Этот автомобиль вылетел на него из-за угла. Водитель наверняка был пьян. Хохот и улюлюканье, доносившиеся из автомобиля, заглушали даже визг покрышек. Кастерз едва успел увернуться и выхватить револьвер. Первая же пуля попала в бензобак. Машина ярко вспыхнула, грохнул взрыв, её занесло и перевернуло. Из распахнутых дверец начали торопливо выбираться вопящие пассажиры, охваченные пламенем. Хорошо, что у Кастерза оставались ещё патроны в револьвере...
Преступник просто ОБЯЗАН был находиться в этой машине! Иначе для чего бы им пытаться сбить полицейского?! Точно, он был здесь! Значит, он успел скрыться! От охватившей его досады сержант Кастерз злобно пнул один из трупов носком ботинка.
Чёрт побери! Такими темпами он сегодня ни за что не поймает преступника! А поймать его нужно именно сегодня! Ведь завтра - конец света! И ловить этого подонка будет уже некому! Да и, собственно говоря, некого будет и ловить... И что? Кастерз должен позволить ему уйти вот так вот, наравне со всеми?! С теми, кто, как и сам сержант, честно прожили свою жизнь, честно выполняли свою работу?! Ну, уж нет!!! Он ОБЯЗАТЕЛЬНО его выследит! И тогда!.. Тогда уже он докажет ему, что правосудие способно дотянуться до любого негодяя, несмотря даже на конец света!..
До слуха сержанта Кастерза донеслись пьяные голоса. Он обернулся и поднял своё оружие. Кто это там распелся?! Нашли время, нечего сказать!
Кастерз увидел, как из переулка появились две женщины лет тридцати тридцати пяти. Сказать, что они были легко одеты - значит не сказать ничего. Кроме туфелек и легкомысленных кружевных трусиков на них больше ничего не было. Они шли в обнимку и пытались что-то напевать пьяными голосами. В руках у одной из них была бутылка с джином и они по очереди прикладывались к ней, останавливаясь для этой цели через каждые пять - шесть шагов. Кастерза они даже не заметили - прошли мимо него, покачиваясь, словно от сильного ветра, и обдав его смешанным запахом дорогих духов и крепкого джина. Сержант некоторое время смотрел вслед удаляющимся фигурам, потом тщательно прицелился и аккуратно всадил в каждый затылок по пуле. Одну - блондинке, одну - рыженькой. Это произошло так быстро, что женщины даже не успели вскрикнуть. Возможно, они даже и не успели понять, что же произошло. Два быстрых, один за другим, выстрела; глухой звук рухнувших на асфальт тел и всё... И тишина, нарушаемая только треском горящего автомобиля, да булькающим звуком джина, выливающегося из оброненной бутылки...
Шлюхи, подумал сержант Кастерз, пряча револьвер в кобуру. Или лесбиянки. Сидели бы себе дома, занимались там... чем-нибудь... А не шлялись по улицам! Мешают работать! И вообще...
Сержант Кастерз огляделся. Делать здесь больше нечего. Надо искать преступника. Где же он может быть? Может, спрятался в одной из квартир этого дома? Но в какой именно? Придётся проверить их все...
Кастерз решительным шагом направился к подъезду. Дом был старым и подъезд выглядел, словно нежилой. Стены были расписаны похабными надписями и неумелыми, но очень темпераментными рисунками. Кастерз брезгливо поморщился и взбежал по лестнице на самый верх, на четвёртый этаж. Если уж проверять все квартиры, то лучше всего начинать с верхних этажей. Правда, преступник может в таком случае успеть скрыться, но Кастерз будет начеку! Он не позволит этого!
На его звонок никто не открыл. За дверью было тихо. Затаился, подумал сержант Кастерз. Он медленно достал револьвер и отступил на пару шагов назад. Затем разбежался и выбил дверь ногой.
Осторожно ступая на цыпочках, держа револьвер двумя руками, он обошёл всю квартиру и убедился, что здесь никого нет. Только в ванной на кафельном полу лежал труп седовласого мужчины, перерезавшего себе вены кухонным ножом. Кровь обильно залила голубоватые плитки пола и пропитала коврик для ног, лежащий возле ванны. Сержант на всякий случай проверил, жив ли этот человек, убедился, что нет, и покинул квартиру.
Подойдя к противоположной двери Кастерз нажал кнопку звонка. Послышались шаркающие шаги.
- Кто там? - спросил сквозь дверь пьяный хриплый голос.
- Откройте! Полиция! - потребовал сержант Кастерз.
- Чего-чего?! - спросил голос.
- Откройте, говорю! - повторил Кастерз, поднимая револьвер.
- Какая ещё, на хрен, полиция?! - захохотал голос. - Ты что, с ума сошёл?
- Вы что, не слышали, что я сказал? - грозно повторил Кастерз. - Я полицейский!
- Да хоть сам президент!!! Проваливай отсюда! Если уж тебе так приспичило, то приходи ко мне ЗАВТРА!!! - голос опять противно захохотал.
- Вы слышали, что я сказал?
- Да чего тебе надо-то, а?! - удивился голос.
Сержант Кастерз прикинул, где могла находиться голова этого человека, мысленно прочёл этому пьяному голосу его права и сделал три выстрела сквозь дверь. Затем он услышал звук падающего тела и удовлетворенно покачал головой.
- Уже ничего, - пробормотал он, пряча револьвер в кобуру и направляясь к следующей квартире, где мог находиться преступник.
Дверь в эту квартиру была слегка приоткрыта. Кастерза это сразу же насторожило. Засада? Или он уже успел скрыться? Впрочем, из квартиры доносились какие-то звуки! Кастерз прижался спиной к стене, осторожно толкнул вытянутой рукой дверь и только потом выскочил из своего укрытия. Рука его лихорадочно двигалась, отыскивая в дверном проёме подходящую мишень для револьвера. Но перед ним никого не было. Зато звуки, доносившиеся из квартиры, стали гораздо слышнее.
Кастерз осторожно подкрался к комнате. Звуки раздавались оттуда. Полные страсти стоны и низкий, чуть хрипловатый голос. Он осторожно заглянул в комнату, готовый уже отразить любую атаку.
Разбросанная одежда, задёрнутые шторы, смятая постель, сплетение голых тел. На него даже не обратили внимания. Видимо, парочке сейчас было не до этого.
- Ещё!!! Ещё!!! Давай!!! - стонала девушка, блаженно закрыв глаза и разметав по подушке огненно-рыжие волосы. Её острые ногти безжалостно впивались в голую спину партнёра. - Ещё!!! Давай!!!
- Даю! - громко ответил сержант Томас Кастерз и дважды нажал на курок...
Джон Рассел писал не прерываясь больше трёх часов. Время от времени он останавливался, чтобы получше разглядеть образ сержанта Кастерза, его холодные голубые глаза под козырьком надвинутой на лоб фуражки, его плотно сжатые, безжалостные губы.
Джон очень хорошо представлял себе, что чувствует этот сержант полиции. Он настолько вошёл в образ, что уже не понимал, кто же он сам? Джон Рассел или Том Кастерз? Сержант полиции или писатель?..
Джон описывал, как Кастерз влез в какой-то дом через разбитое окно. Он принялся рыться в шкафах, в ящиках - искать улики. Какие улики? Этого никто не знал. Даже сам сержант Кастерз. А уж тем более он - Джон Рассел! Но, улики ОБЯЗАТЕЛЬНО должны были отыскаться!!! И Томас Кастерз продолжал переворачивать всё в квартире вверх дном.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
