– Да уж, с именем Мэри-Джейн она бы ничего не добилась, – задумчиво проговорила Дон, с тоской глядя на бледно-розовую пижаму с оборками.
Пока Сэлли читала, Роза прижимала к груди крепдешиновую нижнюю юбку с мережкой по подолу и такой же лифчик, которые были украшены белыми шелковыми бантиками. Это белье предназначалось Эмили Гэтерум.
– Ну, давайте же, примерьте все! – воскликнула Саша, рассердившись сама на себя за то, что заставила подруг слушать чтение, тогда как они просто умирают от нетерпения надеть белье на себя. – Все надевайте, только осторожно. А пижаму с оборкой давайте сюда – она слишком маленькая, никому из вас не подойдет.
Пока другие одевались, Саша тоже натянула свое черное кружевное комби. Все девушки старались не спешить, чтобы не повредить старинные вещи. Они прохаживались по комнате, вживаясь в непривычные модели, и в этом им помогали карточки, написанные Джиджи. Видно было, что они очень нравятся себе и друг другу. Лица их светились удовольствием.
Четыре женщины с роскошными телами красовались перед зеркалами в полный рост, у каждой было такое чувство, будто она проскользнула в маленькое отверстие, разделявшее эпохи, и увидела себя в другое время – более романтичное и будоражащее воображение. Каждая преобразилась от ощущения своей принадлежности к нескончаемому круговороту жизни. Ведь все эти предметы туалета, которые они сейчас примеряли, были не просто старинным бельем. Каждый из них имел ощутимую связь с горячей и такой близкой извечной мечтой, в которой они сейчас с такой легкостью оказались главными героинями. Девушки явственно ощутили свою причастность к какому-то другому миру, к новой, неизведанной доселе эротической чувственности. Неожиданно раздался стук в дверь.
– Можно, девушки? Вы в приличном виде? – спросил мистер Джимми.
Роза, Дон и Сэлли замерли и с ужасом посмотрели на Сашу, словно их застигли за детской игрой с переодеванием на чердаке.
Прекратите, вы что? – зашипела на них Саша. – У нас обеденный перерыв, и вообще он такой душка, давайте доставим ему удовольствие. Входите, мистер Джимми! – прокричала она. – Мы одеты не меньше, чем всегда.
– Через полчаса явятся покупатели от «Хигби» и… Что здесь происходит? – Мистер Джимми с изумлением оглядел комнату. Он никогда еще не видел своих девочек с такими мечтательными, счастливыми лицами.
– Я Нора, – заявила Саша, выступая вперед, – и сегодня вечером у нас с вами свидание. Мы будем танцевать до самой зари!
– А я Джорджи, – сказала Сэлли, – и у меня такое чувство, что вы можете рассчитывать на место моего дворецкого.
– А я Лола-Антуанетта, – сказала Роза, на которой была Сашина белая шелковая пижама. – И я хочу поблагодарить вас за изумруды. Вам, право, не следовало… но раз уж вы… – Она подошла к мистеру Джимми и чмокнула его в лоб.
– Эй, вы что?! – нахмурился мистер Джимми. – Вы что, решили отвлечь меня от дел? Признавайтесь, где вы раздобыли все эти вещицы? Я что-то припоминаю… Ну, это неважно, что я припоминаю, не могу же я быть таким старым.
– Моя соседка по комнате Джиджи коллекционирует старинное белье, – объяснила Саша. – Эти вещи она собирается подарить своим подругам на Рождество. Я принесла их показать девочкам… Да, а еще карточки, вам обязательно надо их прочитать и посмотреть рисунки, тогда вы все поймете.
Она протянула ему карточку Норы, и мистер Джимми, присев, пробежал ее глазами.
– Может быть, мы с вами и станцуем сегодня вечером, – сказал он со смехом, – но я никуда не отплываю поутру. Дай-ка мне свою, Сэлли. – Он быстро прочитал карточку и одарил ее улыбкой на пять миллионов долларов. – Новый дворецкий, говоришь? Что ж, спасибо, Джорджи. Мне нужно обсудить это с администрацией.
– Не беспокойтесь, мистер Джимми, – заворковала Сэлли. – Дворецкие у Джорджи не задерживаются… Насколько я понимаю, ее беда заключалась в том, что она слишком расточительно тратила свои таланты.
– Прочтите мою! – хором воскликнули Роза и Дон, протягивая свои карточки.
– Мне ужасно интересно, но я ведь пришел к вам по делу. К нам сейчас явятся человек шесть клиентов, так что к бою, девочки! Приготовьтесь еще раз показать праздничную коллекцию. Подслушай, Саша, ты не могла бы познакомить меня с этой твоей подружкой? Мне бы хотелось побольше узнать о ее хобби.
– Я это устрою, – сказала Саша, с удивлением услышав в голосе мистера Джимми неподдельный интерес.
– И давай сделаем это как можно скорее. Мне; пришла в голову одна недурная идея…
– Ты случайно не пишешь романы, Джиджи? – спросил мистер Джимми, после того как сделал заказ на троих в итальянском ресторанчике, который он выбрал для их встречи.
– Нет, только те карточки, что вы видели. Саша, возможно, говорила вам, что я работаю в фирме по обслуживанию банкетов и пикников… Моя основная работа связана с кулинарией. Старинным бельем я заинтересовалась несколько лет назад, но до последнего Сашиного дня рождения я никогда никому не дарила ничего из своей коллекции. А та белая шелковая пижама была просто предназначена именно для Саши, так мне показалось. Саша и вдохновила меня на первую карточку и первый рисунок.
– Это была Лола-Антуанетта – дама, которой я подарил изумруды? Кажется, Роза была в этом наряде.
– Да, и ей он был очень к лицу, хотя мы с ней совсем разные, – заметила Саша.
– И сколько вам требуется времени, чтобы сочинить такую карточку? – полюбопытствовал мистер Джимми.
– Это зависит от многого, – сказала Джиджи. – Иногда идея у меня возникает сразу, а иногда приходится немного подумать. Но стоит только начать – и тогда это занимает не больше получаса, даже если текст длинный.
– Недавно ты за один день сочинила шесть или семь штук, – напомнила Саша. – Если не больше.
– Рождество подпирает, – сказала Джиджи, скромно пожимая плечами.
Мистер Джимми понравился ей ровно настолько, насколько ей обещала Саша. У него было исключительно добродушное красное лицо, обрамленное симпатичными седыми кудрями. Ростом он был примерно с нее, но весил по крайней мере на семьдесят килограммов больше. «Если на него надеть костюм из красного бархата, из него выйдет самый толстый и румяный Санта-Клаус на свете», – подумала Джиджи, глядя, как он пьет подряд второй мартини. Даже на носу у него были красные жилки.
Неожиданно мистер Джимми резко повернулся к ней:
– Джиджи… У нас деловая встреча, и вежливость не позволяет переходить к делу раньше, чем вы съели горячее. Но все же – позвольте мне сделать вам одно предложение.
– По поводу моего старинного белья?
