько лет — те несколько лет, которые он, по его словам, не дожил по своей судьбе в собственном теле. А боль её была связана как раз с его вселением.
Партийная работница срочно уволилась из райкома — и полностью предалась изучению открывшегося для неё мистического мира.
Дух вначале послал её заниматься хатха-йогой, потом стал проводить через её тело целительские сеансы. Людям помогало.
Однажды он распорядился о проведении сеанса по исцелению раковых больных, на который должно было собраться по возможности больше целителей. Там мы и познакомились.
Вокруг неё с этого момента образовалась группа разновозрастных людей — бывших атеистов, которым дух рассказывал о жизни в “мире ином”, давал советы, предсказания, лечил.
Именно через него все они впервые услышали, что животные живут не для того, чтобы мы их убивали, и что поедание их трупов приводит к засорению наших тел вредными солями и энергиями. Мы все немедленно изменили характер своего питания.
Он также познакомил нас с другим духом, который в последнем воплощении был гималайским хатха-йогом. Тот стал руководить нашими занятиями по хатха-йоге, давал специальные диеты и назначал трёхдневные голодания для очищения от последствий неправильного питания.
Хотя для нас уже стал неоспоримым фактом мир “загробной” жизни, населенный духами, но вопрос о существовании Бога, тем не менее, не вставал. Бога в нашей тогдашней системе мировоззрения заменяли духи, которые казались нам вездесущими, всеведущими, совершенными.
Сейчас я понимаю, что именно таков путь познания всех, начинающих “с нуля”, — как целых народов, так и отдельных людей, если только они сразу не попадают в зрелую духовную среду.
Во время наших занятий хатха-йогой под руководством нового наставника стали появляться несомненные и повторяющиеся отделения от физического тела. Например, во время шавасаны — релаксации, лёжа на спине, — мы вдруг ощущали себя стоящими на голове или зависшими над полом. Так реальность нематериального существования стала прочувствованной и нами самими, стала нашим собственным опытом.
А раз мы можем существовать без физических тел, — значит, мы… фактически бессмертны? То есть, мы тоже после смерти тел окажемся живыми в мире духов.
Так лишь недавно “открытый” нами мир духов начал мыслиться уже и с нашим собственным — в перспективе — присутствием.
А каковы взаимоотношения в мире духов? Ведь они — явно разные. Нет ли среди них иерархичности? А вдруг есть и Бог — “Самый Главный Начальник” над всеми духами?
Так мы в своём развитии поднялись уже на более высокую ступень, где в центре внимания — духи, но Бог уже имеется в виду, хотя понимается — ещё в принципе неверно.
… В эту пору начался мой личный медиумический опыт.
Вначале я пытался установить контакт с нашим гималайским хатха-йогом. Я приспособился формулировать вопросы так, чтобы можно было получить ответы
