Вы будете дома, — сказал врач, чей голос дрогнул, словно нёс в себе вес усталости от всего, что было пережито. В глазах мелькнула искра — возможно, это была надежда на покой, или же просто отражение боли, которую он так долго нёс в себе.
-Это приказ губернатора Калой-Маха, - тяжело добавил врач.
Ториан ощутил, как сердце замерло на мгновение, - Прервать реабилитацию? Но почему? —голос юноши был полон недоумения, а брови сдвинулись в выражении глубокого удивления. Молодой человек не понимал, что могло заставить губернатора, родного дядю, принять такое решение.
Во взгляде Николы читалась не только усталость, но и нечто большее — тяжесть несказанных слов.
-Губернатор Калой-Мах... он приказал немедленно вернуться. Возникли семейные обстоятельства, — голос доктора дрожал, словно каждое слово было тяжёлым камнем.
Ториан почувствовал, как грудь сжалась от шока. Семейные обстоятельства? Молодой человек вспомнил, как искал информацию о судьбе дома Руссо, но каждый раз его поиски заканчивались ничем.
-Что произошло? — его голос был тихим, но в нём слышалась тревога.
Никола сделал глубокий вдох, и когда он выдохнул, плечи опустились, словно мужчина сбросил часть своего бремени.
-Я не знаю всех деталей, Ториан. Но губернатор настаивает, и мы не можем пренебрегать его приказы, — доктор покачал головой, и в глазах на секунду вспыхнула искра — искра надежды на покой, или, возможно, отражение боли, которую он так долго нёс в себе.
Ториан стоял, не в силах скрыть своё изумление. Глаза юноши расширились, а руки непроизвольно сжались в кулаки.
-Хорошо... я вернусь домой, — сказал Ториан, принимая неизбежное. Голос молодого человека был решительным, но в нём звучала нотка грусти по потерянному времени, которое мог бы провести, восстанавливаюсь и становясь сильнее. Но теперь, казалось, судьба решила иначе.
Глава 2
Калой Мах — это не только планета, но и целый мир с уникальными особенностями и сокровищами, озаряемый светом своей звезды в бескрайнем космическом пространстве. Она находится на таком расстоянии, что её можно увидеть через телескоп как яркую синеватую точку, обращённую к своей звезде, словно страж, хранящий тайны.
Несмотря на относительно скромный диаметр в 12500 км и массу, которая в 4,1 раза меньше массы Земли, Калой Мах обладает собственной гравитацией, ощутимой с каждым шагом на поверхности. Планета совершает полный оборот вокруг своей звезды за 72 земных дня, переживая короткие, но интенсивные сезоны, а 12-часовые сутки задают необычный ритм жизни.
Ландшафт Калой Мах представляет собой уникальное творение природы, богатое разнообразием форм и оттенков. Покрытая водой, атмосфера на планете относится к углеродной группе. Но люди могут дышать только на определённых высотах, где воздух имеет такую же плотность, как на Земле.
Одно из самых поразительных явлений Калой Мах — это цепь криовулканов на полюсах планеты, протянувшихся на сотни километров. Извергая воду, аммиак и тёплые газы, они создают уникальные условия для жизни и эволюции различных биологических видов.
Столица планеты, город Махан, является символом творчества и упорства человечества. Этот величественный мегаполис, стоящий на водах Калой Мах, служит не только центром жизни и деятельности, но и основным транспортным узлом, соединяющим все уголки этого удивительного мира. Здесь расположены порт, космодром и аэропорт, обеспечивающие связь с космическим пространством и планетарными районами.
(Выдержка из «Галактического путеводителя»)
Раскалённый карлик, сверкая золотым светом, гордо освещал каждый уголок своей звёздной системы. Вокруг звёзды, будто в мистическом хороводе, вращались восемь планет, отличающиеся уникальной цветовой палитрой. Именно к одной из них, окрашенной в ярко-синеватый оттенок, стремился корабль, медленно пробираясь сквозь разряженный пояс астероидов.
-«Когда-то здесь была планета», — подумал Ториан, всматриваясь в тёмно-серые обломки, плавно движущиеся в безграничной тьме космоса. Глаза ловили каждый мелькающий объект, проплывающий мимо панорамных окон корабля. Он успел заметить мёртвые остовы космических судов — различные по строению, назначению и времени создания. Также встречались станции, крепко врывшиеся в твёрдые породы крупнейших астероидов.
С каждой минутой пространство вокруг становилось всё более очищенным от астероидного мусора, постепенно уступая место маленьким автономным дронам. Эти небольшие машины, занимавшиеся ремонтом или изучением, бесшумно скользили мимо летевшего корабля. Рядом с ними время от времени пролетали спутники или резвые корветы-курьеры, каждый из которых отличался уникальной формой и раскраской.
-Подходим к орбите Калой-Мах 6, — мягко прозвучал женский голос через динамики, и ангар наполнился жизнью, эхом суеты и предвкушения предстоящего. Свет отражался на защитных костюмах техников, что снуют здесь и там, увлечённо готовя крылатые аппараты к предстоящим заданиям или проводя тщательный осмотр компактных летательных судов. Рабочие, одетые в мощные экзоскелеты, уверенно манипулировали тяжёлыми грузами, аккуратно загружая их в трюмы трёх шаттлов, готовых к отлёту. В воздухе витал запах машинного масла, а звуки металла и работы палубной команды создавали симфонию технологического прогресса, подчёркивая величие и масштаб предприятия, которое только, что начиналось.
В это время молодой человек, всё так же неотрывно следил за тем, как вдали, среди звёздной пустоты, синеватый огонёк постепенно обретал форму и размер. Чем ближе они подходили, тем яснее становится контур огромной космической станции.
От величественной центральной секции во все стороны расходились многоуровневые надстройки. Образуют сложную сеть переходов и платформ, окружающих ядро, подобно стальным рёбрам гигантского космического существа. Во всех направлениях, как звёзды в ночном небе, мерцают сенсоры и радары, создавая иллюзию звёздного роя, вечно вращающегося в танце вокруг станции. Эти мерцания выполняли жизненно важные функции навигации и наблюдения.
Вокруг станции летали многочисленные корабли. Занятые своими повседневными задачами: некоторые из них прикованы к докам и стыковочным узлам, где их корпуса тщательно ремонтировали или обновляли, в то время как другие готовились к первому полёту, маневрируя среди звёзд. Громадные орудия станции, расположенные по наружному периметру, создавали впечатляющее оборонительное кольцо, напоминая о мощи и неприступности космического бастиона. Тёмные стволы, готовые в любой момент выпустить грозный залп, служили напоминанием о силе имперского закона.
Как тень, скользящая по звёздному полотну, рядом со станцией величественно парит космический крейсер империи. На бортах остроносого корпуса, окрашенный в тёмно-серебристые тона, виднелось имя корабля. Эгида. Массивные двигатели, словно спящие гиганты в корме судна, готовы в любой момент зажечься, высвобождая огромный импульс энергии. Едва заметные на фоне гладких линий корабля ионные пушки и лазерные турели, аккуратно встроены в корпус, образовывая ряды смертоносных орудий, готового к битве. А возле бойниц располагались шахты пуска космических торпед и ракет. Командный мостик возвышался над корпусом, прикрытый мощный энергетический щит, окружавшие синевой всё космическое
