Читаем без скачивания Канадский гамбит - Джерри Эхерн

Фрост буквально замер. За древесными стволами, где-то под лапами темных елей, раздавалось негромкое, прерывистое дыхание. Наемник ринулся на звук и обнаружил Элизабет.

Женщина лежала ничком. На шее, прямо под линией волос, виднелся порез, и тонкая струйка еще не успевшей запечься крови струилась на хвойную подстилку. Фрост прильнул ухом к ее телу, к ребрам. Бесс дышала неровно, и все же хрипов не замечалось. Капитан осторожно ощупал недвижное тело подруги. Ребра были целы, позвоночник и тазовые кости — тоже. Наемник издал глубочайший вздох облегчения и разогнулся.

Неподалеку валялся на земле темный предмет. Фрост узнал собственный KG—9. Выстрелить из него Элизабет, разумеется, не успела. Фрост опять наклонился, бережно перевернул подругу на спину, пристроил поудобнее.

— Женщина в порядке?

О’Хара, топтавшийся чуть поодаль, наконец, приблизился, удостоверившись, что в кустах не оставлено хитрой засады.

Фрост поднял голову.

— Кажется, да.

— Земля истоптана, мальчика не видно; Его, разумеется, уволокли к реке, погрузили в лодку, а сейчас удирают на веслах. Через милю-другую включат мотор — и поминай, как звали. Ну и телохранитель же вы, капитан!

— Заткнитесь! — огрызнулся Фрост.

— Слушайте, — сказал О’Харa. — Поскольку мы на эту сволочь не наткнулись, есть надежда, что похитители умчались по другой тропе и не разорили моего бивуака. Там остался радиопередатчик. Я сию минуту побегу и попрошу выслать вертолет. Лучше — два. Один погонится за мерзавцами, второй заберет вас и женщину в Монреаль. Достаточно порезвились, пора и честь знать.

— Провались, олух, — вяло сказал Фрост.

— Слушай, маэстро! Дело уже приняло по твоей вине самый нежелательный оборот. Если ты, ко всему прочему, станешь упираться на ослиный манер, будешь отвечать за судьбу Кевина Чильтона лично! Лично, уясни!

Фрост поднялся и поглядел в глаза федеральному агенту с расстояния нескольких дюймов.

— Если бы вы, клоуны цирковые, не сделали ребенка живцом на крючке, дело не приняло бы вообще никакого оборота, уясни!

— Что? О чем ты трезвонишь, человече? Каким живцом?

Фрост обмяк, неторопливо присел, и прислонился к толстому, пахнувшему смолой и осенью сосновому стволу.

— Так. По порядку. Ваши люди не преследовали меня от самого Буффало?

— Да нет же, говорю тебе!

— И твоя служба не уговорила старого Скартвелла выслать внука в Монреаль, как наживку для террористов?

— Напротив! Бюро всячески пыталось отговорить его от подобной глупости! Мы уверены были, что каша либо уже заварилась, либо вот-вот заварится! Но старик уперся, как носорог, и тогда мы, будучи не вправе браться за такие вещи, рекомендовали снестись со службой Diablo. Дикон ведь когда-то сам у нас работал… Черт, ну и дурака же сваляли!

— Одну минуту, — промолвил Фрост, покачивая головой.

— Ни единой! Нужно поскорее добраться до радио!

— Фрост… — раздался очень слабый, однако внятный голос.

Наемник подскочил, во мгновение ока очутился подле Бесс, положил ее голову себе на колени.

— Помоги подняться…

— Фрост, — вмешался О’Хара, — покажи ей мое удостоверение. Оно все еще у тебя в кармане. Потом возврати, пожалуйста.

Капитан оглянулся, осклабился, бросил агенту черную книжицу и сказал:

— Все в порядке, милая. Этот субъект и впрямь работает на Федеральное Бюро. Тебе лучше? Что случилось?

— Я… А-а-а… Господи, помилуй! Ждала, прислушивалась, Кевин сидел рядом… А где Кевин?

Бесс начала неуклюже вставать.

— Кевина схватили террористы, мисс, — отозвался О’Хара.

— Что? Фрост, беги за ними! Я буду…

— Не беспокойся, малышка, — проскрежетал Фрост, изо всех сил пытаясь говорить помягче. — Мы найдем Кевина. И разыщем ублюдков, которые напали на вас.

— Он сидел совсем рядом! А потом… Потом… Элизабет осеклась и замялась:

— Потом зашелестела хвоя. Пытаюсь обернуться, держу твой KG—9 в правой руке, и вдруг… Вдруг точно скала обрушилась. Больше ничего не помню.

— Ничего страшного, — утешил подругу наемник.

— Но ты поручил Кевина моим заботам, и это я…

— Послушайте, мисс, — вмещался ирландец О’Хара. — Послушайте моего просвещенного мнения. Не поверите — ваш собственный приятель подтвердит каждое слово. Он тоже не новичок. Успей вы разрядить хотя бы один патрон — и мальчика не спасли бы, и сами наверняка погиб ли. Судя по следам, сюда явилось человек шесть… А теперь уж, увольте, я бегу к передатчику.

