впившимся гвоздем застрял вопрос, доводивший до исступления. Он странным образом словно впечатывался в мокрый асфальт, сливаясь с мрачным ритмом его шагов.
— Зачем я отпустил ее?! Зачем позволил этим двум женщинам манипулировать мной? Зачем прислушался к словам Ксюши? Мы были бы сейчас вместе. Были бы счастливы.
Вкрадчивый голос подлил масла в огонь:
— Нееееет… Счастливыми могут быть только порядочные люди. А ты — пакостник. И нет тебе прощения.
Поток самобичевания был прерван телефонным звонком. Мельком взглянув на высветившееся имя, Матвей нажал отключение. Но телефон завопил настойчивее.
Минин, словно опомнившись, моментально принял вызов с единственной мыслью: «А вдруг!..»
Но его ждало очередное разочарование. Ксения так и не вернулась домой. Арина сообщила об этом чуть ли не обиженным тоном. А то как же! Ведь исчезновение сестры испортило так хорошо начинающийся вечер.
— Может ты придешь к нам позавтракать? — уже совсем другим голосом проворковала она.
— Нет! — в категорическом ответе отчетливо была слышна огромная степень ненависти к лживой притворщице. Которую, казалось, совсем не волновало отсутствие сестры и вероятность трагического исхода. — И больше не звони мне. Никогда. Как я тебя ненавижу! Если с Ксюшей что-то случится, это будет на твоей совести!
Матвей уже собирался отключить мобильник. Но из него донесся злобный шепот:
— На нашей, дорогой…
Глава 16
Матвей
Дни проходили за днями. Новостей о Ксении не было. Надежда на ее возвращение не угасала. Но шансы найти ее живой и здоровой таяли.
Не было ни одной мало-мальской зацепочки, которая навела бы на ее след.
— Не могла же она испариться! — горячился я то в полицейском участке, то в детективном агентстве.
Сам же, не отдавая себе отчета, продолжал ежедневно наведываться в кафе. Подолгу сидел все за тем же столиком, словно ожидая, что свершится чудо. И Ксения войдет, улыбающаяся, счастливая… Прежняя.
В один из таких дней ко мне подошел бармен.
— Давно наблюдаю за Вами. Что-то случилось или просто ждете кого-то?
— И случилось. И жду. Только она не возвращается.
— Это та милая девушка, с которой Вы часто бывали у нас?
Я с надеждой вскинул глаза на парня.
— Ты помнишь ее?
— Ее невозможно не запомнить. — Во мне взыграла ревность к бармену. Промолчал.
В зале было немноголюдно, и наш разговор продолжился.
— Знаете, я обратил на нее внимание в один вечер. Он мне очень врезался в память.
Матвей напрягся.
— Обычно Вы проводили здесь время вместе. А тогда она долго сидела одна. Грустная такая. Я решил, что ждет Вас. Однако время шло, а Вас все не было. Видимо, поссорились, решил я.
И скорее всего не стал бы так пристально наблюдать за ней, если бы не одно странное обстоятельство.
При этих словах я на автомате схватил его за руку:
— Что за обстоятельство? Говори, не томи!
— Насколько мне помнится, — бармен отвел мою руку, — Ваша спутница ничего кроме кофе или безалкогольных коктейлей никогда не пила. А тут…
Глаза жгло огнем от нетерпения и жгучего желания встряхнуть молодого человека, чтоб не мямлил, а быстро выложил суть.
— Что тут?! О чем ты! Да рассказывай же, черт тебя подери!
Бармен слегка обиделся, но продолжил:
— Знаете, она заказала один за другим три коктейля… С алкоголем. Крепких.
— И? Что было дальше?!
— Потом встала и… нетвердой походкой пошла к выходу.
Пожирая глазами рассказчика, напрягся. Сдерживался с трудом, чтоб не вскочить и все-таки не тряхануть бармена.
— Когда она проходила мимо барной стойки, я спросил, не вызвать ли ей такси. Она посмотрела на меня. В глазах было столько боли! Ответила всего несколько слов: «Не надо… мне уже ничего не надо». И все. И ушла.
— Куда?! — вопрос был настолько неуместен, что я сам, уразумев это, только с досадой сдавил руками виски.
— Какого черта ты до сих пор молчал?!
— Так я эти дни не был на работе. Сегодня вот только вас увидел и…
Я уже стремительно выходил из кафе. На бешенной скорости мчался к детективу, Аверину. Тот встретил меня, держа в руках телефон и набирая какой-то номер. При виде меня отменил звонок:
— Я как раз набирал Вас. Есть новости. Правда, в поиске Ксении они не дали ничего нового.
Мое нетерпение зашкаливало. А этот спец не особенно торопился рассказывать, как продвигается поиск.
— Неподалеку от кафе, о котором вы упоминали, найден телефон. Уже созвонились с абонентом «мама». Выяснилось, что владелица — Ксения Данилова. Здесь, кстати и Ваш номер имеется. Мобильник она то ли случайно обронила, то ли специально выбросила. Проследили исходящие звонки. Ни друзьям/подружкам, ни знакомым, ни родственникам Ксения не звонила в тот вечер. Место находки тщательно обследовали. Ничего подозрительного.
Слушаю молча. В голове рой вопросов, которые при озвучивании, наверняка покажутся ему пустыми. Но мне-то они не дают покоя. Буравят мозг, рвут нервы. С трудом выдаю один из более нормальных:
— А что на вокзалах?
— Опрашивали. Ничего. Но мы продолжаем искать.
Вкратце передаю Аверину рассказ бармена в надежде, что это станет хоть какой-то ниточкой.
— Нууууу, — противно тянет он. — Она могла оттуда отправиться куда угодно. Придется опросить таксистов, обслуживающих этот район. Но пока эти сведения ничего не дают.
— Не могла же Ксюша исчезнуть бесследно! — ору я на него, словно это он виновен.
— Бесследно — нет. А вот уехать, куда глаза глядят, вполне. Поэтому терять надежду не следует. Оперативники тоже работают. Я связался с ними. Они разослали ориентировки. Плохих новостей нет, это уже хорошо… Кстати, есть ли у нее родственники, друзья, проживающие в других городах? Вы не уточнили этот момент.
— Вроде бы, нет. Ксения как-то упоминала, что из родственников даже на свадьбу пригласить некого. А друзья? Нет, не думаю. Иногородние — вряд ли. А со здешними я со всеми общался. Никто ничего не знает.
— Странно. Неужели она ни с кем не хотела поделиться своими проблемами? Домашним никакой весточки не посылала?
Последним вопросом Аверин окончательно взбесил меня.
— Не знаю. Уточните сами. В конце-то концов, я плачу Вам за это!
— Хм… Н-да… Видать сильно они Вас допекли, раз даже по такому важному вопросу не хочется общаться с ними.
— Да уж. Нет ни малейшего желания.
Легче после встречи с Авериным не стало. Добавилось беспокойство. В голову лезли самые страшные предположения. Картины рисовались одна ужаснее другой.
Я уходил от Аверина с тяжелыми мыслями. Его слова вызвали воспоминания о последних событиях, виновником которых я считал, в первую очередь, себя. Вел себя, как ягненок, которого ведут на заклание.
Да, послушал Ксению, что должен отвечать
