только по телевизору видела.
— Где здесь у вас можно купить сим-карту? — ответить на комплимент мне нечем. — Или новый телефон? Мой не работает.
Мика пожимает плечами, словно я спросила о чём-то из ряда вон выходящем.
— Ты не думай, у нас есть и салоны сотовой связи, и магазины с одеждой, да и много всего прочего. Просто сейчас — несезон. Зимой, как бы тебе сказать, город спит. Всё начинает работать ближе к октябрю, когда приезжают туристы. Ты не представляешь, как здесь красиво весной!
— А вне туристического сезона жители уходят в спячку?
— Почему? — не понимает моей иронии Мика. — Для нас работают супермаркеты, а за остальным всегда можно съездить…
— В Эскель, — продолжаю за неё. — Поможешь вызвать такси? Ждать до октября у меня желания нет…
— Такси? Понимаешь…
— Такси тоже нет?
— Есть, но в сезон… Местным оно без надобности: у многих есть автомобили, да и автобусы ходят регулярно.
— Понятно. Что ты там говорила про своего друга?
— Дани? Рита, я только предположила. Возможно, он занят, но мы можем прогуляться до него и узнать.
Наспех натягиваю светло-бежевые брючки и любимый нежно-голубой велюровый свитшот, заманчиво скатывающийся на одно плечо. Одежда не самая тёплая для местного климата, но Мика обещала, что автомастерская, где Дани работает со старшим братом, неподалёку. Волосы распускаю, а на губы наношу каплю блеска: мне нужно попасть в Эскель, а значит, у этого парня просто не должно остаться причин мне отказать в поездке.
— Рита, ты же замёрзнешь, — разводит руками Мика, стоит мне спустя десять минут появиться в гостиной.
На ней свитер под горло, ватные штаны и высокие ботинки, которые нисколько не украшают девчонку, но, как ни странно, она совершенно этого не понимает.
— Вот, накинь мою, — она протягивает мне что-то наподобие ветровки замыленного коричневого цвета. — Я возьму парку Тео.
Благодарно киваю и, зажав куртку в руках, делаю вид, что надену ту чуть позже.
— Кстати, а ты почему не на занятиях?
Мика выглядит не старше меня или Тео, но почему-то осталась дома.
— Я ещё в том году школу закончила, — не без гордости отвечает девчонка и шагает к выходу.
— Колледж? — незаметно бросаю ветровку в прихожей и выскакиваю следом.
— Нет, мне там нечего делать, — отмахивается Микэла. — Да и уезжать не хочу. Читать, писать я умею, а большего мне и не надо.
— И чем ты занимаешься? — неугомонный ветер вновь холодит кожу, но стараюсь не обращать внимания.
— Летом помогаю отцу. У родителей свой мини-отель. С октября там много постояльцев и работы немало. А зимой по дому, да и деду с его овцами помощь всегда нужна. А ты планируешь в колледж?
— Да, безусловно, — киваю, съёживаясь от зимней прохлады. — Рон и Марта твои родители?
— Мои и Тео, верно. Мой отец старший брат твоего, ты не знала? Тео, кстати, тоже хочет продолжить учёбу в Буэнос-Айресе. С детства мечтает стать врачом. У него по всем предметам десять баллов, представляешь?
— Далеко ещё? — восхищаться успехами малознакомого парня желанием не горю. Обхватив себя руками, плетусь следом за Микой и с каждым новым дыханием местной зимы сожалею, что отказалась от куртки.
Узкий тротуар бесконечно тянется мимо безобразных построек, с трудом напоминающих жилые дома. Старые, разношёрстные, позабывшие, что такое ремонт; своим внешним видом они окончательно угнетают. Это не город, а сосредоточение разрухи и упадка.
— Уже пришли, — запыхаясь, произносит Мика, а затем останавливается возле небольшого двухэтажного ангара, на крыше которого красуется старый ржавый кузов от Шевроле и покосившаяся вывеска «Автомастерская».
— Дани, ты здесь? — кричит девчонка, едва приоткрыв широкую металлическую дверь, немного ржавую по самому низу. — Дани?
— Мика, ты? — доносится из глубины помещения глубокий приятный голос. — Проходи, сейчас спущусь.
Дверь ангара со скрипом отъезжает в сторону, открывая обзор на весьма чумазую и хламную мастерскую. Вдоль облупившихся стен навалены старые шины и огромные непонятные детали, по центру красуется яма, над которой в подвешенном состоянии болтается неказистый автомобиль — наверно, ровесник моего деда. Повсюду раскиданы инструменты, да и вообще весьма грязно. Но больше всего удручает запах вонючей резины с примесью бензина.
В своих светлых брючках из последней коллекции и перламутровых балетках выгляжу предельно глупо среди всего этого беспорядка. В носу щиплет от едкой вони и непрошенных слёз: на этой перепачканной колымаге с наверняка насквозь пропахшим бензином парнишкой я уже не хочу никуда ехать.
— Мика, я был уверен, что ты в Росоне. Планы поменялись?
Оборачиваюсь на приятный тембр голоса, но вижу только широкую спину темноволосого парня, обнимающего Мику.
— Да, деду пришлось уехать на пару дней. Но ничего страшного, папа смог договориться и меня ждут в Росоне завтра.
— Отлично, — говорит тот, удерживая Мику за плечи. — Вик, наверно, в школе, или ты не к нему?
— Мы к тебе, — улыбается девчонка. В своих ватниках и бесформенном свитере она идеально вписывается в окружающую обстановку, в отличие от меня.
— Дани, это Рита, — игриво бросает она и движением головы намекает парню обернуться.
— Рита, это Дани, — лепечет Мика и от волнения кусает губы.
— Ого, — выпучив глаза только и может сказать брюнет. К слову, весьма симпатичный: правильные черты лица, яркие серо-голубые глаза и слегка пухлые губы. И это не считая его отменной, в меру подкаченной фигуры и высокого роста. Единственное, что выдаёт в нём обычного жителя Тревелина, — это его невзрачная одежда и беспорядок на голове.
— Привет, Дани, — решаюсь заговорить первой и даже делаю шаг навстречу, правда, тщательно выбираю, куда наступить, чтобы не замараться.
— Ага, — кивает парнишка и, вытерев ладони о темно-синие потертые джинсы, протягивает мне руку. — Привет!
— Дани, это моя кузина, — Мика еле сдерживается, чтобы не рассмеяться над глупым выражением лица друга. — Красивая, да?
— Не то слово, — бормочет лохматый автомеханик, продолжая держать на весу руку.
— Нам, точнее, Рите нужна твоя помощь, — переходит непосредственно к делу Микэла. — Ты можешь свозить её в Эскель?
Остолбенелый взгляд парня слегка проясняется и падает на руку, которую я так
