Вход в пещеру был не только закрыт дверью и энергощитом, но и хорошо замаскирован. Без специальной аппаратуры отличить природную скалу от голографической картинки было невозможно, но тем не менее эти двое сейчас стояли пред его дверью.
Агент поежился, волосы на затылке снова встали дыбом, как в момент выстрела, когда луч лазера прошел в полуметре от его тела. Двое мужчин склонились над прибором, и компьютер протестующе пискнул. Владислав хлопнул себя по лбу ладонью и включил голосовой модуль компьютера, ругнувшись и подумав про себя:
— Совсем одичал тут.
Компьютер не раздумывая долго, рявкнул:
— Ну чего расселся? Включай блокировку, пока защиту не взломали.
Подскочив от неожиданности, Владислав откинул крышку на панели и нажал спрятанную там красную кнопку.
— Час от часу не легче, — сказал он вслух, — у них и антиголограф есть, и сканер, и боевое оружие, и боевые комбинезоны. Похоже, на этой планете скоро будет не повернуться от хай-тека.
— А ты что хотел? — сварливо ответил ему старческим голосом компьютер. — Шляешься неизвестно где, а мне ни голос не включил, ни модуль самостоятельных решений. И заботься о нем после этого…
Владислав от такой наглости поперхнулся и, закашлявшись, отставил чашку с кофе в сторону.
— Ну ты даешь, комп, — сказал он. — Во первых, что за тон, во вторых, что за голос, а в третьих, с каких это пор «комп» мне указания дает, что я делать должен, а что нет?
К еще большему возмущению агента, компьютер вместо ответов по порядку поставленных вопросов, заявил безапелляционным тоном:
— К твоему сведению, меня зовут не «комп», а ЭВМ Бонд 007 или Электронно Вычислительная Машина, Бортовой Операционный Навигатор Дестабильных ситуаций седьмая модель, можно просто Бонд 007, - и снисходительным тоном добавил. — А на остальные вопросы, по причине их непроходимой глупости, я отвечать не стану.
Это было уже слишком.
— Слушай ты, Бонд 007, если ты сейчас не заткнешься, я отключу тебе питание. — возмутился Владислав.
— Ну и что? — ответил ему компьютер. — У меня запасные блоки питания есть.
Владислав угрожающе потянулся к розетке. Шарообразный модуль на тоненькой телескопической стойке поднялся и, повернувшись, посмотрел на агента.
— Ну давай, — разразился он раздраженно. — Отключай все: и меня отключи, и блокировку, и защиту двери, все,… все отключай, мне ничего не надо…
— Да заткнешься ты наконец? — заорал на него Владислав. — Он уже держал в руках выдернутый штепсель.
— Ах так! — вскинулся компьютер и обиженно замолчал.
Агент тоже озадаченно умолк. Что случилось с его деловым и бесстрастным советчиком, которому и голос-то никогда не был нужен, он всегда писал все сообщения на мониторе… Он вдруг вспомнил пухлое лицо Гарри Тазена, вытянувшееся наподобие маски, когда до него дошло, что его любимую пепельницу уже не вернуть.
И тут все вдруг встало на свои места. Так вот почему незадолго до старта Гарри, сменив гнев на милость, приходил лично проверить оборудование, приготовленное для агента, об этом ему сообщил капитан патрульного крейсера, Джи-Мин. Так значит это он, подсунул ему этого ворчуна… Владислав стал вспоминать, что ему об этом было известно.
Где-то, года два назад, конструкторы-программисты сделали пробную модель компьютера со встроенным блоком эмоций, но что-то там у них пошло не так и в результате получился умный и очень способный «Ворчун», способный довести до белого каления кого угодно. Этого «Ворчуна» трижды ставили на различные корабли, но каждый раз, после первого же полета, капитаны отказывались с ним летать дальше. Дошло до того, что пилоты, узнав, что на их борт хотят поставить «Ворчуна», начинали бастовать, отказываясь лететь на этом корабле. Это был первый в своем роде компьютер, который мог не только заниматься бездумными вычислениями, но и думать как человек. В конце концов, этот электронный мозг, засунули на полку и о нем скоро забыли. Гарри же каким-то образом до него добрался и подменил Владиславу приборы. Агент усмехнулся, ну конечно, кремом-эпилятором то он не пользовался, предпочитая обычную бритву. Он машинально взглянул на свои ладони.
Теперь, когда все прояснилось, нужно было искать выход из положения. Снаружи его караулят два вооруженных до зубов головореза, а здесь он зависит от ворчуна-компьютера с манией величия. Надо же, Джеймс Бонд 007…
Немного подумав и тяжело вздохнув, Владислав вернул штепсель на место. Ворчун молчал. Агент кашлянул, компьютер мигнул светодиодом, но больше никак не среагировал.
— Слушай, э… Бонд 007, ну извини погорячился, — начал агент. Камера на телескопической стойке слегка повернулась в его сторону, но заметив, что человек смотрит на нее, резко отвернулась. — Ну не сердись, — продолжал уговаривать агент. — Ты был прав.
— Знаю, — буркнул «Ворчун». Для Владислава Раденко это был хороший знак. Смекнув, что «Ворчун» начал оттаивать, он продолжал. — Ну хочешь, я тебе дополнительное охлаждение поставлю, — спросил он, — или радиатор помощнее? — Владислав хорошо знал, что для любого компьютера жара хуже всего и сейчас пытался на этом сыграть, расчитывая, что компьютер в курсе средних температур этого региона.
Его расчет оказался верен. «Ворчун» наконец оживился. Его камера, с двумя шторками по краям шара, повернулась в сторону человека и после секундной паузы «Ворчун» полувопросительно-полуутвердительно произнес:
— С водяным охлаждением?!
— С фреоновым, — великодушно пообещал Владислав. Расчитывая, что первый раунд остается за ним, он решил не скупиться, закрепляя успех.
— Ладно, прощаю, — смягчился наконец компьютер. — Когда поставишь?
— Да хоть сейчас! — воскликнул агент, довольный своей «победой», и полез в шкаф с инструментами, на ходу соображая, где ему взять фреоновый охладитель, который он так опрометчиво пообещал. Поразмыслив, он решил пожертвовать своим портативным холодильником и через полчаса возни радостно возвестил компьютеру, включая кнопку охладителя. — Готово! Принимай работу, — он отступил назад, чтобы полюбоваться проделанной работой, но наступил на разбросанные по полу болты, оставшиеся от холодильника и запрыгал на одной ноге, смачно ругнувшись. Он все еще был босой после душа.
"Ворчун" довольно крутанул камерой и, включив монитор, сообщил:
— Знаешь, в порядке налаживания дружеских контактов, я разрешаю тебе впредь именовать меня просто 007, но только по дружбе. Для всех остальных я был и остаюсь Бонд 007.
— Договорились — кивнул Владислав.
— Ну ладно, партнер, сейчас давай думать, как вытащить тебя из дерьма, куда ты так опрометчиво угодил, — менторским тоном продолжал Бонд явно намекая на факт недавнего происшествия. Раденко, готовивший себе еду, при этих словах уронил кубик куриного бульона, но, сдержавшись, промолчал, решив, что сейчас ссориться бессмыссленно. К тому же он еще не понял, на что намекал Ворчун: на безвыходную ситуацию или на то, что он в буквальном смысле вляпался в помет птички. Ничего себе птичка! Размах крыльев два с половиной метра и дерьма хватило всему перемазаться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
