Читаем без скачивания Unknown - Muelka

- Я так понимаю, Руби с вами?

- Нет, почему вы так решили? – Эмма подумала, что лучше не сдавать подругу, хотя по выражению лица Миллс было ясно, что она ей не верит.

- Ладно, забудем. Может мышьяку?

- Что?!

- Коньяку не желаете, мисс Свон? Я сегодня очень устала и мне не хочется выяснять, что именно сподвигло вас проникнуть в мой дом. Но если это еще раз повторится, - брюнетка вплотную подошла к шерифу. Эмма почувствовала ее горячее дыхание у себя на щеке. – Я приму меры.

      Регина собиралась отойти, но Эмма схватила ее за запястье и притянула обратно.

- Кто вам дарит цветы?

      Мэр сначала опешила от дерзости блондинки, но ей показалось это приятным.

- Это не ваше дело, мисс Свон, - брюнетка улыбнулась, смотря дразнящим взглядом в глаза Спасителя. Это был вызов.

- Я, как шериф, должна знать, кто ухаживает за такой важной персоной, вдруг это маньяк? – Эмма склонилась чуть ниже.

      Теперь расстояние между их губами составляло около сантиметра.

- Вы теперь собственного сына маньяком считаете? Неожиданно, - улыбнулась Регина. Она коснулась своей щекой щеки блондинки и, добравшись до ее уха, прошептала:

- Вам пора, мисс Свон, Руби наверняка думает, что вас уже нет в живых.

Регина отошла от Эммы и зашла в ванную. Шериф почувствовала, что в ее животе что-то перевернулось. И все-таки она ведьма! А метлу она найдет в следующий раз, ведь ей нужно это доказать.

*Дышать*

Дышать. Это так сложно. Напряжение межреберных мышц, вдох и заполнение 700 миллионов альвеол, присоединение кислорода к гемоглобину и пассивный выдох. Снова и снова, днем и ночью.

Как интересно у нас с тобой все получилось. Случайная встреча, случайное столкновение. Я и сейчас помню, как в тот момент вылетели все мысли и осталось только частое дыхание. Стресс. Выброс адреналина. И ты.

Рациональность, сдержанность, холодность, сухость, закрытость – это все мои основные качества, которые я воспитывала в себе всю свою сознательную жизнь. Ты другая. Моя рациональность просто разбивалась вдребезги, даже не долетая до тебя, а сдержанность меркла перед твоей экспрессивностью. Первое время мой мозг рядом с тобой перерабатывал столько мыслей, столько вопросов, сколько он не делал ни на одном экзамене. Ты показывала мне новые эмоции, открывала новые ощущения. Я начала жить рядом с тобой. Пусть это громко сказано, но это так.

Я и раньше задумывалась над таким понятием, как любовь. И… я не знаю, что это. Однако, я знаю, что не могу прожить и дня, не услышав твой голос. У меня мурашки по коже от него, а твой акцент... Я знаю, что для счастья мне нужно каждый день видеть твои глаза и понимать, что у тебя все хорошо: ты не болеешь, тебя ничего не тревожит. Я знаю, что теперь, когда на мой телефон приходит смс, сердце начинает биться чаще, ведь возможно это ты и неважно, что там, потому что частичка тебя только что постучалась ко мне. Я знаю, что если ты чего-то захочешь, я разобьюсь, но сделаю это! Я знаю… что где бы ты не находилась, я хочу быть рядом с тобой.

Иногда мне становится страшно. Я понимаю, что стала зависеть от тебя. Ты мой наркотик. Я не выдержу ломки, если ты вдруг исчезнешь. Может, именно поэтому я не могу сказать тебе эти три простых слова? Может, я боюсь признаться сама себе, насколько сильно ты дорога мне? А возможно, это говорят во мне остатки рациональности.

Скоро 8 марта, и я дрожащими руками пишу тебе открытку. И когда я уже перестану робеть даже при мысли о тебе? От моего ровного почерка не осталось и следа. Я давно решила, что тебе написать, осталось дело за малым, просто нанести это на бумагу.  Руки предательски подводят, но я беру верх над волнением – несколько минут и все готово.

«Я люблю тебя, малыш…»

Дышать. Это ведь так просто. Всего лишь вдох и выдох. Обмен кислорода на углекислый газ. Грудь вниз, вверх… выдох, вдох.

Главное не забывать об этом, когда ты рядом. Вдох/выдох...

Куда привозят трамваи

Почти все знают, что такое студенческая жизнь. Но на одном из моментов я бы хотела остановиться поподробнее.

      Случилось это в середине зимы, которая, кстати, не на шутку решила заморозить всё и вся. Лекционные аудитории путём не прогревались, поэтому понятие «верхняя одежда» стёрлось, а осталось — «повседневка». Улицы быстро пустели. И если кто-то и появлялся, то быстро исчезал, забежав в магазин или ателье, но не с целью что-то приобрести, а банально погреться.

