Вот, Я делаю новое; ныне же оно явится; неужели вы и этого не хотите знать? Я проложу дорогу в степи, реки в пустыне». В чем смысл сказанного в этом тексте? Он говорит нам, что будущее будет
подобно прошлому, но не
ограничено его рамками. Прошлое дает язык, на котором будет говорить будущее, но само будущее превзойдет прошлое.
И в самом деле, Бог настолько взволнован тем, что Он совершит во время и после вавилонского пленения, что Ему уже не хватает языка исхода. Он вынужден обратиться к творению, чтобы найти образ, достаточно мощный, чтобы описать великое деяние, которое Он задумал. Книга Исайи 65:17—19: «Ибо вот, Я творю новое небо и новую землю, и прежние уже не будут воспоминаемы и не придут на сердце. А вы будете веселиться и радоваться вовеки о том, что Я творю: ибо вот, Я творю Иерусалим веселием и народ его радостью. И буду радоваться о Иерусалиме и веселиться о народе Моем; и не услышится в нем более голос плача и голос вопля».
Это любимый текст тех, кто хочет лучше понять, что из себя будет представлять жизнь на небесах. Впрочем, обратите внимание, что говорится дальше: «Там не будет более малолетнего и старца, который не достигал бы полноты дней своих; ибо столетний будет умирать юношею, но столетний грешник будет проклинаем» (ст. 20). А я–то думал, что на небе никто умирать не будет! И это действительно так (Откр. 20:14; 21:4). Просто не нужно забывать, что этот отрывок следует рассматривать в контексте возвращения Израиля из вавилонского плена. Как и в случае с обетованиями завета во Второзаконии, восстановление страны и народа после изгнания должно было протекать постепенно. Их послушание Богу дало бы Ему возможность благословлять их все больше и больше, пока ханаанская земля не превратилась бы в новый Едемский сад. Ожидания, внушаемые Ветхим Заветом, не подразумевали внезапных перемен, таких, как новозаветная концепция Второго пришествия Иисуса.
От пророчества к его исполнению
Вместе с пророками, такими как Аггей и Захария, мы вступаем в период исполнения прежних пророчеств, эпоху, последовавшую за возвращением из вавилонского плена. Однако реальность оказалось несколько отличной от того, что мы могли бы ожидать, читая те пророчества. Казалось бы, в Палестину из Вавилона должен был устремиться мощный многомиллионный поток, тогда как на самом деле переселенцев оказалось всего лишь пятьдесят тысяч. Вместо великих чудес, сопровождавших исход из Египта, их возвращение сопровождалось лишь тяжким трудом.
Ничего удивительного, что в писаниях пророков, появившихся в Иудее после вавилонского пленения, мы находим упоминание о том, что Божий народ пал духом. Израиль был по–прежнему преследуем — Персия была по–прежнему в силе. Становилось все яснее, что это далеко не все, на что способен Бог. Великое, окончательное избавление еще впереди.
Итак, Ветхий Завет завершается исполнением пророчеств, касающихся вавилонского пленения. Но они отнюдь не обнадеживают. Вот почему никто не созидал ни одну религию исключительно на Ветхом Завете. Будучи несовершенным, или, скорее, незавершенным, он взывает о полноте, о завершенности. Все три религии, основывающиеся на Ветхом Завете, имеют то или иное к нему дополнение: Талмуд, Коран или Новый Завет.
Таким образом, основывать свою веру на одном только Ветхом Завете нельзя. Ветхий Завет лишь помогает нам осознать ту реальность, в которой мы все находимся, и всю безысходность этой реальности. Он указывает на величайшее деяние Божье, которое еще только предстоит, и закладывает основание для Нового Завета, к которому мы обратимся в следующей главе. Но прежде давайте рассмотрим пару библейских текстов, описывающих состояние иудейского общества после возвращения из плена, в конце ветхозаветного периода.
Книга Аггея 2:1—3: «В седьмой месяц, в двадцать первый день месяца, было слово Господне через Аггея пророка: скажи теперь Зоровавелю, сыну Салафиилеву, правителю Иудеи, и Иисусу, сыну Иоседекову, великому иерею, и остатку народа: кто остался между вами, который видел этот дом в прежней его славе, и каким видите вы его теперь? Не есть ли он в глазах ваших как бы ничто?» Бог понимает, что для них пророчество о возрождении народа и страны исполнилось далеко не полностью. Положение изменилось, но не так, как они ожидали.
Стихи 4, 5: «Но ободрись ныне, Зоровавель, говорит Господь, ободрись, Иисус, сын Иоседеков, великий иерей! ободрись, весь народ земли, говорит Господь, и производите работы, ибо Я с вами, говорит Господь Саваоф. Завет Мой, который Я заключил с вами при исшествии вашем из Египта, и дух Мой пребывает среди вас: не бойтесь!» Исполнилось ли пророчество? Да, исполнилось. Но для них оно принесло только разочарование. Они читали пророческие книги и рассчитывали на большее. Но у Бога есть в запасе кое–что еще.
Стихи 6—9: «Ибо так говорит Господь Саваоф: еще раз, и это будет скоро, Я потрясу небо и землю, море и сушу, и потрясу все народы, и придет Желаемый всеми народами, и наполню дом сей славою, говорит Господь Саваоф. Мое серебро и Мое золото, говорит Господь Саваоф. Слава сего последнего храма будет больше, нежели прежнего, говорит Господь Саваоф; и на месте сем Я дам мир, говорит Господь Саваоф».
В конце ветхозаветного периода Бог заверяет Свой народ: «Не переживайте, у вас все впереди. Величайшее Свое деяние Я еще не совершил, но не теряйте веру; все случится в свое время. Я по–прежнему держу ситуацию в Своих руках». Его могущественная десница еще совершит великое потрясение.
Книга пророка Захарии 9:9, 10 добавляет еще один штрих к той же самой картине будущего: «Ликуй от радости, дщерь Сиона, торжествуй, дщерь Иерусалима: се Царь твой грядет к тебе, праведный и спасающий, кроткий, сидящий на ослице и на молодом осле, сыне подъяремной. Тогда истреблю колесницы у Ефрема и коней в Иерусалиме, и сокрушен будет бранный лук; и Он возвестит мир народам, и владычество Его будет от моря до моря и от реки до концов земли».
А теперь я хочу задать вам вопрос: имеем ли мы право винить многочисленных иудеев за то, что они представляли себе явление Мессии несколько иначе, чем оно было в действительности? Они думали, что оно будет сопровождаться большей славой. Истолковывать пророчество гораздо проще, когда оно уже исполнилось; а если его исполнение еще впереди? Прежде всего иудеи упустили — и это вполне понятно — духовный аспект этого обетования. По мере того как мы движемся по Ветхому Завету, его образы становятся все более символическими и исполнение пророчеств и обетовании все больше переходит в область духовную, доступную
