Читаем без скачивания Аномальная зона - Андрей Кивинов

Жена замерла у плиты.

Дверь открыли ногой. Старые знакомые…

– Здорово, патруль зеленый, – Рома махнул ружьем. – Решил нам бизнес обломать?

Панин поднялся навстречу незваным гостям:

– Что вам надо?

Гарик сбросил со стола все, что там было: тарелки, солонку, старый номер журнала «Наука и жизнь» – и водрузил в центр банку с вонючей жидкостью.

– Твоя работа?..

– Банка, – сказал Панин. – И что?

– Следы инопланетян, что в лесу нашли. На вырубке, – грозно сказал Гарик.

– Не сами ж они из банки эту дрянь лили, – хохотнул Рома.

Жена среагировала быстрее Панина:

– А он здесь при чем?

– А больше некому, – приблизился Гарик.

Панин нервно схватил с подоконника молоток:

– А ну, убирайтесь!

Руки его тряслись.

Рома больно ткнул ружьем Панину в грудь.

– Сядь и не прыгай. Гуманоид.

Молоток выпал из рук, шлепнулся на пол. Панин сел.

– Давайте, парни, маленький обыск, – кивнул Гарик. – Может, еще что найдем…

Чертова «Волга» никак не заводилась.

– Неделю назад ездила, – сокрушался Федор Ильич. – В райцентре были, продукты брали…

Василий сидел за рулем и газовал. Тщетно.

Федор Ильич открыл капот и стал беспорядочно дергать за провода аккумулятора.

Данила быстро объяснял суть дела:

– Панин им лес воровать не давал… бизнесменам этим. Ему и денег предлагали, и угрожали. Без толку. А бизнес-то наваристый. Тогда взяли и покалечили мужика. Избили – не дай Бог. Он и уволился. А на его место молодой пришел. С ним-то быстро договорились…

– Так вот кто голову всем морочит! – воскликнул Стрельцов. – Раскрылась тайна… человечков ваших зеленых.

– Думаешь, это Панин разыгрывает? – догадался Семен.

– Конечно! Лес свой защищает! Молоток мужик!

– Вот и бандюки так считают, – кивнул Данила. – Они у него уже, точно!

– Убиться веником, – пробормотал Семен. – Но мы ж корабль их видели?

– Не знаю, чего вы там видели… – протянул Стрельцов.

– Они его убить могут, реально! – чуть не плакал ковбой Данила. – Надо быстрее.

– Чего там? – спросил Стрельцов.

– Не заводится ни фига! Мать ее… – Васька выскочил из салона и в отчаянии выругался.

– Может, пришельцы чего накуролесили? – Федор Ильич разогнулся, развел руками. – Чтобы мы сбежать не смогли….

– Аккумулятор заряжать иногда полезно, – процедил Стрельцов сквозь зубы и обернулся к Даниле. – Ковбой, одолжи мустанга.

– А сможешь? – усомнился Данила.

– Я ж из кубанских казаков, – широко улыбнулся Стрельцов. – Чемпион по родео.

Кровь заиграла в жилах. Настоящее дело…

– Тогда бери.

Осталось метнуться в дом за пистолетом.

И опрокинуть рюмку для куражу. И еще одну.

Готово. Вперед.

– Вы не задерживайтесь тут, – крикнул Стрельцов, взбираясь на крапчатую кобылу. – Заводите давайте. Жду подмоги….

Гарик забрал у Ромы ружье и тут же двинул прикладом по лицу Панину. Из носа и рта старого лесника потекла кровь. Лесник упал на кровать. Гарик знаком приказал жене Панина сесть туда же.

Рома с Эльханом крушили мебель, вываливали вещи из шкафа, посуду с полки. Рома подобрал молоток и метнул в зеркало.

Эльхан поморщился. В Азербайджане разбить зеркало считалось плохой приметой. Хуже, чем у русских – рассыпать соль.

Соль, впрочем, тоже уже рассыпали.

Под кроватью обнаружилась пустая банку с этикеткой «Маринованные огурчики». Близкая родственница первой.

– Во, еще одна, – объявил Рома. – Еще отпираться будешь?

– Их Данила продавал, – воскликнула жена Панина.

– Ага. Гуманоидам, – хохотнул Рома.

– Да всей деревне!

– Молчи, дура! – шикнул Рома.

– Но мне-то это зачем, по-вашему? – прошепелявил Панин. – Сами посудите…

– Ясно, зачем. – Гарик ткнул лесника прикладом в бок. – Чтоб мужики лес не валили. Ты ж у нас правильный. Защитник флоры и фауны.

– Лучше колись быстрее, – посоветовал Рома. – А то увезем в лес и прикопаем. Никто и искать не будет.

– И бабу твою за компанию. На пришельцев спишут, – улыбнулся Гарик. – Прямо по твоему сценарию. Искусство и жизнь, так сказать.

