Послушно сажусь, но взглянуть на старика не решаюсь.
— Нет, просто упала, — бормочу, с упоением рассматривая замысловатый узор на скатерти. Мне неловко, что старик видел меня такой: потерянной, взбешённой, озлобленной на весь мир.
— Ну, может, это и к лучшему. Остыть тебе не мешает. Я так понимаю, Винсенто забирать тебя не планирует?
Улыбка моментально исчезает с морщинистого лица старика, а в голосе звучат обеспокоенные нотки.
— Нет, — произношу одними губами: эту битву я проиграла.
— Вот и славно, — ладонями стучит по столу Анхель. — Значит, будешь жить у нас. Давай приводи себя в божеский вид и приходи завтракать, а то все уже поели — одна ты осталась!
— Все? — переспрашиваю. Мне нужны ответы — догадок хватает и без того.
Старик поднимает на меня усталый взгляд, всё чаще и всё сильнее напоминающий мне отца.
— Неужели Винсенто никогда не говорил о нас?
Виновато мотаю головой. Странно, о своей семье забыл папа, а неловко отчего-то мне.
— Не простил, значит.
Старик понуро смотрит в окно, занавешенное тонкой шторкой, а у самого в глазах столько боли и отчаяния, что мне по-настоящему становится его жаль.
— Не хотите рассказать?
— Не сейчас, Рита, ладно? — помолчав с минуту, заключает Анхель, а затем огромным глотком осушает содержимое своей кружки. — И хватит мне выкать! Не чужие люди.
Глава 4. Эскель
— Рита, вот смотри! — нежный голосок Мики заставляет улыбнуться, но хорошее настроение тут же исчезает, стоит мне заметить вещи, которые та принесла. — Здесь пара свитеров, спортивный костюм и джинсы.
Аккуратная стопка одежды приземляется перед носом, который нестерпимо хочется заткнуть от навязчивого запаха стирального порошка. Сколько раз стирали эти вещи, прежде чем предложить их мне? А сколько лет носили?
— Рита, — предостерегающе напевает Анхель, заметив, как я вновь начинаю брезгливо морщиться. Вот только поделать с собой ничего не могу. Я никогда не носила чужих вещей и впредь носить не намерена.
— Спасибо, конечно, — выдавливаю благодарно, — но я бы предпочла купить новые. В городе же есть торговый центр?
Улыбка спадает с лица Мики, а взгляд из лучистого становится слегка растерянным.
— Есть, но…
— Конечно, есть, Рита, — не дав ей сказать и слова, Анхель встаёт из-за стола. — Как позавтракаешь, Микэла проводит тебя до ближайшего.
— Дедушка, но… — вновь девчонка пытается что-то объяснить, но тщетно.
— Без всяких «но», Микэла. Если Рите не нравится то, что мы можем ей предложить, пусть купит себе то, что хочет.
Анхель грузно шагает к прихожей и, натянув на ноги здоровенные сапоги, возвращает внимание к Мике.
— Повеселитесь, девочки! — заговорщицки подмигивает дед и, накинув на плечи куртку, выходит.
— Буду поздно! — доносится прежде, чем хлопает дверь.
— На самом деле, нечего делать в наших магазинах, если только тебе не нужны рыбацкие штаны или бесформенные футболки.
Тонкие пальчики Мики изящно скользят по стопке повидавшей виды одежде, пока сама девушка робко смотрит на меня. Уверена, ей неловко оставаться со мной наедине.
— За нормальными вещами надо ехать в Эскель, но кто тебя туда повезёт?
— Эскель?
— Это соседний городок. Деда просить бессмысленно: если бы речь шла о новом моторе к лодке, тогда другое дело. А тут одежда… — и пока я по полочкам раскладываю в своей голове новую информацию, Микэла умудряется незаметно для меня собрать со стола грязную посуду. Затем включает воду и начинает её мыть. — Папа тоже вечно занят. Можно, конечно, и на автобусе попробовать. Но это не раньше воскресенья…
— Мне не к спеху, — отодвигаю в сторону чужие обноски, а затем встаю.
— Я придумала! — оживляется Микэла и прямо с намыленной чашкой в руках оборачивается ко мне. — Мы Дани попросим!
— Кто такой Дани? — болтовня Мики начинает утомлять: девчонка делает проблему на ровном месте. Уверена, даже в этой дыре существует такси, а, значит, и до Эскеля добраться не составит труда.
— Мой друг, точнее, друг Вика, но считай, что и мой, — мямлит, поправляя очки, а на её щеках вновь начинает проявляться румянец.
— Вик ‐ твой парень? — спрашиваю в лоб.
— Ага, — застенчиво кивает Мика и вновь принимается драить посуду.
— Ты так забавно краснеешь, когда слышишь его имя.
— Просто непривычно. Мы с Виком с пелёнок вместе. Ну, точнее, мы всегда дружили. А встречаться начали совсем недавно…
— Понятно, — внедряться в подробности чужой личной жизни мне совершенно неинтересно. К тому же я устала и хочу поскорее вернуться в свою комнату. — Так что там с Дани? Чем он может помочь?
— Возможно, он сможет отвезти тебя в Эскель, если, конечно, Карлос не загрузил беднягу работой.
— Спасибо, Мика, не нужно никого напрягать, — сухо отрезаю и, оставив вещи и дальше ровной стопкой лежать на столе, иду к себе: на сегодня лимит непутёвых знакомств для меня исчерпан. — Позже вызову такси.
Не дожидаясь ответа, по заставленному старой мебелью подобию гостиной бреду к себе, в маленькую комнатушку, что обещает стать моим миром на ближайший год.
Скрепя сердце принимаю душ, поражаясь убогости последнего, и сквозь слёзы разбираю чемодан: и почему я взяла с собой так мало тёплых вещей? А потом достаю мобильный и, поставив тот на зарядку, начинаю рыться в его настройках: мне не терпится услышать голос Ками и рассказать Пабло, в какой ситуации оказалась. Но что бы я ни нажимала, сколько раз ни перезагружала гаджет, чуда не происходит: моя сим-карта в Аргентине — обычный мусор.
— Рита, — лёгкий стук в дверь, и следом на пороге появляется Мика. — Прости, что отвлекаю. Обед готов, хочешь?
— Нет, — отвечаю честно и вновь смотрю в телефон.
— Ты же не завтракала, — не унимается Мика и садится рядом со мной, на пол возле окна. — Скучаешь по дому?
— Да, мне здесь не нравится.
— Вижу. Кто это? — девчонка бесцеремонно тыкает пальцем по экрану смартфона.
— Пабло, мой молодой человек.
— Красивый, — мечтательно тянет Мика. — И ты тоже. Очень. Я раньше таких красивых