      В трамваях было много теплее, и с некоторых пор время, проведённое в дороге до универа, стало моим любимым из всего учебного процесса. Моя остановка находится почти в самом конце маршрута, а точнее — за две остановки до последней. Конечной станцией был загородный посёлок, находившийся через лесополосу от города.

      День начался как обычно, ничто не предвещало беды, как иногда говорят в таких случаях. Однако уже на первой паре, получив отработку, я поняла, что обычным этот день не будет. Хотя, кого я обманываю? Ничего я тогда ещё не поняла.

      Староста сегодня была на взводе, пыталась организовать группу на поход в театр. Но в такой мороз никто лишний раз не собирался выходить из дома. И так как староста все-таки моя подруга, я вместе с ней или по отдельности пыталась уговорить одногруппников посетить столь приятное мероприятие. Приятным его делал приказ деканата.

      В общем, набегалась и нааргументировалась я вдоволь. Когда я вышла из универа, уже вечерело. Найдя свободное место в трамвае номер 18, я с чистой совестью и одной отработкой погрузилась в царство Морфея. Я редко когда засыпаю, обычно это простая дрема с периодической проверкой того, на какой остановке находится трамвай. Но сегодня «обычностью» я пренебрегла.

      Меня разбудил несильный толчок. Проснувшись, я недовольно что-то заворчала и, с трудом фокусируя взгляд, сначала определила местоположение на маршруте, убедившись, что моя остановка еще нескоро, недовольно изрекла:

— А чего вы толкаетесь?! — я посмотрела на женщину, сидевшую рядом.

— Вообще-то, вы на мне лежали. Все бы ничего, но сохранять одно и тоже положение мне неудобно, поэтому я вас приподняла, — ровным, чётким голосом ответила женщина, даже не повернув голову в мою сторону.

— Ну и ладно, — не найдя подходящих слов, я облокотилась на другую сторону и снова закрыла глаза.

      Показалось, что прошло так мало времени, каких-то пару минут, как меня снова кто-то толкнул. На этот раз, я даже не открыла глаза, а просто сместилась подальше от толчка и поплотнее прижала к себе сумку. Однако, на этом меня не оставили в покое. Всё-таки открыв глаза от очередного толчка, я увидела все ту же женщину. Она, уже стоя, выжидающе смотрела на меня.

— Вы выходить собираетесь? Уже конечная, сейчас трамвай поедет в депо.

      Не сказав ни слова, а только выпучив глаза, я схватила сумку и поскакала к выходу. Не знаю, что я ожидала увидеть, то ли то, что женщина подшутила, и я не проехала, то ли еще чего-нибудь. Но увидела я то, что и должна была — остановка «конечная». И темнота. Причём темнота в прямом смысле, остановка освещалась лишь светом из окон трамвая. А когда он уехал, осталась только темнота.

— Это не ваша остановка? — послышался голос за спиной, от внезапности которого я вздрогнула. Все та же женщина.

— Нет, — вздохнула, — не моя. Не подскажете, когда следующий трамвай, в обратную сторону? — по привычке глянув на наручные часы — 21:05.

— Сегодня больше не будет. Только на такси, — ответила незнакомка и зашагала через дорогу.

— Да, спасибо… — поблагодарив спину, я интенсивно начала перебирать сумку в поисках кошелька. Но только зря потратила на это время — по закону жанра он оказался пустым, лишь одинокая пятирублёвая монета превращала его в средство хранения денег. Следующим моим действием был поиск телефона, его я нашла быстро, в боковом кармане сумки. Но от чёртового мороза он никак не хотел включаться! И тут я вспомнила о морозе и уже представила, как моё замороженное тело найдут завтра на этой остановке. Однако, отчаянье - не мой девиз. Потирая ладошками телефон, я начала бегать и прыгать вокруг остановки. Это продолжалось около десяти минут, и следующим моим шагом было согреть заледеневший телефон о разгоряченное тело. Однако в момент, когда я уже расстегнула куртку, зажмурилась и приготовилась прикоснуться ледяным телефоном к животу, меня окликнул мальчик лет десяти на другой стороне дороги.

— Вам нужна помощь?

— Эээ… — я быстро застегнула куртку и засунула руки в карманы. Уже собираясь сказать "нет", я все-таки одумалась и интенсивно закивала.

— Тогда пойдёмте, — мальчик махнул рукой и куда-то побежал.

      Заключив про себя, что это не какая-нибудь аномальная галлюцинация, вызванная морозом, я побежала за пацаном. Но бежать пришлось недолго, он остановился у ворот дома напротив остановки. Открыв калитку, мальчик прошёл дальше, до крыльца и снова остановился, дожидаясь пока я подойду ближе.