ночь даже на минуту не смог сомкнуть глаз, до утра сидел как током ударенный, — прошептал Боб.
— Как же вы тогда работаете здесь? — поинтересовался я.
— На каждой работе есть свои плюсы и свои минусы, здесь хорошо платят, хотя и бывает немного не по себе, но ничего не поделаешь, за все приходится платить, за деньги нервами, например, — засмеялся Боб, уже расслабившись.
— Тоже, верно, — согласился я.
— А хотите еще историю? — спросил Боб.
— Опять какая-нибудь жуть, Боб? — подняв брови, уточнил я.
— Ну почему сразу жуть, сэр? — ухмыльнулся Боб, затем осекся.
— Впрочем, сэр, расскажу вам в следующий раз, а то мы уже пришли? — произнес Боб, остановившись у одного из кабинетов.
На кабинете висела золотистая табличка, с выгравированным именем и должностью человека: «Профессор Г. Блэк».
— О, кажется мне сюда, — обрадовался я.
— Да, мы прибыли, сэр Джереми, — подтвердил Боб.
Я слегка постучал в дверь кабинета мистера Блэка, ожидая услышать приглашение на вход, но никто не ответил.
— Джерими, стучите сильнее, — посоветовал Боб.
Я сильнее и настойчивее постучал по поверхности деревянной двери профессора, что тут же дало соответствующий результат. За дверью раздался слегка хриплый мужской голос:
— Прошу вас, входите.
— До свидания, сэр, — попрощался со мной Боб.
Я же дернул ручку двери и вошел внутрь. Моим глазам предстал обычный кабинет, ничем не отличающийся от множества других, даже чем-то похожий на мой собственный, только, разве что кресла были здесь других цветовых оттенков, у меня светлые тона, а здесь же, наоборот, темные. А в остальном ничего примечательного, рабочий стол, стеллажи с папками, пара невзрачных картин на стенах и, единственное, что здесь выделялось, небольшой аквариум с золотыми рыбками. А так, в общем, ничего лишнего, чтобы сбивало или отвлекало от работы. За столом сидел пожилой мужчина, на вид лет шестидесяти, который придерживая очки, что-то изучал в лежащих перед носом бумагах.
— Ради бога, простите, — пожилой господин оторвался от бумаг и вскочил из-за стола. — Я совсем заработался, даже не сразу обратил внимание, что вы стучите. Вы, насколько я понимаю, Джереми, — мужчина протянул мне руку для приветствия.
— Ничего страшного, не так долго я и стучал, — улыбнулся я, пожимая руку господина. — Все верно, а вы профессор Говард Блэк?
— Да, конечно, он самый. Что же Джереми, присаживайтесь, поговорим о вашем деле, — профессор жестом указал на кресло, стоящее рядом с письменным столом.
— Благодарю, — произнес я, усаживаясь поудобнее.
Мистер Блэк же уселся в свое кресло, отодвинув в сторону папку с бумагами, которую он внимательно изучал перед моим появлением. Я же продолжил рассматривать своего собеседника, который, для своего возраста, выглядел довольно стройным и подтянутым, если бы не седина и падающее зрение, то я сам бы уже начал завидовать доктору Блэку.
— Джереми, позвольте угостить вас чашечкой изумительного черного чая? — улыбнувшись, поинтересовался он.
— Не откажусь, профессор, — согласился я.
Мистер Блэк поднял трубку телефона:
— Сьюзан, принеси, пожалуйста, нам с мистером Джереми того прекрасного черного чая с липовым ароматом.
— Итак, Джереми, вы, насколько мне известно, тоже врач, то есть мой коллега? — спросил профессор.
— Да, я терапевт, заведую терапевтическим отделением частной клиники, — подтвердил я.
— О, это же просто замечательно! Вообще Рой мне немного рассказал о вас, вы когда-то вместе дружили, — радостно произнес профессор.
— Если честно, то с Роем я пересекался всего несколько раз в свои студенческие годы, он был хорошим приятелем моего лучшего друга, поэтому случалось, что мы все вместе где-то отдыхали, — я сразу занял честную позицию.
— Получается, что вы врач, уже с приличным стажем, работающий в определенной, хорошо знакомой сфере, вдруг заинтересовались такой областью, как психиатрия, сражающейся с совсем другими болезнями. Почему так, Джереми? — внимательно посмотрел на меня профессор.
— Видите ли, мистер Говард, я в последнее время стал задумываться о сути некоторых вещей, о том, чем я занимаюсь, куда стремлюсь, чего в конце концов хочу получить от жизни, и ко мне пришла мысль, что я бы мог быть не только врачом, но и кем-то еще. Я бы мог войти в ту сферу, в которой я никогда ранее не был, открывая для себя новые знания и впечатления, которые позволили бы не только лучше познать окружающих меня людей, но и лучше раскрыть самого себя, — произнес я с максимальной серьезностью.
Дверь кабинета открылась и вошла средних лет дама с подносом в руках, на котором стоял небольшой чайничек, две чашки чая и вазочка с печеньем. Рука дамы почему-то по самый локоть была перемотана бинтом.
— А, вот и наш чай, — обрадовался профессор.
— Джереми, вам с сахаром? — уточнил он.
— Нет, спасибо, мистер Говард, я не люблю чай с сахаром, он сильно заглушает его натуральный вкус, — ответил я.
— Сьюзан, а что случилось с вашей рукой? — забеспокоился профессор.
— Ничего страшного, мистер Блэк, я просто случайно разбила вазу, об осколки которой немного порезала руку. Там всего лишь царапина, — ответила дама.
— Вы же ее обработали? — серьезным тоном поинтересовался мистер Блэк.
— Конечно, профессор, мне обработали рану и наложили компресс, если бы не бинт, то никто бы даже не обратил внимание, просто медбрат сказал, что с бинтом будет безопаснее и я не буду лишний раз мочить руку, помня о порезе. А без лишней влаги он быстрее заживет, — объяснила Сьюзан.
— Ну хорошо, поправляйтесь, — произнес профессор.
— Благодарю, профессор, — улыбнулась секретарша.
— Спасибо за чай, Сьюзан, — поблагодарил уходящую женщину доктор Блэк.
— О как, ну это разумный взгляд на вещи, — произнес он.
— Вы про бинт, сейчас профессор? — уточнил я.
— Нет же, я не об этом, я про то, что некоторые вещи, для нас столь привычные, оказывают на нас определенное воздействие, не всегда благоприятное, как сахар оказывает на вкусовые особенности чая, но, кому-то это нравится, а кому-то нет, все дело вкуса и предпочтений.
— Да, согласен, особенно для тех, у кого сахарный диабет, — улыбнулся я.
— Тоже, верно, — рассмеялся профессор.
— Чай просто замечательный, — похвалил я.
— Я знал, что вы оцените, мне его привез хороший друг, когда вернулся из долгого путешествия по Китаю. Так ну что же вы хотите от меня, Джереми? Чем я могу вам помочь в вашем деле? Вы, насколько я понимаю, решили попробовать написать о том, что вам интересно, но в чем у вас нет особых познаний. Но ведь вам было бы проще взять что-то касающееся той области, в которой вы явно являетесь прекрасным специалистом, зачем усложнять свою работу, изучая те вещи, представление о которых весьма поверхностно? Это то, что мне не совсем ясно, если говорить о вашем творческом мотиве.
— Уважаемый мистер Говард, вы
