в кинотеатр.
«Пэлэс» кинозал. Вечер.
Зрители досматривали первый фильм про Олдера. Черч и Райт сидели в главной ложе и смотрели фильм на небольшом экране, на который картина проецировалась через проектор. Неожиданно ставни ложи закрылись.
Райт.
— Это что еще такое?
Черч.
— Неполадка, или еще что.
Оба не заметили, что сработал электронный замок, закрывший дверь.
В кинозал ворвался Драммонд, следом за ним рассредоточились спецназовцы.
Драммонд (кричит)
— Все на выход! Кинотеатр заминирован.
Вначале ему никто не поверил, все подумали, что это инсценировка, но стоило Драммонду достать пистолет и выстрелить в потолок, зрители тут же поспешили на выход.
Драммонд (зрителям)
— Живее.
Находясь в звукоизоляционном ложе, Черч и Райт ничего не слышали, и знать не могли о том, что происходит в зале, они пытались открыть дверь.
Черч.
— Что за хрень?!
Райт (убирая телефон в карман)
— Сигнала связи нет.
Черч.
— Его никогда здесь не было.
Драммонд (спецназовцу)
— Всех вывели?
Спецназовец.
— Никого больше нет, а ложа закрыта. Видимо, те, для кого она предназначалась не приехали на сеанс.
Драммонд.
— Осталась минута, уходим.
Они бросились на выход.
Черч и Райт стояли в ложе, и вдруг оба отчетливо услышали тиканье.
Черч определил, откуда идет тиканье. Он заглянул под сиденье и увидел бомбу.
Черч.
— Что это?
Райт.
— Это точно розыгрыш какой-то!
Черч переворачивает бомбу и видит на ней записку. Всего два слова:
ОТ КВЕНТИНА
Не успел Черч и слово сказать, как бомба взорвалась.
Улица. «Пэлэс». Вечер.
Бомба полностью разворотила ложе и большую часть главного кинозала. Изнутри выбило внешние окна. Часть стен также пострадала.
Драммонд.
— Едем в студию!
Студия передачи Хилла. Вечер.
На большом экране на стене под входными для гостей занавесями транслировались события с «Пэлэс».
Хилл (Олдеру)
— Ты проиграл! Полиция успела вывести людей из зала.
Олдер.
— Потому что я об этом сказал. Но главную ложу никто не проверил.
Олдер заулыбался, достав из кармана специальное устройство, которым он запер двери главного ложе находясь на столь большом расстоянии от него.
Хилл.
— Кто там был?
Бердж.
— Черч и Райт!
Олдер лишь сделал жест в полупоклоне. Затем он достал пистолет Драммонда и нацелил его на Берджа.
Полицейская машина. Салон. Вечер.
Драммонд смотрит по телефону прямой эфир передачи Хилла. Он сидит на переднем месте в машине. За рулем сидит спецназовец. За машиной едет грузовик спецназа.
Драммонд (кричит)
— Черт бы его побрал!
События на шоу принимают не самый лучший оборот, особенно после взрыва в «Пэлэс».
Драммонд (спецназовцу)
— Давай быстрее!
Спецназовец.
— Сейчас вечер, все домой возвращаются. Пробки везде.
Студия передачи Хилла. Вечер.
Олдер держит в руке пистолет Драммонда. Пистолет нацелен на Берджа.
Хилл (Олдеру)
— Убери пистолет! Это уже не смешно!
Олдер.
— А я и не смеюсь! Этот человек лишил меня всего, бросил с моего Олимпа, и теперь я тот, кем был всегда! Я Олдер!
И с этими словами Олдер несколько раз выстрелил в Берджа. Пули попали в грудь, голову и живот.
Олдер (двигается на камеру)
— А вот теперь эту программу пришла пора заканчивать!
Он достал еще один детонатор и нажал на кнопку на нем. По всему зданию раздались взрывы.
Улица. Вечер.
