Терзаемая обидой, злобой и любопытством, Нарбелия подобрала злополучный подол и посеменила вдоль длинного светлого коридора, по правой стороне которого через широкие арочные окна открывался вид на синеющие вдалеке горы, высящиеся над древней дубравой. Принцесса остановилась, глядя на белые скульптуры облаков, такие плотные и витиеватые, что казалось, будто созданы они не мимолетным природным капризом, а кропотливым трудом великого мастера. Гнев и обида заставили сердце сжаться. Она снова вспомнила Тианара и, болезненно сглотнув, подавила подступившие слезы, а потом, взяв себя в руки, гордо зашагала вперед.
Выпрямив спину и вскинув голову, украшенную драгоценной диадемой, она вошла в зал, где шел пир, и во главе стола ее лично ждал сам Высокий Владыка.
Укрытый нежным льном стол ломился от яств. Огромный светлый зал был построен в далекой древности прямо посреди дубравы, и теперь стволы исполинских деревьев выглядывали из стен, а зеленые кроны уходили ввысь сквозь арки светлого, украшенного фресками потолка.
— Добро пожаловать на мой пир, дочь Короля, — приветствовал Нарбелию Владыка-эльф, чуть наклоняя голову в знак приветствия.
Лишь взглянув на него, наследница почувствовала дрожь в коленях. На серебряном троне перед ней восседал маг столь древний и могучий, что чуткая Нарбелия ощутила, как у колен забились волны растревоженного потока силы. В кристально-голубых глазах Высокого Владыки застыл многовековой лед тяжелых воспоминаний, событий и дум. Его длинные, в пояс, волосы, перехваченные на лбу тонким венцом, сверкали платиновой сединой. На гладком безусом лице не отыскалось бы и крошечной морщинки, но взгляд Владыки был взглядом глубокого старика, уставшего в бессмысленных спорах с вечностью.
— Кириэль, мой сын, усади гостью рядом с собой и позаботься о ней, — снова прозвучал его трубный голос, заставляя нижний поток содрогнуться от новой волны.
— Конечно, отец, — кивнул Кириэль, выходя навстречу принцессе и подхватывая ее за руки.
Только сейчас Нарбелия заметила, как ее новый «возлюбленный» похож на Владыку. Те же блистающие морозной голубизной глаза, те же благородные черты, та же царственная осанка… Сев рядом с ним, она затаила дыхание, чувствуя, как от мыслей о предстоящей ночи по спине ползут первые мурашки подогретого обидой озорного азарта.
Вспомнив про последнюю обиду, Нарбелия искала глазами молодого эльфа, в недавнем прошлом рискнувшего так дерзко с ней поступить. Долго пялиться на окружающих в открытую не позволял придворный этикет, поэтому наследница решила найти обидчика потом и обязательно свести с ним счеты. Месть не должна отвлекать от главного. Настала пора подумать о политике…
В очередной раз прокрутив в голове последние события, дочь Короля сосредоточилась на делах. Для начала она поблагодарила Владыку, его семью и его подданных за гостеприимство и прекрасный ужин, потом извинилась за подозрения, павшие на принца Тианара со стороны Королевства. Трудно представить, каких усилий требовало это извинение, ведь вина Тианара была очевидна, но Нарбелия, собрав всю свою волю и хитрость в кулак, удержалась от того, чтобы открыто выразить Высоким эльфам свое негодование. Королевство, обессилившее от войны, не могло спорить с ослабшим, но все еще сильным Владычеством, поэтому Нарбелия, со свойственным ей дипломатизмом, сообщила Высокому Владыке о досадном недоразумении, в котором она ни коим образом не винит его сына. Мир стоил дорого и ценился превыше всего, даже если то был худой мир.
* * *
Франц, привыкший во всем рассчитывать на себя, не ждал чуда от десятка младших сыщиков, отправленных во все концы Королевства на поиски следов волдэйских эльфов. Каждый день кто-то из них возвращался с отчетом о проделанных делах, и, в общем-то, не солоно хлебавши.
Почти смирившись с постоянными неудачами, Аро, услышав характерный стук в дверь, лишь устало вздохнул. Отперев замок личного кабинета, он увидел на пороге младшего сыщика Эмбли, за спиной которого маячила чья-то фигура.
— Г-господин Аро, — заикаясь, начал Эмбли, — п-позвольте д-доложить вам, о том, что я н-нашел од-д-ного свидетеля, к-который видел в-волдэйского эльфа в г-г-г-г… — от волнения Эмбли никак не мог выговорить слово «городе».
Его таинственный спутник устал ждать и, бесцеремонно отстранив младшего сыщика, зашел в кабинет, заставив Франца потесниться вглубь помещения. Немного помедлив и оглядевшись, незнакомец скинул плащ, оставшись в скромном сером одеянии, здорово смахивающим на перекрашенную одежду заключенного. Аро с трудом скрыл свое удивление, ведь перед ним стоял Высокий эльф. Шею того эльфа окольцовывала татуировка в виде ожерелья из терновника — клеймо Королевской тюрьмы. На его правой щеке сквозь фарфоровую кожу едва заметно проступало изображение воловьей головы, которое при невнимательном рассмотрении могло сойти за стертый с помощью магии шрам или тень, оставленную игрой света на впалой щеке. Однако внимательного Франца обмануть было не возможно. Эта воловья голова являлась отличительным знаком беглых каторжников.
— Подвинься. И жрать принеси! — посаженым, сиплым голосом произнес эльф, обращаясь к Аро, отчего младший сыщик, так и оставшийся за порогом, вздрогнул и испуганно забегал глазами.
— Как твое имя? — удивленно поинтересовался Франц, пропуская пришельца и глядя, как тот по-хозяйски оглядывает кабинет, а затем садится в стоящее у окна кресло.
— Зови меня Йоза.
— Не слишком подходящее имя для эльфа, — удивился Франц, вспоминая перевод этого слова с гоблинского.
— Зато вполне подходит для меня, — усмехнулся гость, и этот шипящий смех прозвучал жутко, — где моя жратва, мэйо.
— Не называй меня «мэйо», — неожиданно резко осадил его Аро, — я знаю, что это значит. Так вы, каторжники, называете низших надсмотрщиков, и слово это не самое благое. Так что умерь свой пыл, беглый.
— Откуда знаешь, — зло просипел эльф, непроизвольно хватаясь за щеку и тут же отдергивая руку.
— Я много чего знаю, — с жесткостью в голосе пояснил Франц, — еда будет, обещаю, а пока она готовится, ты мне кое о чем расскажешь.
— О чем знаю, о том расскажу, — уклончиво ответил гость, косясь на окно.
— Если решил убежать, то, предупреждаю сразу — окно зарешечено.
— И в мыслях не было, — миролюбиво развел руками Йоза.
За время короткой беседы Аро с его новоиспеченным гостем, младший сыщик Эмбли, набравшись мужества, все же переступил через порог и запер за собой дверь, получив одобрительный кивок Франца. С такими, как Йоза, следовало держать ухо востро, а двери и окна под надежными замками.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
