В 1929 году США были ввергнуты в водоворот мирового экономического кризиса. В США промышленное производство понизилось до 56 %, национальный доход сократился на 48 %, обанкротилось 40 % банков, что лишило миллионы рядовых американцев их скромных сбережений. Около 17 млн человек потеряли работу. Уровень безработицы с 1929 по 1933 год вырос от 4 % до 25 %. Кризис перепроизводства породил дефляцию, в ходе которой цены упали на 20 %, делая производство нерентабельным. В особенно тяжелом положении оказались шахтёры, фермеры, строители, металлурги, железнодорожники, работники автомобильной, лесной и деревообрабатывающей промышленности. В несколько лучшем положении оказалась сфера услуг и «белые воротнички». Доходы фермеров упали в 1929 году более чем на 50 %. Из пяти миллионов ипотечных кредитов в городах в 1930–1933 годах 844 тысячи оказались просрочены.
Политические и промышленные лидеры опасались революции и анархии. Находившееся в этот период у власти правительство президента Герберта Гувера, в надежде на постепенный стихийный выход из кризиса, фактически ничего существенного не предпринимало. Между тем социально-политическая обстановка обострялась: следовали один за другим голодные походы, демонстрации, другие формы протеста. Государственная политика в социальном страховании на протяжении десятилетий выражалась формулой «твердого индивидуализма», что означает, что забота о миллионах жертв кризиса является их личным делом или в крайнем случае делом местных властей и частных благотворительных фондов.
В 1931 году, в момент обострения экономического кризиса, Рузвельт создал в своем штате Временную чрезвычайную администрацию по оказанию помощи семьям безработных. Традиция общения с избирателями посредством радио (знаменитые «беседы у камина») также восходит ко временам губернаторства Рузвельта. Рузвельт озвучивал свои идеи. Он объяснял — что собирается делать и как. Он постоянно выступал по радио, он писал статьи. Он говорил, говорил и говорил. И люди поверили: что-то делается, все не так безнадежно, как казалось. Это очень важный момент — добиться веры в момент депрессии. Ведь не зря «Великая Депрессия» была названа именно «депрессией». Депрессия — это момент скорее психологии, чем экономики. И в самом деле, вся страна впала в депрессию. В депрессии находились люди. В экономику, чтобы ее оживить, нужно влить деньги. А людей можно оживить только верой и надеждой. Рузвельт смог дать своей стране и то, и другое.
В ходе избирательной кампании Рузвельт изложил основные идеи социально-экономических преобразований, получившие по рекомендации его советников («мозгового треста») название «нового курса».
Весной 1932 года, выступая по радио в ходе предвыборной кампании, Рузвельт произнес свою знаменитую речь о «Забытом человеке». Он объяснял происхождение экономического бедствия низким уровнем потребления масс (почти точно по Марксу) и перенес внимание на проблемы перераспределения доходов.
Рузвельт стал президентом, победив с большим преимуществом. Гувер должен был проиграть по определению — вся страна мечтала об окончании «Великой Депрессии», а Гувер призывал набраться терпения. Миллионы рабочих, фермеров, представителей городских средних слоев голосовали за партию «нового курса», народ хотел перемен.
В первые сто дней своего президентства (начавшегося в марте 1933 года) Рузвельт осуществил ряд важных реформ. Была восстановлена банковская система. В мае Рузвельт подписал закон о создании Федеральной чрезвычайной администрации помощи голодным и безработным. Был принят Закон о рефинансировании фермерской задолженности, а также Закон о восстановлении сельского хозяйства, который предусматривал государственный контроль за объемом производства сельскохозяйственной продукции. Рузвельт считал наиболее перспективным Закон о восстановлении промышленности, который предусматривал целый комплекс правительственных мер по регулированию промышленности.
Основная масса законов начального периода «нового курса» была принята в чрезвычайной спешке, за первые три месяца пребывания Рузвельта у власти. Это были сто дней, которые помогли американскому капитализму избежать своего Ватерлоо. Самым важным итогом было то, что экономика прошла фазу кризиса, все признаки восстановления были налицо.
Законодательства первых «ста дней» вопреки заявлениям о преобладании в нем чисто экономических задач, призвано было прежде всего создать психологический перелом, внести успокоение, выпустить пар из котла, давление в котором достигло критического предела. Уловив решимость миллионов людей добиваться перемен, Рузвельт делает шаг навстречу их чаяниям, провозглашая знаменем национальной политики курс на реформы, но реформы постепенные, верхушечные, устраняющие только самые вопиющие проявления социального неравенства и сохраняющие в неприкосновенности устои.