Толпа отпрянула назад. В разных частях здания раздались взрывы. Лопнули окна, потрескались стены.
Позади толпы останавливается полицейская машина. Из нее выбегает Драммонд. Он пытается протиснуться в толпу вместе со спецназовцами, но толпа резко настроена против представителей власти, и катализатором следующих событий стал случайный удар спецназовца в область живота женщины. За нее заступились мужчины, за мужчин заступилась толпа, и в очередной раз Драммонд получил по лицу. Кто-то в толпе поджег коктейль Молотова и бросил его в сторону подъезжавших машин полиции.
Раздались выстрелы, но, к счастью, людей из толпы только ранило, но за это полицейским не было прощения. С криками толпа набросилась на полицию и спецназ. Они напирали и отбрасывали не успевших поставить заслон полицейских.
Студия передачи Хилла. Вечер.
Тем временем запаниковавшие зрители передачи бросились на выход. Сам Бенни Хилл успел сбежать еще раньше. Лишь Олдер остался стоять рядом с мертвым телом Берджа.
Рик.
— Квентин!
Рик набросился на Олдера и повалил его до того, как тот успел выстрелить. Рядом стояла Софи, она не знала что делать, полностью побледневшая девушка с ужасом взирала на труп Берджа. Рик колошматил Олдера, но тот лишь смеялся.
Рик (Квентину)
— Что ты натворил, Квентин?! Что ты натворил?!
Даже если бы и хотел, Олдер ничего бы не ответил, Рик молотил его кулаками и полностью разбил ему губы и нос.
Вдруг раздался выстрел, и Рик упал набок. Руками он зажимал рану в боку.
Софи.
— Нет!
Она подбежала к Рику, попыталась ему помочь, но ее за руку схватил Олдер.
Олдер.
— Нам нужно кое-что обсудить!
Софи.
— Мне нечего с тобой обсуждать! Ты не Квентин! Ты психопат!
Олдер.
— Я был создан таким.
Улица. Вечер.
Спецназовцы во главе с Драммондом смогли пробраться в студию.
Студия передачи Хилла. Вечер.
Олдер крепко сжал руку Софи, и насильно повел девушку за собой.
Они вышли на лестницу, ведущую на крышу.
Крыша. Вечер.
Дверь открылась от пинка Олдера.
Он протиснулся на крышу и взмахом руки вытолкнул на нее Софи.
Девушка упала на посыпанный камнем пол.
Софи.
— Я знаю, кто ты! Ты не Олдер! Ты Квентин!
Олдер.
— Я Олдер, и я Квентин. Я все то, что он пытался похоронить и забыть!
Олдер наставил на девушку пистолет и заулыбался во все лицо.
Олдер.
— Твоя жертва будет последней.
Софи от страха закрыла глаза. Не могла она смотреть в дуло пистолета, и тем более не могла смотреть в лицо убийцы, в лицо человека, который ей так дорог.
Она зажмурилась, приготовившись к быстрой боли и пустоте. Она надеялась на быструю боль и пустоту. Надеялась, что не придется мучиться. Надеялась, что Квентин, а теперь Олдер, не станет над ней издеваться.
Вот прошла секунда.
Другая.
Ничего не произошло.
Может, боли не было совсем.
Она открыла глаза и увидела опустившего пистолет Олдера. И только по его глазам поняла, что это был не Олдер. Перед ней, раскаявшись, стоял Квентин. Его глаза заплаканы, стекавшие по щекам слезы смывали грим. Теперь улыбка на его лице стала еще более трагичной. Он представлял собой истинный образец трагедии. В глазах Квентина было раскаяние за все то, что он совершил по неведению.
Софи (срывающимся голосом)
— Квентин?
Он упал перед ней на колени и лишь кивнул.
Софи.
— Где Олдер?
Квентин.
— Я усмирил его. Ненадолго. Мне так жаль.
Софи обняла Квентина.
Софи.
— Это
