я, закрывая дверь и заходя в комнату. — Это вы тут неправы. И вам предстоит свалить к чертовой матери. Когда извинитесь перед девушкой, разумеется.
Придурки переглянулись между собой и расхохотались. Потом слегка успокоились и попытались меня заболтать.
— Слышь, лейтеха, она сама захотела! А ты нам малину испортил, — выдал большеголовый.
— Она вам об этом сказала? Что-то не очень похоже, — ответил я.
— Не хотела бы шлюховать, не пошла бы сюда работать! — тут же взвился молодой.
— Да ну, правда, что ли? А если бы в мужском коллективе работала ваша сестра, или мать? Вы бы тоже записали ее в… легкодоступные? — издевательски сказал я, медленно сокращая дистанцию.
Нелюди переглянулись между собой. Стало ясно, что они не особо хотят продолжать дебаты. Молодой процедил сквозь зубы, что-то вроде «Да ты вообще охренел!», только еще грубее.
Головастый ничего не сказал, просто насупился, словно зверь. Девушка громко вскрикнула, закрывая лицо руками. И два свихнувшихся психопата пошли на меня с ножами.
С магией у меня напряженка, тело тоже пока слишком слабое. Зато есть холодная голова и опыт из прошлой жизни.
Сделал вид, что боюсь, начал медленно пятиться и вытаращил глаза. Противники обменялись улыбками, как бы говоря: ну все, допрыгался герой мамкин. Они ускорили шаг и стали меня окружать, словно падальщики, завидевшие добычу.
Молодой оказался уже совсем рядом. И тут ему в лицо прилетел железный половник для супа.
Просто взял первое, что попалось под руку и бросил в придурка. Вышло не очень сильно, зато неожиданно.
— Э! — коротко вскрикнул противник.
Я выбил нож у него четким ударом ноги. Второй ублюдок совершил выпад, и получил по лицу сковородкой, да так, что по комнате пронесся раскатистый «бом-м-м!».
— Ууу, сука! — прохрипел головастый и отвернулся, держась за щеку, которая получила рассечение и начала кровоточить.
— Ааа, гнида сраная! — заревел молодой, бросаясь на меня с кулаками.
Он был выше и сильнее меня. Победить в честном поединке я точно не мог. Поэтому просто нырнул вниз и врезал несостоявшегося насильника кулаком в солнечное сплетение, пока тот колотил воздух, тщетно пытаясь попасть по мне.
— Кхе-кхе, чтоб тебя! Тебе не жить, сволочь! — с хрипом выдавил молодой, хватаясь за грудь. Тут ему на голову легла сковорода, издав очередной «Бом-м-м».
Глаза противника сбились в кучу, рот слегка перекосился. И недавний любитель нападать на девчонок упал мне под ноги, приложившись башкой об пол.
А сковородка — неплохое оружие, даже монтировку заменит. Хорошо, что вовремя ее ухватил!
Первый недоносок все ещё трогал лицо и ныл, как побитый пёс.
— Погань, ты мне зуб сломал, ммм, — выл головастый, будто я на него напал просто так.
— Всего один? Извини, слабовато вышло, — развел руками. — Теперь слушай сюда, сейчас встанешь на колени, извинишься и свалишь отсюда! Ты понял? — добавил голосом, не терпящим возражений.
— Да понял я, понял. Щас блин… Уммм, больно, сука, — продолжал скулить недобиток.
— Я жду, — подогнал его, чтобы не тянул время.
Противник закивал головой, согнулся ещё сильнее, а затем ударил меня кинжалом в живот. Видать успел его подобрать, когда я разбирался с напарником. Хорошо улучил момент, сволочь. Его нож попал куда надо.
Разумеется, в сковородку. В последний момент я понял намерения головастого и успел прикрыться посудиной. Нож громко чиркнул по ней, оставив царапину.
Затем противник издал гортанный хрип, закатил глаза, а из его рта полилась кровь. Не прошло нескольких секунд, как он осел на колени и упал на пол.
Видно мой клинок не промазал, несмотря на то, что колол левой рукой. Я же говорил, что не церемонюсь с врагами, особенно с теми, кто не понимает по-человечески.
Теперь осталось самое сложное. Привести в чувства девушку, ей ведь ещё работать. Рыжеволосая незнакомка смотрела на меня, как на восставшего демона и была парализована от сильного страха.
Я спокойно вытер кинжал, убрал в ножны и с улыбкой направился к даме.
— Они что, мертвы? — спросила та, с трудом унимая дрожащие губы.
— Поживем, увидим. А тебе их что, жалко? — простецки переспросил я.
— Нет. Просто это… Я думала, уже все. Они на тебя так набросились, — сказала, утирая глаза белым платком.
— Не на меня, на тебя. Хорошо, что я ошибся дверью и чудом сюда заглянул, — заявил, меняя тон разговора. — Тебя как сюда попасть угораздило? Ты знала хоть, куда шла?
— Нет. Не особо. Думала, мы с дозорными вообще пересекаться не будем.
— Думала она. Думать надо, — проворчал в ответ, включив столетнего старика, которым, по сути, являлся.
Потом поправил одежду на девушке, и осмотрел насколько представлялось возможным. Вроде не ранена, все нормально. Работу продолжать сможет.
Мы немного разговорились. Кухарка сказала, что ее зовут Дарья, и у ее семьи большие проблемы. Работы с нормальным заработком в окрестностях не отыщешь. В город ехать далековато, а в Штормовой замок вечно требуется гражданский персонал.
Вот и решила попытать счастья, забыв включить мозги. Впрочем, в ее возрасте это не редкость. Кто не совершал глупости в двадцать лет?
Решил не ругать Дарью, ведь она и так натерпелась. К тому же ругань ещё ни разу не наставляла на истинный путь молодую особу, скорее наоборот.
Спокойно объяснил девушке, что ей тут не место. Хорошо (если можно так выразиться), что эти двое не оказались убийцами. А если б сразу кинжалом в грудь? А если я бы не подоспел? А если б их было больше? И ещё много «если», которые не стоят никаких денег.
— Да, господин, я обязательно отсюда уволюсь. Теперь понимаю, что слухи не врут. Зря я раньше не верила, — виновато сказала девушка, выслушав меня. Потом посмотрела мне в глаза и с трепетом произнесла: «Спасибо большое, вы очень храбрый!»
— Мне просто повезло, — улыбнулся в ответ. — А теперь уходим отсюда.
* * *
Вечер того же дня. Курилка за оружейным складом
Солдаты молча сидели на потертых скамейках и смотрели на стену, которая была вездесущей. Куда не кинь взгляд, всюду монументальная армада. Над которой сейчас разливались краски заката, что смотрелось довольно неплохо.
— Мы так и будем терпеть пиджака? Пресмыкаться перед барчуком, которого выгнал из дома собственный батя! — злобно процедил один из бойцов, с досадой бросив окурок мимо урны.
— На него не за хрен собачий погоны навесили. Малахольный, а уже офицер, — процедил другой воин.
Другие дружно поддакнули и закивали головами. На какое-то время все замолчали. Затем с лавки поднялся низкорослый широкоплечий парень лет двадцати пяти со странным немного безумным взглядом и большими глазами.
— Вы так и будете ныть, как девчонки? — с ехидной ухмылкой
