с маньчжурами, в Маньчжурии уже «знали» о том, что страшные люди с севера регулярно питаются человечьим мясом.
На эти ужастики наложилась высокая боеспособность русских пришельцев, когда горстка казаков долгие годы успешно противостояла многочисленным армиям маньчжурского императора. Маньчжуры в то время успешно завоевали весь Китай, но долго не могли справиться с казачьими острогами на Амуре.
«Прекратилось ли в России людоедство?»
Именно от маньчжуров слухи про страшное северное племя людоедов распространились по всему Китаю, попав и в первые китайские книги о русских. Такие легенды и сложившиеся этнические стереотипы весьма устойчивы – китайский миф о том, что русские едят людей, сохранялся несколько столетий и встречался в самых разных обстоятельствах.
Так, спустя два века, в 1876 году, очень далеко от Амура – в горах Синьцзяна – на переговорах китайских и русских военных, генерал Цзо Цзунтан, в ту эпоху один из правителей Китая, вдруг огорошил нашу делегацию вопросом: «Прекратилось ли в России людоедство?» Глава русского посольства, полковник Сосновский, тогда не растерялся и невозмутимо ответил, что в Российской империи людоедство существует лишь в строго отведённых властью местах.
Генерала Цзо, истинного конфуцианца, такой ответ полностью удовлетворил – если уж даже людоедство сумели обуздать, то значит, государство в России крепкое. Члены же русской делегации позже долго гадали, откуда возник такой странный вопрос. Решили, что китайский генерал просто выкурил много опиума, а ранее что-то слышал о племенах «самоедов», как в ту эпоху называли в России северные племена ненцев и нганасанов. Про пугающие подробности первого русского похода на Амур в нашей стране тогда забыли. Впрочем, все позднейшие историки тоже предпочитали о некоторых деталях эпопеи Пояркова не писать или упоминать вскользь.
Последний раз китайские слухи о русском людоедстве были зафиксированы уже в XX веке, во время вооружённого конфликта СССР и маньчжурских генералов в 1929 году. Попавшие в наш плен неграмотные китайские крестьяне в солдатских шинелях ждали, что их съедят. Тогда в Советском Союзе сочли это результатом какой-то антисоветской пропаганды империалистов – не догадываясь, что все эти слухи родились ещё три века назад…
И всё же, как ни странно, пугающий «людоедский» имидж сыграл в отечественной истории скорее положительную роль. Вплоть до XX века Россия никогда не имела на Дальнем Востоке значительных сил. Но сложившийся ещё в XVII столетии образ чрезвычайно боеспособных и диких «людоедов» следующие двести лет заставлял правителей многолюдной Китайской империи осторожно относиться к своему северному соседу.
Глава 6. Самая маленькая глава о самом последнем удельном княжестве
Кем были «принцы, кочующие к самому северному океану»
До 1886 года в составе Российской империи существовала крайне необычная автономия или, говоря языком былых эпох, удел – Обдорское княжество. Княжество, основанное на «грамотах», жалованных племенным вождям хантов московскими царями Борисом Годуновым в 1591 году, Василием Шуйским в 1606 году и Фёдором Романовым в 1679 году. В соответствии с этими «грамотами» вожди «остяков»-хантов из рода Тайшиных были подсудны исключительно царям и считались вполне настоящими князьями с автономным управлением в своём княжестве.
Границы автономного княжества в тайге и тундре, правда, были вполне условны – ныне это земли современных Ханты-Мансийского и Ямало-Ненецкого автономных округов. Кстати, первые столкновения «остяков» и русских (точнее, древнерусских) относятся еще к XI веку и временам походов дружин из вечевого Новгорода…
Эти гигантские территории современных автономий формально были присоединены к России почти сразу после Ермака, при Борисе Годунове еще в конце XVI века. Понятно, что там не раз были восстания против русской власти – самые крупные в 1595 и 1607 годах. Даже уже при царе Алексее Михайловиче в 60-х годах XVII века были намёки на повстанческие заговоры.
При Екатерине II в 1767 году Правительствующий сенат Российской империи даже провел юридическую экспертизу статуса «остяцких» вождей и всё же признал их княжеский титул. Царица Екатерина не без юмора называла племенного вождя Матвея Тайшина «принцем, кочующим к самому северному океану».
Более того, этот автономный статус Обдорского княжества сохранялся и почти всё XIX столетие. Последний «обдорский князец» Иван Матвеевич Тайшин в 1854 году даже был удостоен личной встречи с Николаем I. Император подтвердил его княжеский титул – и соответственно статус таёжно-тундрового Обдорского княжества. То есть уже не было ни грузинских царей, ни польских королей, уже не было ни одного владетельного князя на территории Российской империи (князья были, но давно без собственных княжеств) – ни одного, кроме вождя хантов, князя Ивана Тайшина…
То есть формально-юридически на середину XIX века человек, живший в избушке на берегу Оби прямо на Полярном круге (в 20 верстах к северу от современного Салехарда), был самым крутым аристократом Российской империи! Ведь не просто князь, а по всем действующим законам империи – князь огромного автономного княжества, связанный с монаршьей династией индивидуальными «грамотами»-договорами.
Закончилось автономное Обдорское княжество тоже при помощи юридической казуистики – Иван Тайшин хотя и был крещён, но, живя всю жизнь в приполярной тундре, явно пренебрегал православием ради своих племенных верований. Когда князь Тайшин умер в 1886 году, его детям княжеский титул не передали – хитрые имперские бюрократы указали, что они рождены вне брака, ибо языческих браков Российская империя не признавала, а документов о венчании у сыновей покойного «обдорского князя» либо не было, либо они не сохранились… По закону внебрачные дети титулов не наследовали. Соответственно род «князей Обдорских» прервался – а нет князей, нет и княжества, основанного на личном договоре царей с «остяцким князцом».
Словом, помним: с 1591 по 1886 год – три века! – посреди России существовала огромная автономия, размером с Великое княжество Финляндское и побольше Царства Польского – Обдорское княжество…
Глава 7. Зачем казак Иван ходил «до китайсково Крыму»
Как четыре века назад первое посольство из России прибыло в Пекин
Всем нам известно выражение «китайская грамота», синоним чего-то абсолютно непонятного. Зато хорошо знакомое нашим предкам словосочетание «китайский Крым» сегодня поставит в тупик любого. И оба этих понятия родились в результате первого русского посольства, прибывшего в Пекин четыре столетия назад. Вспомним те давние события, прежде чем двинуться по следам первопроходцев на юг от Амура – а заодно и разъясним про «китайскую грамоту», и «китайский Крым», и многое другое из истории первых контактов наших предков с самым большим соседом на Дальнем Востоке.
«Каково Китайское государство велико и сколь людно?..»
Четыре столетия назад, когда в европейской части России только завершилась разорительная Смута, границы нашего государства на