– А хижину спалим к чертовой матери, – пообещал Рома. – Ну, будет разговор?

– Это не я…

Панин говорил с трудом и очень тихо.

– Ну, гляди… – пожал плечами Гарик. – Мы не шутим.

Любимой – хоть и недоказанной – теорией уфолога Печерского была теория его покойного учителя Нечипорука, согласно которой места приземлений инопланетян распределялись по поверхности планеты в виде геометрических узоров.

Скажем, в Южной Америке – в форме пятиконечной звезды. Когда Нечипорук придумал свою теорию – звезде не хватало одного конца: в районе Венесуэлы. Нечипорук рискнул предсказать, что следующая высадка гуманоидов будет там – и что же? Буквально через два года НЛО завис над полем стадиона, где выступал огромный оркестр. Из тарелки протянулся зеленый луч, и на глазах у пятидесяти тысяч (!) человек из оркестра исчез контрабасист!

В Северной Америке подобной фигурой оказалась, по Нечипоруку, звезда шестиконечная. Пять свидетельств уже есть, а следующая высадка, если верить геометрии и теории, должна произойти в Техасе. Ждем-с.

Ну и так далее. На карте Европы, по идее учителя, инопланетяне решили «выстроить» фигуру, соответствующую звездам Большой Медведицы. И вот тут-то теория давала сбой. Печерский и так, и сяк вертел карту – не получалось. Он всегда носил схему с собой, посвящая ее изучению каждую свободную минуту.

Вот и сейчас, испив родниковой воды и присев на ступеньки заколоченного магазина деревни Марс, уфолог достал заветную карту. И тут его осенило. Медведица получалась, если бы единственная высадка на европейской территории России пришлась на город Оренбург. Все точно совпадет: линии, расположение звезд…

Но из этого следовало, что в деревне Марс гуманоиды появиться не могли!

Печерский глубоко задумался. В чем же дело?..

«Лесные братья» рассвирепели не на шутку. Пинками выгнали из дома Панина и жену. Связали им руки найденным под той же кроватью жестким проводом. Рома нашел канистру с керосином и стал обливать горючей жидкостью стены дома. Вряд ли они сами могли бы объяснить в этот момент смысл собственных действий. Накипело.

– Прекрати, ублюдок! – вырывался Панин.

– Тебя, старый козел, предупреждали. – Глаза Ромы горели настоящим садистским огнем. Гарик, впрочем, ему не уступал. Брутальный кавказец Эльхан, отсидевший в юности за зверский разбой, и тот иногда побаивался своих славянских коллег.

Гарик ударил Панина прикладом в живот. Гарик вообще любил бить прикладом. Стрелять не любил и не очень умел, а вот прикладом огреть – за милую душу.

Панин издал глухой гортанный звук и повалился на землю. Гарик потащил его волоком к автомобилю, куда Эльхан уже запихивал жену лесничего. Рома бросил спичку – сухая стена избы занялась, словно порох.

И тут на дороге раздался непонятный гул.

– Гуманоиды! – выкрикнул, разворачиваясь, Эльхан и остолбенел. Это оказались не гуманоиды. То есть Эльхан не был уверен, можно ли называть гуманоидами обычных питерских ментов. Кажется, это слово означает не самих людей, а тех, кто на людей похож, и к землянам его обычно не применяют.

Так или иначе два мента, которых они встретили вчера в лесу, восседали на броне неестественно огромного в лесных декорациях бронетранспортера. Уж насколько был увесист дорофеевский джип, на котором «братья» рассекали по местности, но по сравнению с БТР он казался детской игрушкой.

Сюрреалистичность картины дополнялась тем, что рядом скакал на пятнистом коне толстый человек с пистолетом.

– Ох, мать… – только и смог выговорить Рома. Ноги его словно в землю вросли.

– Уходим! – заорал Гарик, но уходить было некуда.

Рогов, радостно крикнув: «О, грибники!» – стрелял в воздух. Стрельцов бил Гарика головой о капот джипа. Семен подхватывал упавшее ружье. Крапчатая кобыла ржала, а стена… горела.

– Дом, дом тушите!.. – хрипел связанный Панин.

– Ну, быстро! – Стрельцов наставил пистолет на Рому.

Семен, не слишком привычный к боевым действиям, все же отказал себе в удовольствии приложить Гарика прикладом. Как тот и любил.

Эльхана уговаривать долго не пришлось: он первым сорвал куртку и начал сбивать пламя.

Некоторое время милиционеры и бандиты дружно и сообща боролись с огнем. К ним присоединились выпутавшийся из проволоки Панин и сержант – водитель бронетранспортера…

Обнаружив, что в этой местности пришельцев быть не должно, уфолог Печерский взволновался не на шутку.

Еще раз сходил к роднику – чистая вода его бодрила, как других – шотландское виски.