- Я уже давно это почувствовал. Он не тот человек, с которым я ходил вместе в школу.
Кристиана нахмурилась, итак, Роберт говорил не о том, что Дикки стал другим на балу.
- Почему ты так думаешь?
- Я ведь трижды приходил, чтобы повидаться с тобой за последние несколько месяцев, и всякий раз он отсылал меня прочь.
Она виновато на него посмотрела.
- Я знала о двух таких случаях. Но и о них услышала только сегодня утром. Прости. Надеюсь, ты не сомневаешься в том, что ты для меня родной человек и я бы никогда…
- Это не важно, - перебил он ее. - Суть в том, что Ричард Фэргрейв, которого я знал, не имеет ничего общего с тем надутым ослом, который с удовольствием выставил меня за дверь. Это скорее в духе его брата Джорджа.
Брови у Кристианы поползли вверх при упоминании брата ее мужа. Джордж Фэргрейв, родившийся на пару минут позже своего брата, погиб при пожаре всего за несколько месяцев до того, как она вышла замуж за Дикки. Она склонила голову набок и нахмурилась:
- Вот как?
Роберт немного помолчал. Он явно испытывал неловкость, но все же встретил ее взгляд и спросил, преодолевая неловкость:
- У него есть родинка?
Кристиана вопросительно на него посмотрела:
- Может, и есть, но я ее не видела. А у него должна быть родинка?
Роберт мрачно кивнул.
- Маленькая такая, в виде клубнички на левой ягодице.
Глаза ее расширились, и она густо покраснела.
- О, может, это и так, но я ни разу не видела его без одежды.
- Этого не может быть… - Роберт растерянно замолчал и тоже покраснел.
Чувствуя, что лицо ее горит, Кристиана огляделась, опасаясь, что кто-то может слышать их разговор. К счастью, никого поблизости не было. И все же она, нахмурившись, прошептала:
- Я думаю, нам следует сменить тему. Обсуждать такое неприлично…
- Да, я знаю, - тихо согласился Роберт. - И как бы ни были мы близки, я никогда не стал бы поднимать эту тему, если бы не считал это важным. Поверь мне, если мои подозрения оправданны, ты в большой опасности.
Она нахмурилась и отвела глаза, но все же призналась:
- Он просто никогда не раздевался передо мной.
- И в первую брачную ночь? - спросил он.
- Он даже не снял свой шейный платок, - смущенно призналась она и с некоторым раздражением добавила: - Но откуда тебе знать о его родинке?
- Мальчишками мы с приятелями плавали голышом в озере, неподалеку от школы. И Ричард тоже был в нашей компании, - пояснил Роберт и осторожно спросил: - Хорошо, но потом-то у тебя была возможность разглядеть его?
Кристиана раздраженно покачала головой. Лицо ее горело огнем, и ей совсем не хотелось обсуждать эту щекотливую тему.
- Кристиана, ответь мне откровенно, - продолжал свой допрос Лэнгли.
- С тех пор других раз не было, - едва слышно призналась Кристиана. Ей было стыдно. Муж ни разу не разделил с ней постель после брачной ночи. Она часто спрашивала себя, что явилось тому причиной. Наверное, она сделала что-то не так, что-то такое, отчего ее муж внезапно охладел к ней и стал относиться к ней так дурно. К несчастью, мать ее так и не успела объяснить ей даже основ супружеской жизни, и она пребывала в полном неведении относительно того, как следует себя вести, и потому лежала в кровати не шевелясь и, даже, кажется, не дыша, пока все это не закончилось. К счастью, он сделал все быстро. Возможно, если бы она знала, как себя вести, все было бы по-другому.
Или, возможно, все сложилось бы иначе, если бы она тогда испытала все те эмоции, которые ощущала во время танца сегодня, подсказал ей внутренний голос. Кристиана не думала, что лежала бы, затаив дыхание и не шевелясь, если бы ей довелось изведать малую толику того, что чувствовала она сегодня в его объятиях. Ей хотелось прикасаться к нему, целовать и заниматься любовью с ним.
- Ты можешь попытаться проверить, есть ли у него родимое пятно, - тихо подсказал Роберт, отвлекая Кристиану от ее мыслей.
Она поморщилась и сказала:
- Я бы предпочла этого не делать.
- Поверь, это просто необходимо. - Поколебавшись, он предложил: - Если бы тебе случайно довелось зайти в его комнату, когда он будет одеваться или раздеваться, ты могла бы убедиться сама, кто является твоим мужем.
Кристиана покачала головой. Дикки очень не понравится, если она зайдет к нему, не получив на это предварительно разрешения.
- Это важно, - еще раз заверил ее Роберт.
Кристиана молча на него посмотрела и сказала:
- Ты подозреваешь, что у него нет этой родинки, значит, ты думаешь, что Дикки вовсе не тот, за кого себя выдает, верно? Ты думаешь, что он на самом деле Джордж?
Лэнгли виновато кивнул:
- Я заподозрил неладное в самый первый раз, когда пришел с визитом, а он меня не пустил в дом, но когда это случилось во второй раз, подозрения мои окрепли. - Он нахмурился и покачал головой. - Я так ругаю себя за то, что меня не оказалось рядом, когда он за тобой ухаживал. Если он действительно Джордж и мне бы удалось провести рядом с ним немного времени, я бы сразу это понял. И тогда я мог бы избавить тебя от всех этих несчастий. Я…
- Твой отец умирал, Роберт, и ты провел эти последние недели рядом с ним. Иначе ты не мог поступить, и не смей себя в этом винить. Я вышла замуж за Дикки по своей воле, таков был мой выбор, - решительно сказала она.
- Дикки, - с отвращением повторил Роберт. - Ричард терпеть не мог это прозвище. Только Джордж так его называл.
Кристиана нахмурилась, услышав этот новый для себя факт. Именно Ричард или человек, который называл себя так, настаивал на том, чтобы его называли Дикки. Самой ей гораздо больше нравилось имя Ричард.
- Джордж был напыщенным ослом, - мрачно проинформировал ее Роберт. - Его недолюбливали в школе и если принимали в компанию, то лишь потому что он был братом Ричарда. Разумеется, Джордж это понимал, и это озлобляло его против всех и вся. Он завидовал популярности Ричарда и не мог смириться с тем, что брат, который был старше его всего на несколько минут, унаследует титул после смерти их отца. - Роберт вздохнул и тихо добавил: - Я подозреваю, что при пожаре погиб не кто иной, как Ричард, а Джордж просто занял его место.
Кристиана покачала головой и веско заметила:
- Но если ты прав, то Джорджу не было никакого резона выдавать себя за брата. Титул и состояние в любом случае достались бы ему.
- Это верно, но… - Роберт покачал головой. - Полагаю, что Джорджу этого было бы мало. Он бы по-прежнему оставался Джорджем. С титулом или без, богатый или не очень, оставаясь Джорджем, он бы не смог заставить окружающих уважать себя, а я думаю, что именно в этом был главный повод для зависти к брату. Ричард всем нравился, ему все доверяли. То, что он знал, что унаследует титул и имение, не повлияло на его характер. Доброта и участие были у него в крови, и все об этом знали и ценили его за это.