— Лучше идите вместе, — сказала Элизабет. — Мне уже лучше. Честное слово. Только непременно возвращайтесь.

Одно мгновение Фрост глядел на нее в упор, затем склонился, поцеловал молодую женщину, усадил, прислонив к сосновому стволу, снова вложил в руки Элизабет KG—9, предварительно удостоверившись, что в дуло не попала грязь.

— Если хоть кто-нибудь приблизится, не назвав пароль “Бирма”, бей и не раздумывай. Клади наповал. Понимаешь? А мы вернемся минут через десять.

Ирландец и Фрост помчались в обратном направлении, сквозь разделявший оба бивуака лес.

— Кстати, маэстро, держу пари, что в лодочке вашей сделан очень аккуратный и длинный порез от носа до кормы. Да еще и не один, а парочка — с обеих сторон. Беда с этими резиновыми лодками, трудно заклеивать, — пропыхтел О’Хара.

Фрост не ответил, но ускорил бег.

Человек, столь недавно подвергнутый наемником показательному удушению, вполне оправился и по-прежнему восседал на еловом пеньке — только позу роденовского мыслителя сменил. Теперь он сосредоточенно скреб рукою затылок. Вернее, растирал полученные — по-видимому, неопасные для жизни либо здоровья — повреждения.

— Ты в порядке, Карл? — заорал ирландец.

Человек молча и неторопливо кивнул.

Фрост окинул бивуак быстрым взглядом, а О’Хара лихорадочно извлек радиостанцию, щелкнул переключателем, обернулся. Шум статических разрядов показался Фросту оглушительным.

— Зебра-Контроль, Зебра-Контроль, Зебра-Контроль, это Зебра-Два, Зебра-Два. Прием.

Статические разряды, ровные и ничем не нарушаемые.

— Зебра-Контроль, вы слышите меня?

Касаемо Зебры-Контроль можно было только гадать, но капитан Генри Фрост слышал своего нового товарища отлично. Еще он отчетливо слышал щелкающие и шелестящие звуки статики.

— Кажется, ты следуешь примеру вопиющего в пустыне, — заметил наемник минуты четыре спустя.

— Да какого же?.. — заорал О’Хара в полный голос. — Я самолично проверил этот ящик, покуда Карл…

Ирландец обернулся к Фросту и закончил почти спокойным голосом:

— …выгребал из лодки остальные причиндалы!

— Ты шахматист? — осведомился капитан.

— Что-о?

— Существует понятие гамбита. Эффектной, откровенной, впечатляющей жертвы. В самом начале партии противнику отдают на съедение пешку либо фигуру. Ежели другой игрок настолько самоуверен или жаден, что принимает подарок — его позиция, как правило, становится неудобной. Или вовсе неприятной. Боюсь, нам предложили гамбит. А мы, не будучи ни дураками, ни зелеными новичками, вынуждены все же принять жертву…

В правой руке Фроста уже блестел хромированный браунинг. Предохранитель послушно перешел в боевое положение, повинуясь нажиму капитанского пальца. Гашетка, слушавшаяся другого пальца — не большого, а указательного, — дважды подалась назад. Коротко и безошибочно.

Первая пуля, заключенная в никелевую оболочку, вонзилась Карлу где-то между пупком и горлом — стрелять пришлось навскидку. Вторая, выпущенная чуть поспокойнее, поразила диверсанта в точности ниже ременной пряжки — жестокий, но шокирующий, калечащий выстрел, молниеносно делающий любого, сколь угодно сильного противника, безвредным.

Карл отлетел, опрокинулся, стукнулся затылком о тот самый пенек, на котором столь безмятежно восседал каких-то две минуты назад. Умер окончательно, ибо черепные кости — по природе своей крепкие, надежные и выносливые, — все-таки не любят слишком резких сотрясений и проломов при грубом ударе о совершенно чуждые людской анатомии предметы.

Фрост обернулся.

В руке ирландца уже блестел смит-и-вессон. Хромированный: ни дать, ни взять, фростовский браунинг. Но, в отличие от капитанского оружия, весьма крупнокалиберный. Примерно двадцать девятая модель. А калибр — никак не меньше сорок четвертого. Хорошая вещь…

— Ты хо… хочешь… Этот сучий выбл?..

— Хочу сказать: этот сучий выблядок — опытный, давно и основательно ученый профессионал. Был таковым… Прости за невольное оскорбление, О’Хара, но если бы ты прибежал сюда в одиночку, нам с Элизабет пришлось бы разоряться на венок. Твой венок, между прочим. Нужно чуть внимательнее смотреть за людьми, с которыми выпало работать.

— Не закатывай истерику!

— Разве я похож на истерическую личность?

— Прости. Разумеется, не похож. Но этих ублюдков на реке я достану самолично! Самолично!