– Позвони мне, когда вернешься, – попросила Терри.
Поднимаясь из-за столика, Отем одной рукой взяла свой стаканчик с кофе, а другой повесила на плечо маленькую сумочку из коричневой кожи.
– Пожелай мне удачи.
– Ага, – кивнула Терри. – Чувствую, она тебе понадобится.
Глава 6
Как и планировалось, рано утром в субботу красный «форд-эскейп» Отем выехал из узкого гаража под зданием, в котором располагалась ее квартира, и направился к выезду на Пятую автостраду. Конечной целью был Портленд. Движение оказалось не очень плотным. Большая часть народа покинула город накануне вечером, и Отем удалось попасть за пределы Сиэтла задолго до того, как на дорогах появились машины любителей субботних походов по магазинам. Через четыре часа она достигла Портленда, откуда свернула на Восемнадцатую автостраду и проехала еще десять километров до шериданской тюрьмы. На сиденье рядом с Отем лежали распечатанные правила посещения – на четырех страницах.
Отем изучила их очень внимательно, и в ее одежде не было ничего цвета хаки – это запрещалось, потому что заключенные носили штаны и рубашки хаки. Кроме того, посетителям не разрешалось иметь на себе что-либо металлическое. Она въехала на стоянку перед главным зданием с черепичной крышей, припарковалась на отведенном для гостей месте, выбралась наружу, заперла машину – и тут начала нервничать. Чуть помедлив и сделав глубокий вдох-выдох, Отем зашагала к дверям, на которых виднелась надпись: «Посетители». Внутри она заметила видеокамеры, которые фиксировали каждый сантиметр пространства.
Когда Отем приблизилась к стойке информации, подошла надзирательница в белой форменной рубашке и брюках.
– Ваше имя? – обратилась она к Отем.
– Отем Соммерс… Через «о».
Надзирательница, крупная женщина с огромной тяжелой грудью и коротко стриженными черными волосами, проверила листки, прикрепленные к ее планшету.
– Ваше имя есть в списке. У вас специальный пропуск для встречи с Джеральдом Миксом?
– Да, верно.
– Вам все равно придется пройти личный досмотр, как обычному посетителю.
– Да, меня предупредили.
– Идите за мной.
Надзирательница провела Отем по навощенному до блеска линолеуму, и они оказались в комнате с еще большим количеством видеокамер и тремя надзирателями, которые выглядели очень серьезно.
Время посещения заканчивалось в три часа, а было уже два, поэтому большая часть посетителей прошла досмотр. Тем не менее в очереди стояла пара здоровенных, похожих на байкеров мужиков, с татуировками и грязными, свалявшимися волосами, а также грузная латиноамериканка с пухлой девочкой лет четырнадцати.
Отем присоединилась к очереди, и байкеры, перестав сверлить глазами девочку, начали пялиться на нее – так, словно им подали свежий кусок мяса. Отем поморщилась от смеси запахов немытого тела и гнилостного дыхания, исходящих от мужчины, который стоял рядом и не отрывал замаслившегося взгляда от ее груди.
– Отличные сиськи, – обратился он к своему спутнику.
– И отличная задница, – отозвался тот.
– Придержите языки, – вмешался надзиратель, – иначе не увидите своего бездельника-братца.
Они не произнесли больше ни слова, но по тому, как кривились их губы и прикрывались глаза, их мысли были понятны. Отчаянно желая оказаться подальше от этого места, Отем постаралась сосредоточить свое внимание на надзирателе и положила сумочку на конвейерную ленту, которая унесла ее в недра рентгеновского аппарата – такого же, как в аэропортах. Отем попросили снять жакет и туфли, и их постигла та же участь.
В правилах посещения она читала, что посетителей выборочно проверяют на наркотики, и молилась, чтобы ее не подвергли этому испытанию. Но ее всего лишь попросили пройти через детектор металла; слава богу, он не среагировал.
– Первая дверь налево по коридору, – сказал один из надзирателей, когда Отем подобрала сумочку на другом конце ленты конвейера.
Радуясь, что это закончилось, Отем вышла из комнаты досмотра и направилась к указанной двери. В ней было вырезано маленькое окошко. За дверью находилось узкое помещение, куда впускали не более четырех заключенных одновременно. Все выглядело примерно так, как Отем видела по телевизору: прозрачная перегородка, с одной стороны садится посетитель, с другой – тот, к кому он пришел.
Три места из четырех оказались заняты. На одном устроилась толстая женщина с черными сальными волосами. Она разговаривала с чернокожим громилой, в обоих ушах которого красовались серьги. На втором стуле сидел тощий белый парень. Беседующая с ним девушка походила на принявшую дозу наркоманку, однако это было невозможно, потому что тогда ее бы не впустили. К третьему заключенному пришел мужчина в дешевом костюме в полоску. Он напоминал неудачливого бизнесмена, хотя Отем даже представить себе не могла, что за бизнес он вел. Глядя на эту тягостную картину, Отем подумала, что приезд сюда – худшая в ее жизни идея.
В это время дверь за перегородкой открылась и появился Джеральд Микс. Одетый в форму заключенного, он был в точности таким, как на фотографиях – невероятно худой, с ввалившимися щеками и глубоко посаженными глазами. В отличие от блондина, которого Отем видела во сне, Микс оказался блеклым шатеном. Он опустился на стул напротив, и Отем поежилась под его взглядом.
– Спокойнее, леди. Вы слишком стары, чтобы меня заинтересовать.
Отем села прямее. Она приехала, чтобы с ним поговорить, и не собирается позволить ему себя напугать.
– Спасибо, что согласились со мной встретиться, – сказала она.
– Ко мне нечасто приходят. Подумал, что это неплохое развлечение.
– Я пришла, чтобы задать вам несколько вопросов о Молли Маккензи.
Он улыбнулся – тонкий разрез, словно ножевая рана над подбородком.
– Многие задавали мне о ней вопросы. С чего вы взяли, что я могу сказать что-то новое?
– Не знаю… я надеялась… Прошло уже шесть лет с тех пор, как она пропала. Большую часть этого времени вы провели в тюрьме. Я подумала, что, может быть, сейчас вы захотите что-нибудь рассказать о Молли.
– А какое вам до нее дело, кстати?
– Я… друг ее семьи. Я просто пытаюсь узнать, правда ли, что она умерла.
Микс впился в нее глазами:
– А вы в этом не уверены? Все остальные думают, что это я ее убил.
– А вы убили?
Он долго медлил с ответом.
– У вас хватило храбрости приехать сюда. Здешние парни сожрали бы вас живьем, если б им дали такую возможность. Они будут мне завидовать, когда я расскажу, как выглядел мой посетитель.
