Неожиданно Анвару пришлось очнуться от своих грез наяву: старый конь вздрогнул и навострил уши.
Послышался стук копыт: кто-то догонял их, скача по обледеневшей дороге звонким галопом. Юноша, очнувшись от своих мыслей, вздохнул и свернул на обочину. Если это курьер, спешащий в гарнизон, в Академию или в Купеческую Гильдию, то лучше не нарываться.
Всадник с грохотом пронесся мимо, и Анвар мельком увидел покрытые потом и кровью бока животного и услышал крепкие проклятия его хозяина, который изо всех сил хлестал коня концами поводьев. Свинья! Анвар вскипел, такое бессердечное обращение с лошадью вывело его из себя. Он мягко подстегнул Лентяя, словно своей добротой мог как-то загладить ту, жестокость, свидетелем которой ему пришлось стать. Внезапно затихающий звон копыт оборвался, и послышался грохот упавшего тела, сопровождаемый потоком ругательств.
За поворотом Анвар увидел павшую лошадь, от которой все еще шел пар. Огромный мерзавец стоял над тушей без единой царапины и сотрясал воздух проклятиями. Анвара охватила ярость. Не задумываясь о последствиях, он соскочил с телеги и накинулся на бородатого гиганта.
— Сволочь! — кричал он. — Грязная свинья! Человек не обратил на него ни малейшего внимания. Его взгляд неожиданно остановился на телеге, и, небрежно отшвырнув Анвара, он кинулся к повозке и достал из ножен кинжал, явно намереваясь обрезать постромки, держащие старого мерина в оглоблях.
Анвар выбрался из кустов, ошеломленный результатами своего безумного порыва.
— Нет! — он бросился вперед, чтобы остановить руку безумца, но очередной удар заставил его несколько раз перекувырнуться в воздухе. Великан отбросил остатки упряжи, обрезал волочившиеся по земле концы длинных поводьев и вскочил на спину лошади. Лентяй прянул, выкатив глаза, и незнакомец отчаянно стегнул его поводьями. Со слезами на глазах Анвар поднялся и отчаянно вцепился в перепачканный плащ всадника.
— Пожалуйста, господин, — взмолился он. — Конь уже старый, и ты не сможешь…
Словно впервые заметив юношу, незнакомец повернулся, и мрачное выражение его лица вдруг смягчилось, уступив место жалости и состраданию.
— Мне действительно очень жаль, приятель. — мягко сказал он. — Но это срочно. На карту поставлена жизнь девочки, и я как можно скорее должен добраться до целителышцы. Попытайся понять. Я оставлю коня в Академии. Скажешь им, что тебя послал Форрал. — Он порывисто сжал плечо Анвара и ускакал прочь.
Анвар долго смотрел ему вслед, потом повернулся и печально оглядел телегу вместе с ее бесценным грузом. Сегодня утром муки не будет, и Торл не сможет начать работу. О боги, сколько же денег они на этом потеряют! Отец будет вне себя. Анвар вздохнул и поплелся обратно на мельницу, чтобы одолжить там лошадь.
***
Семейство мельника ютилось в северной части Нексиса, в тесном лабиринте узеньких улочек, жавшихся друг к другу внутри городских стен на верхних холмах широкой долины. Далеко внизу раскинулись восхитительные каменные проспекты, неподражаемые дворцы с пышными колоннадами, чудесные рынки и магазины, а чуть в стороне, где плато слегка выравнивалось, прежде чем продолжить спуск, высился огромный, похожий на крепость ансамбль легендарного гарнизона. Вдоль северного берега реки, у подножия долины располагались склады и торговые пристани С неизбежными обитателями всех портов в мире: крысами, нищими, карманниками и шлюхами. Тут и там широкий поток пересекали, изящные мосты, соединяя рабочие кварталы на северном берегу с южным, берегом, где шла совсем, другая жизнь.
К югу от реки долина поднималась вверх ступенями аккуратных деревянных террас. Подобно драгоценностям, среди деревьев были рассыпаны роскошные особняки купцов с ровными газонами и буйно цветущими садами. Душными летними вечерами там зажигались разноцветные фонарики, а воздух был наполнен густым ароматом диковинных цветов. На полпути по городу река делала резкий поворот к северу, а потом поворачивала снова, чтобы опять устремиться к морю. Именно эта петля и образовывала высокий, скалистый мыс, почти остров, связанный с южным берегом лишь узкой полоской земли, которую перегораживали высокие белые ворота. На вершине этого мыса, а самой высокой точке города, взлетали в небо белоснежные башни Академии, где в надменном уединении к роскоши обитал Волшебный Народ, Утро уже подходило к концу, когда Анвар на лошади мельника въехал наконец в северные ворота города и углубился в лабиринт узеньких улочек. Дома и мастерские в этой части города представляли собой незатейливые, но прочные сооружения из дерева, кирпича или глины. Большинство из них имели ухоженный вид, а мощеные улицы поддерживались в чистоте. Анвар слыхал, что в маленьких городах люди выбрасывают мусор прямо из окон, превращая улицы в сточные канавы, но в Нексисе, жемчужине городов и обители Волшебного Народа, такие вещи были просто немыслимы. Около двухсот лет назад Бавордан, непревзойденный мастер магии Воды, создал сложную и надежную систему подземных стоков, охватывающую весь город, и Волшебный Народ (который не слишком-то благоволил к смертному населению Нексиса) раз и навсегда взял на себя заботу по поддержанию канализации в должном порядке, не гнушаясь использовать для этой цели все свое искусство.
Семья Анвара жила на втором этаже, а внизу, в пекарне, ежедневно готовились хлеб, пирожные и пироги для продажи на маленьком рынке на соседней площади. Обычно уже с раннего утра аромат свежеиспеченного хлеба наполнял улицу, но сегодня все было иначе. Приближаясь к дому, Анвар услышал сердитый голос отца и закусил губу: сомнений нет, его ждут крупные неприятности. Юноша осторожно направил телегу за угол, по узкому проезду, ведущему к конюшне, примыкавшей к пекарне. Анвар заботливо устроил лошадь Джарда в стойле Лентяя и поспешил в дом. Не было никакого смысла медлить: чем позже он явится, тем злее будет папаша. Расправив плечи, Анвар пересек двор и, поеживаясь, вошел в пекарню. Он надеялся, что отец хотя бы даст ему время объясниться.
Но Торл не был расположен выслушивать оправдания.
— Я не виноват! — лепетал Анвар. — Он просто сбил меня с ног и забрал лошадь…
— И ты так запросто позволил ему это сделать! Этот конь — наш кормилец, идиот! Ты понимаешь, что ты наделал? Понимаешь? — Торл поднял огромный кулак, потемневший от многолетнего общения с мукой и густым тестом. Анвар увернулся, но удар пришелся ему в плечо, и юноша кубарем перелетел через всю комнату и с грохотом повалился на кучу пустых хлебных противней.
— Безрукий болван, — отец навис над ним, подобно зловещей тени, рывком поставил его на ноги и снова ударил. — Стой прямо, подлец. — Пекарь начал расстегивать ремень.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
