ей в киску, проводя языком по пульсирующему бутону, она ахает, хватая меня за волосы и почти выдергивая пряди. Малышка обхватывает бедрами мою голову и поднимает их, пытаясь всеми силами притянуть меня ближе к своему пульсирующему центру.
— Найт… Я близко, — задыхается она, движения становятся лихорадочными, когда я целую клитор и всасываю пульсирующий бутон в рот, заставляя ее метаться на кровати подо мной. Она кончает со всхлипом, киска пульсирует, пока я работаю над ее сердцевиной после оргазма, понимая, что буквально на грани своего контроля.
Она все еще дрожит, когда я скольжу по ее телу. Глаза остекленели, а голова откинута назад, когда я опираюсь одной рукой над ее головой, прежде чем другой дотянуться до своего члена.
— Ты мне нужна, — выдавливаю я, наклоняясь, чтобы коснуться губ Реи своими, позволяя ей попробовать себя на моем языке. Она задыхается у моего рта, когда я направляю свой член к ее киске, поглаживая головку ствола напротив ее киски.
— Найт! — Стонет она, когда я начинаю входить в нее. — Слишком большой.
Может быть, дело еще в том, что и она тугая. Чертовски тугая, что я почти кончаю, а я даже на дюйм не вошел в нее. Я заставляю себя делать долгие вдохи, чтобы успокоиться, но это невыполнимая задача. Мои яйца напряжены и готовы взорваться в любую секунду, но я отказываюсь кончать, как какой-то подросток в наш первый раз. Мне тридцать четыре, я взрослый мужчина!
— Все в порядке, детка, — говорю я сквозь стиснутые зубы, хватая ее бедро и поднимая его к своему, прежде чем войти в нее и разорвать тонкую преграду невинности одним движением. Рык вырывается из моего рта, и мне требуется весь контроль, который я могу собрать, чтобы не выплеснуть свое семя в матку. Ее тугие стенки сомкнулись вокруг моего члена, как тугой рукав, горячо пульсируя, и мне требуется целая минута, чтобы сфокусироваться, прежде чем поднять глаза и посмотреть на Рею. Ее глаза блестят от непролитых слез, и она смаргивает их с улыбкой, когда видит ужас на моем лице.
— Рея…
— Со мной все в порядке, — обещает она, но слезы в ее глазах заставляют меня замереть на месте.
— Ты в порядке? Мы можем остановиться, если будет больно…
— Нет, — шмыгает она носом, ее руки тянутся к моей талии и крепко сжимают ее. — Я… Я имею в виду, это немного больно, но… Я… Мне нравится.
Мои брови сдвинуты в замешательстве.
— Тебе нравится… боль?
— Нет, эта часть отстой. — Она хихикает, ее зрачки слегка расширены. Если бы я не провел весь вечер, наблюдая за ней, то подумал бы, что она пьяна. — Мне нравится все остальное. Мне нравится чувствовать тебя внутри, пожалуйста, не останавливайся.
Ебать!
Эта девчонка сводит меня с ума.
Потребность дать ей больше вызывает темное и навязчивое чувство, растущее внутри. Мои глаза темнеют, когда я кладу предплечье у ее головы и нежно покачиваю бедрами, помогая ей приспособиться к моему размеру. Мои глаза не отрываются от идеальных карих глаз, пока я вытаскиваю член, прежде чем снова врезаться в нее с такой силой, что это сдвигает ее с места.
— Найт! — Кричит она, глаза расширяются, а губы раскрываются от шока. Я с удовлетворением наблюдаю, как ее глаза закатываются от удовольствия, и это все, что мне нужно, чтобы отстраниться и снова и снова вколачиваться в нее. Ее киска пульсирует вокруг меня, а ногти впиваются в мою кожу, когда я начинаю трахать ее жестче.
— Ты всегда наблюдала за мной из окна своей спальни, — говорю я, обхватив ее бедро рукой и проталкиваю свой член в киску как можно глубже. — Сколько раз ты прикасалась к себе, думая обо мне?
— Ах!
Ее спина выгибается, когда я меняю угол, прежде чем снова врезаться в нее.
— Скажи мне!
— Много… — Всхлипывает она, пока я ввожу свой член в ее мокрую киску и вынимаю его, — Так много раз.
— Что ты себе представляла, а? — Наклоняюсь и провожу губами по ее шее, покусывая мочку уха. — Тебе приснилось, что я залезу через окно твоей спальни, в твою кровать, а потом заявлю на тебя права, пока твой брат спит в соседней комнате?
— О, Боже!
Я покусываю мочку ее уха.
— Ты когда-нибудь трогала себя, наблюдая за мной?
— Нет, — шепчет она, но я улавливаю ложь в ее голосе, поэтому сдвигаю бедра и вжимаюсь членом в ее лоно, скользя по клитору и сводя ее с ума, заставляя извиваться подо мной, чтобы погнаться за ощущениями.
— Правду, Рея!
— Однажды, — кричит она, проводя ногтями по моей спине. — Однажды, когда ты… Ты… Пришел в гостиную из душа в одном полотенце и… Ох!
— И что? — Выдавливаю я сквозь стиснутые зубы.
— Ты… Сел на диван с пивом, и полотенце упало.
Черт, если бы я только мог вернуться в тот момент и увидеть, как соседская девчонка играет с собой, наблюдая за мной. Я даже не могу представить, какие мысли тогда были у нее в голове, но я бы отдал все, чтобы узнать.
Ей больше не нужно воображать — никому из нас этого не нужно — теперь, когда у нас все по-настоящему.
Мое тело напрягается от потребности кончить, и я понимаю, что долго не продержусь, поэтому просовываю палец между нами и массирую ее клитор. Я трахаю ее жестче и быстрее, поглаживая маленький комок нервов толстым пальцем, пока мы оба не падаем за край.
Мы разваливаемся вместе. Она кричит, ее голос грубый и пронзительный, а я кончаю с ревом, изливая свое семя в пульсирующую киску. Ее стенки сжимают меня так крепко, что удивительно как циркуляция крови в моем члене не прерывается, когда она выдаивает мое семя в свою матку.
— Моя, — грубо стону я, тяжело дыша ей в шею и несколько раз двигая бедрами. — Теперь ты моя, Рея.
Наши взаимные покачивания продолжаются, по крайней мере, так кажется, пока я не падаю рядом с ее дрожащим телом. Я ложусь, тяжело дыша и провожу губами по плечу Реи. Мне требуется несколько