Рузвельт избирался президентом четыре раза. Последний раз это было в 1944 году. Вторая мировая война подходила к концу. Рузвельт принимал участие в Ялтинской конференции, на которой он выразил надежду на продолжение послевоенного американо-советского сотрудничества.
По возвращении из Ялты Рузвельт, несмотря на усталость и недомогание, продолжал заниматься государственными делами и готовился к открытию 23 апреля конференции Объединенных Наций в Сан-Франциско, а также 17 июля к открытию Потсдамской конференции. Однако 12 апреля президент скончался от кровоизлияния в мозг.
Франклин Делано Рузвельт принял Америку в период наибольшего спада и привел ее к наивысшему подъему.
Бен-Гурион Давид
1886–1973
Революционный деятель Поалей Цион, создатель государства Израиль.
Давид Бен-Гурион (Давид Йосеф Грин) родился в еврейской семье в городе Плоньске (ныне Польша, тогда Российская империя). Тогда из 7800 жителей Плоньска 4500 были евреями.
Отец Давида, Виктор (Авигдор) Грин соблюдал еврейские традиции, позже стал убеждённым сионистом. Он работал судебным писцом с правом исполнения обязанностей стряпчего. Эта должность позволила ему занять высокое место среди евреев Плоньска. Мать Давида — Шейндл Грин (урождённая Фридман) — умерла, когда мальчику было 10 лет, при очередных родах. Для Давида смерть матери стала большим ударом, он был очень к ней привязан. Новую жену отца Давид игнорировал до самой её смерти.
Дед Давида, Цви Арье Грин, свободно говорил на иврите, по-польски, по-немецки и по-русски, преподавал иврит в еврейской школе и хорошо знал Тору. Он учил ивриту Давида и остальных своих шестерых внуков. И дед, и отец Давида были активными членами «Общества друзей знания и Торы», основанного плоньской интеллигенцией в 1895 году. В пять лет Давид Грин поступил в хедер, традиционную еврейскую начальную школу.
Под влиянием отца Давид проникся идеями сионизма, то есть образования независимого еврейского государства. В 1900 году Давид Грин, вместе со своими друзьями создал молодёжное общество «Эзра», одной из главных целей которого было распространение иврита среди детей еврейской бедноты Плоньска.
В 1903 году он присоединился к сионистскому рабочему движению Поалей Цион (Рабочие Сиона), а в 1906 году отправился в Палестину, находившуюся тогда под владычеством Османской империи.
С первых дней пребывания в стране Давид активно занимался общественной деятельностью. Свою первую статью он подписал «Бен-Гурион» (Молодой лев). Он был избран в центральный комитет партии Поалей Цион, насчитывавшей в еврейских поселениях (ишуве) лишь несколько десятков членов. Партия ставила целью создание еврейского государства в Палестине.
Сначала Давид и его друг устроились на работу на апельсиновую плантацию. В 1907 году Давид Грин ищет «своё место» в Палестине, сменив несколько мест проживания и работы. Он даже захотел перевести сюда из Плоньска свою семью, купить землю и стать поселенцем, однако отошёл от этой идеи, так как хотел жить в полностью еврейской деревне, работать бок о бок с евреями-земледельцами. В селении Саджера Грин нашел «свою» землю обетованную.
В 1908 году Давид Грин достиг призывного возраста в России. В сентябре 1908 года Давид Грин сел на пароход в Яффо и отправился в Россию, чтобы его отцу не пришлось платить 300 рублей за его неявку на призывной пункт. Он успешно добрался до Плоньска, встретился со своей семьёй и явился на призывной пункт, где присягнул на верность русскому царю и вскоре дезертировал из военного лагеря. Он перешел немецкую границу под фальшивыми документами и уже в конце декабря того же года вернулся в Палестину, в Саджеру, которую он в то время считал своим домом.
Саджера в то время была одним из образцовых еврейских поселений, большую часть работ здесь выполняли евреи, однако охрана поселения обеспечивалась черкесами. По желанию жителей деревни, в том числе и Грина, охрана была передана еврейскому населению. Во время Песаха 1909 года Давид Грин стал свидетелем убийства арабами нескольких его товарищей, на его глазах от арабской пули погиб его товарищ, это произвело на него сильное впечатление и повлияло на его взгляды на оборону. После этого случая Грин вступил в военную организацию Ха-Шомер.
