— Не поможет! Я ведь инстинктивно схватила тебя за руку и не почувствовала её! Я словно была в абсолютной пустоте. Только я и эта картинка, один на один!
«Похоже, всё не просто так. Здесь пользуются низкочастотными излучателями или другими способами влияния на подсознание, как бы гипнотизируют собравшихся. Но так намного глубже ощущение реальности, так что не стоит придавать этому факту большого значения, надо просто наслаждаться,» — подумал про себя Раджан, а в слух произнёс:
— Забавно! Чрезвычайно похоже на вступительный ролик перед фильмом, я так и ожидал, что сейчас вылезет логотип фирмы изготовителя.
— Да, есть что-то, — не оборачиваясь, ответил парень, уже взявший на себя роль гида. — призвано разогреть зрителей, ну и показать некоторые возможности техники, а то люди со своими черно-белыми телевизорами уже забыли что такое эффект присутствия. Но не отвлекайтесь, представление продолжается.
На это раз действие происходило внизу, на свободном от зрителей участке котловины. Опять была Земля, но на этот раз не планета, а уже поверхность, пока в основном скрытая облаками. Все как бы чувствовали себя парящими над землёй и водой. И снова была музыка, лёгкая, почти неразличимая на фоне завываний ветра (реального ветра, а не смоделированного), но заметно усиливавшая эффект свободного полёта. Сначала внизу пронёсся океан, искрящийся в лунном свете, потом появилась береговая черта, лишь чёрные голые скалы. Потом пошла нескончаемая череда леса, плохо различимого в темноте. Только иногда деревья расступались, чтобы в лунных лучах блеснула полоска воды, то ли река, то ли озеро, и снова чёрно-зелёное море деревьев. «Никак тайга, — мелькнуло в голове у Раджана, — интересно, Сибирь или Канада?» Становилось всё светлее, очевидно камера двигалась с запада на восток. «Значит всё-таки Канада. Сейчас наверняка будут выступать против аннексии, хотя, посмотрим…» Движение заметно ускорилось, хотя это произошло скорее всего из-за того, что уменьшилась высота и можно было уже разглядеть отдельные деревья, вместе с движением убыстрился и темп музыки, к тому же, как и в прошлый раз она становилась всё более и более тревожной, продолжая оставаться всё такой же тихой. Вдруг снизу выплыл какой-то городок, а скорее даже большой посёлок, застроенный невысокими домами. Над ним движение замедлилось, камера сделала ленивый разворот, и, показав его последний раз во всей красе мирного и безмятежного предрассветного сна, резко нырнула вниз, одновременно голографическая сцена поднялась до уровня глаз наблюдателей. Стремительно пронесясь по пустынным улицам, так что разглядеть отдельные постройки оказалось не под силу, камера так же стремительно затормозила, как бы незаметно подкравшись со спины к двум людям, что стояли посреди улицы. Теперь улицу и дома можно было рассмотреть подробнее, при этом сразу терялось всё очарование и безмятежность посёлка. Такая чистая издалека улица теперь была разворочена гусеницами танков, покрыта выбоинами и трещинами. У аккуратного трёхэтажного домика с колоннами выполненного чуть ли не в стиле барокко, не хватало угла, который осыпался, завалив часть улицы кирпичной и бетонной крошкой. Не лучше выглядели и остальные дома, у многих в стенах зияли пробоины или змеились крупные трещины, а целых окон не было почти ни в одном здании. Сразу было видно, что в городе недавно шли бои с применением техники и тяжёлого оружия. Не развеивали этого ощущения и двое, стоявшие посреди улицы. Хотя, закованные с ног до головы с металлические доспехи, со шлемами на головах, напоминающими вёдра, они больше походили на тевтонских рыцарей, что-то выдавало в них современных солдат. Скорее всего это были очень плавные обводы брони, чрезвычайная подвижность её сочленений, наконец, огнестрельное оружие, которое они держали в руках.
— Энергетическая броня, — ахнула Фелис и тут же зашептала на ухо Раджану, словно боясь громким голосом нарушить пафос минуты, — мне отец про неё рассказывал. У него много друзей военных, так они говорят, что броня была разработана пару лет назад, и сейчас ей укомплектовываются только элитные армейские части…
— Похоже, одно из таких элитных подразделений сравняло этот канадский городок с землёй, — так же шёпотом ответил Раджан.
Между тем камера обогнула закованных в броню солдат и теперь оказалась от них сбоку — на самом деле сцена как бы повернулась вокруг своей оси, чтобы дать всем собравшимся увидеть ранее недоступные участки. Стало видно, что перед солдатами спиной к ним на коленях стоит ещё один человек. Человек был облачён в стандартную боевую камуфляжную броню, которую использовали солдаты почти всех стран. Его каска валялась неподалёку, а руки были скованы за спиной наручниками. Сцена продолжала вращаться, когда один из солдат сделал шаг вперёд, приставил пистолет к затылку пленного и спустил курок. Выстрел прозвенел у всех у ушах и тут же потонул в рёве толпы, выкрикивающей лозунги: «Свободу Канаде! Смерть мировому империализму! Да здравствует ООН! Даёшь соблюдение прав человека!». Раджан вдруг тоже почувствовал непреодолимое желание что-нибудь крикнуть, потрясая кулаком, но пальцы Фелис, резко сжавшие его локоть, привели его в чувство. Он повернул голову вбок и увидел, что та бормочет сквозь слёзы:
— Этого… этого не может быть… Ведь Канада присоединилась добровольно… Ведь, уже два года мы празднуем день объединения США и Канады… И канадцы, они тоже отмечают этот день! Нам по телевизору показывают разукрашенные флагами двух стран улицы Торонто, улыбающихся людей, смеющихся детей… То что мы видели неправда! Раджан, ну скажи пожалуйста, что всё это неправда, что всё это сон… Ну пожалуйста!!! — Фелис ткнулась ему лицом в грудь и разрыдалась.
— Ну успокойся… успокойся… Всё это неправда, сейчас мы поедем домой, ты ляжешь в постель, а когда проснёшься, на улице будет светить радостное солнце и всё будет хорошо…
— Нет, не будет! — Фелис резко отстранилась. — Ведь там действительно было сопротивление, были свободолюбивые люди, которые теперь мертвы! А я то дура не верила, считала, что это всё слухи, происки диссидентов, покушающихся на наш мир и покой. Ну почему, Раджан, почему в конце двадцать первого века не могут всё решить мирным путём, почему из-за чьих-то амбиций должна литься человеческая кровь?!
— Фелис, всё нормально, давай уйдём! Во всём виновата чёртова аппаратура внушения! Дома ты придёшь в себя, и всё станет нормально…
— Нет, не станет! Не станет! — Фелис ударила ладонью Раджана в грудь. — И никуда я не пойду! Я хочу досмотреть до конца, я хочу знать правду! —тут она не выдержала и снова разрыдалась у него на груди.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
