продолжила участковая. — Ещё периодически в сторону кабинетов Майло и Моки будут проходить курьерствующие и посещающие. Тебя они особо волновать не должны, просто указывай им дорогу в нужный кабинет, если они замешкаются…
Люси задумалась на момент. Затем тряхнула головой и продолжила.
— Майло будет очень рад, что программа всё‑таки заработает… А мне, получается, надо собирать вещи… Ну, ничего. По сути, у меня походная сумка давно уже готова. Ещё с того момента, как в Прайме утвердили программу обмена. Так что, выдвинуться в сторону Кантина я могу хоть через свет. Ой. Нет. Чуть с задержкой. Сумку придётся пересобрать, с учётом того, что отправлюсь я не в Прайм, как предполагалось. Многие чудесные вещи в Кантине мне не понадобятся… Зато, понадобятся другие, не менее замечательные!
Она весело хлопнула в ладоши.
— Так. Не тушуйся. В основном у тебя будут спрашивать одно и то же. Сейчас практически вся команда бьётся над этими последними странными делами.
— Ух ты… — восхитилась Амелия, на время позабыв про страх. — Прям таки — по‑настоящему очень странными?! И даже служак из ОСД привлекали?
— Да. Привлекали. — подтвердила Люси. — Здесь работал недавно наш друг агентъ Калликс… Он у нас настолько прижился здесь, что, можно считать, что службы порядка Прайма уже давно с нами тесно сотрудничают. А по количеству выпитого с нами кофе Кайл уже давно омилльский храмовый служака наравне с нами. Чему мы рады и чем гордимся. Нам повезло, что прислали именно его, а не кого‑то из заносчивых ОСДшных зануд, контактирующих с местными формами жизни исключительно согласно протоколу.
Секретара состроила глумливую гримаску.
— А где он сам? — поинтересовалась Ами.
— Отправился домой в Прайм. Отдохнуть и изыскать дополнительную информацию. Кажется, они с Майло в некотором ступоре относительно этих дел.
— И, кажется, Финиан не очень‑то рад этому… А что происходит‑то?
Смущённой Ами вновь здесь больше не было. На стуле сидело воплощённое концентрированное любопытство, которым она, в общем‑то, всегда была.
— Если не вдаваться в детали… а их оооочень много. — Люси сделала широкий жест в сторону полок. — Скоро сама обо всём узнаешь. Во всех подробностях. Про то, участилось количество случаев потери памяти и… потери людей целиком. Кто‑то не помнит последний малый период своей жизни, кто‑то — большой. Кто‑то не помнит вообще ничего… У кого‑то пропали воспоминания, а некоторые и вовсе пропали сами. Это… только «крупняк». Но сколько всего не менее примечательного, если не сказать — жутковатого — «помельче»… А у нас было так тихо и спокойно… Я это только теперь понимаю…
Люси огорчённо покачала головой.
— Ужасно. — Амелия содрогнулась. — Но тогда тебе понравится в Кантине. Там жуть как тихо и спокойно сеймомент… Как в болоте со спящими упырями.
Смертельно странные дела уже не казались ей такими увлекательными. Массовые амнезии. Исчезновения. Смерти. Такого… никогда не было на материке. Это было неслыханно. Но… не то чтобы совсем никогда.
Те случаи в её городе. Расследование, которое было закрыто, не будучи завершённым. Не было смертей и исчезновений, а вот амнезии. Амнезии тоже были. Как был и интересовавшийся ими агентъ ОСД. Но это было так давно…
Есть ли связь между этими делами? Наверняка есть. Жаль, что ей не удалось найти хоть какую‑нибудь информацию. Первый раз в жизни она жалела о том, что на самом деле не была секретарой с доступом к архивам.
— И ужасно… любопытно. Мне уже интереснее здесь находиться, по крайней мере. — задумчиво добавила кантинская служака вслух. — И что по этому поводу сказал праймский?
— Что неким «серьёзным людям» в Прайме это показалось… мягко говоря, подозрительным. Дело всематерикового масштаба, не меньше. Что всё это уже больше напоминает серию происшествий, если собрать подобные случаи не только по Омиллу, но и по соседним городам. Другая агента ОСД, его близкая подруга и напарница, наткнулась в Зете на ряд случаев, заставляющих думать о том, что там те странности, что он наблюдал в Кантине и здесь у нас только начинаются. И что самое время пронаблюдать за всем этим, а возможно и пресечь. Да ты сама можешь обо всём прочитать. Здесь есть информация об этом и многом другом.
Люси вновь сделала широкий взмах, охватывающий всю бесконечность стеллажей, воспринимавшуюся именно так на контрасте со скромными габаритами самого помещения.
— Надо же. Не думала, что скажу это, но звучит восхитительно! Вот уж не думала…
— Да. Не стоит пренебрежительно относиться к архиварскому делу. Ты — память целого храмового комплекса. Это сложная задача и почётная должность. К знаниям следует относиться с уважением.
Секретара встала со стола и сделала приглашающий жест.
— А сейчас — объявила она. — Время познакомься с самой интересной стороной функционирования нашего участка и с самыми отчаянными неизлечимыми пропитыми кофеголиками и чемпионами по пожиранию плющиков! Они как раз собираются на традиционную оффку. Идём?
Из неё получилась бы чудесная объявляла на праздниках. Если бы у них на Днях Плодородия Люси выступала с номером или хотя бы, представляла выступающих, может, всё в те дни не выглядело бы так безнадёжно.
Служивые вышли из секретарской каморки и Люси привычным ведьмическим движением опечатала вход.
Как это будет делать сама Ами? Пока не понятно. Скорее всего — никак. Для неведи это — непосильная задача. Ещё одна непосильная задача в череде непосильных задач на новой должности.
— Ами, это Донни… — представила секретара задумавшуюся кантинку служаке, спешившему к кофейному столу. — Ами… будет подменять меня.
Коренастый загорелый омиллец широко улыбнулся.
— Новая конкурентка на восходный кофе и плющики!
— Я думаю… не особо страшная я конкурентка. Сильно обнаглеть не успею. Я здесь — ненадолго. Первое время буду отчаянно стесняться, как сейчас. А потом уже и Люси вернётся.
Из каморки под лестницей выползла заспанная участковая. Она мигнула большими глазами с желтоватыми радужками, пытаясь, попав из темноты на свет, присмотреться к паре стоящих перед ней. Однако ощущения были такими, словно бы глядела эта женщина не на них, а сквозь.
— Лейви! Что‑то ты рано сейсвет! — поприветствовала Люси. — Не спится — в пору спиться? Запах кофе помешал?
Та издала в ответ неопределённый рычащий звук, который можно было по желанию трактовать как согласие, приветствие или ругательство и направилась к кофейному столу вслед за Донни.
— Лейви — ночная дежурная. Или дожорная, как её здесь иногда называют. Тайком, от неё, разумеется. — пояснила Люси. — Весь свет она спит, всю ночь бдит. Бесценный кадр. И мишень для бесконечных шуточек.
— На которые она реагирует этим звуком? — тихо осведомилась Ами.
— Нет. Иногда она ещё реагирует вот так. — Люси, возведя очи долу, с
