том, кто и за что желал его убить. И как этот кто-то узнал, что он учится в академии магии Сент-Эдмундса?
Сначала во всей Рейдалии об этом знали лишь пять человек: его родители, супружеская чета Рой и настоящий Себастьян Рой.
После каким-то образом узнала бабушка. Королева Кассия Ветинг стала шестой.
Даже сэр Майкл Рид не знал о нем. Пока не начались покушения на жизни адептов седьмого курса. А когда начались, Его Высочество Роберт Ветинг направил Главу Теней в Сент-Эдмундс расследовать преступление. Однако насчет подлинной личности сына сказал:
— Майкл, тебе должно быть все равно, под чьим именем находится мой сын. Все жизни адептов бесценны, охранять нужно всех одинаково. Возможно, целью преступников является не только жизнь Его Высочества Эдуарда.
* * *
Воспоминания о прошедших годах стремительно проносились в мыслях того, кто давно сам себя называл «Себастьян Рой».
Уже почти семь лет он принадлежал другой семье и носил чужое имя.
Как же его сначала это коробило и бесило. Поэтому он совершенно отвратительно вел себя по отношению к лорду и леди Рой. А потом неожиданно для себя подслушал разговор супружеской четы.
Он исследовал дворец Роев на наличие потайных ходов и довольно быстро их обнаружил. Один из ходов привел его к кабинету лорда Роя во время очень интересного разговора.
— Вы не считаете, сэр, что принц Эдуард несчастный ребенок? — тяжело вздохнула леди Аманда Рой.
— Несчастный ребенок, миледи? Он уже взрослый мужчина и совершает отвратительные поступки, за которые должен отвечать. — Голос лорда Роя прозвучал сухо и уверенно.
— Все должны отвечать за свои поступки, милый мой. Но какой же он мужчина? Капризный, избалованный ребенок. Недолюбленный и непонятый.
— Аманда, ваши фантазии мне непонятны и удивляют.
— Вы можете сделать так, как я попрошу вас, Ричард?
Тяжелый вздох лорда Роя стал ответом леди Рой.
— Мальчик попал к нам в семью на семь долгих лет. Его Высочество Роберт не зря выбрал нас. Он доверил нам самое ценное и дорогое, что у него есть. Своего сына.
Самое дорогое и ценное? Ненастоящий Рой тогда долго мысленно хохотал.
— Милый, мы должны стать для мальчика семьей. Он не должен чувствовать себя чужим среди нас.
Леди Рой привела ещё несколько доводов, и после долгого молчания лорд Ричард Рой ответил:
— Я постараюсь стать Его Высочеству вторым отцом, миледи. Ради вас.
— Спасибо, милый. Вы у меня самый лучший муж.
— Это вы у меня самая замечательная, Аманда. Ваше доброе сердце всегда найдет себе того, кого нужно обогреть.
Несмотря на то, что их так называемый приемный сын учился в академии магии, которая находилась в полудне пути от имения, чета Рой часто навещала его. Все праздники он проводил в родовом поместье, и сам не заметил, как привязался к дружному семейству, в котором кроме старшего сына Себастьяна Роя было ещё трое младших: две девочки десяти и шести лет, Эмма и Джоржиана, и мальчик Лукас, которому исполнилось восемь в день его появления в новой семье.
Дети не подозревали о замене и буквально купали его в своем обожании и восхищении. А он вдруг понял, что не может вести себя так, чтобы они разочаровались в старшем брате… которым, довольно быстро стал себя чувствовать.
Воспоминания прервались скрежетом замка и шумом открывающейся двери.
— Сэр, лорд Рид ожидает вас. На допрос.
Себастьян легко поднялся с жесткой койки и вышел из камеры. За ним пришел незнакомый полицейский, поэтому он ничего не спросил у него.
Сэр Майкл Рид ждал его в кабинете главы полиции. Стоял спиной к нему у темного окна и долго не поворачивался. Себастьян терпеливо ждал, когда ему окажут внимание. За семь лет он научился терпению.
— Что скажете, сэр Рой? Будете утверждать, что тоже находитесь под ментальным внушением, как сэр Генри Аристон?
— Нет, сэр. Конечно, нет.
Лорд Рид медленно повернулся. Выражение мужского лица было холодно-задумчивым.
— Как вы поняли, что ваш друг находится под воздействием?
— Это подтвердилось?
— Да, сэр. Благодаря вам.
Себастьян кивнул. Он почувствовал огромное облегчение. Успели. Они успели!
— А что вы делали рядом с залом для тренировок в это время? Насколько мне известно, занятия к тому времени давно закончились, тренироваться вы тоже не собирались. Как и сэр Аристон. Ваша тренировка должна была состояться завтра после полудня.
— Я задержался в академии по личным причинам. Для приватного разговора с одним джентльменом. Когда направлялся к выходу из академии, то случайно встретил Генри, поведение которого показалось мне странным. Пошел следом за ним. Сначала не понял, что он делает, а когда понял, Тени уже арестовали меня.
— И вы сразу догадались, что на вашем друге ментальное воздействие?
— Я знаю Генри Аристона почти семь лет, сэр. Он вел себя не так, как обычно. Поэтому я и почувствовал неладное.
— Семь лет, говорите? — Майкл Рид вдруг усмехнулся. — Почему вы путаете цифры, сэр?
— Путаю? — нахмурился Себастьян. — Не понимаю…
— Вы знакомы с господином Аристоном с десяти лет, сэр, так как ваши отцы давно дружны.
Рой почувствовал сильнейшую досаду. Он забыл об этом обстоятельстве. И оговорился.
Взгляд синих глаз лорда Рида заледенел.
— Кто вы такой, сэр?
Рой молчал, не зная, что делать. Выдавать свое настоящее имя лорду Риду не хотелось. Но, похоже, выбора у него не осталось. Отец будет снова разочарован в нем…
— Несмотря на то, что на вас амагические наручники, я чувствую исходящую от вас… магию. Сильнейшую магию, которая скрывает ваше истинное лицо.
— Магия рода, — пожал плечами молодой человек. — Ничего нового, сэр. Амагические наручники на нее не действуют.
— Раньше я не чувствовал ее. К какому роду вы принадлежите, сэр?
Себастьян вздохнул и нехотя указал взглядом наверх, лорд Рид проследил за ним, покачал головой и улыбнулся краешком рта.
— Должен признать, ваше высочество, что до последней секунды вы играли свою роль идеально.
Глава 7
С самого раннего утра мисс Белла Харрис была сама не своя. Все валилось из рук, она не слышала, что ей говорили, в итоге вышла из дома в неподходящих к накидке перчатках и шляпке, а заметила это, когда села в экипаж, и тот тронулся в путь.
Пришлось вернуться. При этом Белла вспомнила, что в комнате забыла подготовленную вечером лекцию для адептов академии.
Рассеянное состояние девушки объяснялось просто. Помимо письма Джона Ролдена, текст которого будоражил со вчерашнего вечера, её мучили мысли о том, что сообщила тетя. За завтраком с леди Треверс связалась её близкая подруга, известная сплетница Сент-Эдмундса и по величайшему секрету сообщила,
