семь заводов синтетического топлива (Лейна, Белен, Магдебург, Шольвен, Вайльхейм, Цейтц и Гельзенберг) суммарной мощностью 1,2 млн тонн горючего в год. В 1943 году работало уже 13 заводов мощностью 3,1 млн тонн в год. Все производство топлива вместе с внутренней добычей нефти составляло в 1943 году 6,5 млн тонн притом, что потребление составляло 6,9 млн тонн, из которых 4,4 млн тонн приходилось на вермахт»[122].
К началу Второй мировой войны это была четвертая в мире по величине корпорация и первая в Европе.
«В 1926 году рыночная капитализация IG Farben достигла 1,4 млрд рейхсмарок (что эквивалентно 5 млрд евро в 2009 году), в концерне трудились 100 000 человек, из которых 2,6 % имели высшее образование, 18,2 % — специальное образование и 79,2 % были рабочими.
К 1943 году IG Farben производила продукции на сумму 3 млрд марок на 334 предприятиях в оккупированной Европе; почти половина его рабочей силы из 330 000 мужчин и женщин состояла из рабского труда или призывников, включая 30 000 заключенных Освенцима. В общей сложности ее годовая чистая прибыль составила около 0,5 млрд рейхсмарок (эквивалентно 2 млрд евро в 2017 году). В 1945 году, согласно Раймонду Г. Стоксу, IG Farben производила весь синтетический каучук и метанол в Германии, 90 % пластика и „органических промежуточных продуктов“, 84 % взрывчатых веществ, 75 % азота и растворителей, около 50 % фармацевтических препаратов и около 33 % синтетического топлива»[123].
Необходимые пояснения к таблице — aviation gasoline — авиабензин;— motor gasoline — автобензин;— diesel oil — топливо для дизелей (солярка);— fuel oil — мазут;— lubricating oils — смазочные масла;— producer gas — попутные газы[124].
«Данные за первый квартал 1944 года — это фактически пик немецкого производства, поскольку в данный период (в первый квартал 1944 года) объекты нефтепереработки и заводы по производству синтетического горючего почти не подвергались бомбардировкам» [125].
«Наглядно видно, что основная роль в производстве авиабензина (92 %) приходится именно на процесс гидрогенизации угля. Производство автобензина и синтетической солярки — примерно треть произведенного. Производство мазута синтетическим путем — только 14 % произведенного»[126].
Также видно, что победа РККА под Сталинградом и недопущение нацистов к нефти Баку были экономически очень выгодны производителям синтетического топлива в Германии. Не видим ли мы здесь возможностей для коррупции?
«Несмотря на миллионные количественные показатели, на заводах по производству синтетического топлива работало относительно небольшое количество рабочих. Так, в июле 1943 года их число составило всего 95 000 человек»[127].
«Основным персоналом этих заводов были военнопленные и другие заключенные концентрационных лагерей. Несколько заводов находились вблизи концлагеря Освенцим — крупнейшей из нацистских „фабрик смерти“. Люди на заводах работали на износ в самом прямом и трагическом смысле слова»[128].
Один из очевидцев свидетельствует: «На территории предприятия не было ни травинки; почва пропитана ядовитыми остатками угля и бензина. Единственными живыми существами здесь были машины и рабы, причем первые выглядели более живыми, чем вторые»[129].
Еще один крупный завод IG Farben был создан возле концлагеря Моновиц — соответственно, здесь условия работы были не менее ужасающими[130].
«Еще летом 1943 года обсуждался вопрос о переносе производства синтетического бензина в подземные или бетонированные укрытия как раз на случай бомбардировок. Рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер, генеральный директор I.G. Farbenindustrie доктор Краух и генеральный директор Brabag AG (объединение всех заводов по производству синтетического горючего), оберфюрер СС и адъютант Гиммлера Фриц Кранефусс устроили совещание на эту тему. СС серьезно занималось вопросом строительства убежищ для промышленности, создало специальную группу по изучению пещер, а также мощную строительную организацию под руководством бригаденфюрера СС Ганса Каммлера»[131].
Шпеер очень не любил СС и лично Гиммлера, поэтому он торпедировал это решение, подготовив заключение экспертов о том, что перенос заводов по производству синтетического горючего под землю опасен из-за возможности взрыва водорода. За это решение рейх потом жестоко поплатился[132].
В марте 1945 года выработка горючего по сравнению с объемами годичной давности сократилась в 200 раз (!), а в начале апреля 1945 года топливные предприятия Германии прекратили производство, притом что все запасы ГСМ были уничтожены[133].
В общей сложности с января 1938 по март 1945 года вся Германия произвела 21,5 млн тонн синтетического топлива[134]. Сколько же выручки получил IG Farben, если 1 литр бензина в 1939 года стоил около 39 пфеннигов[135], где 15 % цены были акцизами?
В тонне бензина приблизительно 1300 литров. 21,5 млн тонн — это почти 28 млрд литров. По цене 30 пфеннигов за литр без акцизов общая выручка составила около 9 млрд рейхсмарок. Официально концерн Brabag, включавший все предприятия, производящие синтетическое топливо, не мог иметь прибыль выше 5 %. Но неизвестно, насколько строго велся финансовый учет и как внимательно проверялись цены связанных субподрядчиков. Если мы предположим, что реальная прибыль не была ниже 20 %, то прибыль IG Farben от производства синтетического топлива за время рейха составила около 1,8 млрд рейхсмарок, что соответствовало около 0,7 млрд долл. США, или 700 тонн золота.
Только в «реинвестирование прибыли» и только в 1938–1944 году IG Farben направила около 2,5 млрд рейхсмарок[136].
После войны немцы были вынуждены отказаться от производства такого вида топлива. И дело не в том, что Германия больше не нуждалась в нем, просто после Потсдамской конференции в 1945 году немцам это запретили[137].
«Согласно решению Потсдамской конференции „Большой тройки“ оставшееся целым оборудование немецких топливных заводов было передано по репарациям Советскому Союзу и вывезено в Ангарск, Салават и Новочеркасск, где стало основой создания крупных нефтехимических комплексов. Трофейное оборудование вплоть до настоящего времени используется для производства термостабильного авиакеросина Т-6 и ракетного горючего гептил для жидкостных межконтинентальных баллистических ракет Р-36М, именуемых на западе SS-18 „Сатана“»[138].
Переговоры нацистов с англосаксами
Соответственно, зная и понимая эту информацию, совершенно по-другому можно смотреть знаменитый фильм «Семнадцать мгновений весны». В этом фильме показывается, как великолепный разведчик Исаев разоблачил переговоры Гиммлера через генерала Вольфа с Даллесом. Но на самом-то деле, о чем нам говорят факты?
Прежде всего, из биографии Магды Геббельс мы помним, что она с 1927 года лично была знакома с племянником президента США Герберта Гувера, который впоследствии не раз предлагал Магде руку и сердце и с которым ее познакомил ее тогдашний муж Гюнтер Квандт, впоследствии ставший одним из военно-промышленных фюреров.
То есть у пары Гитлер
