Прибежала Катя, размахивала руками и кричала:
— Саша пропала! Пропала Саша! Её нигде нет.
— Может, в туалет ушла? — вылаз с бассейна Толик.
— Нет, там её, я смотрела.
— А где ты сама была, когда пропала Саша? — накидывая халат, поинтересовалась Лена.
— Как раз ходила в туалет.
Толя пошел сразу к охранникам, набирая номер Шурика. Друг пообещал приехать. Ни на горках, ни в бассейнах Саши не оказалось. Два мальчика лет по десять, рассказали, что они видели, как Саша разговаривала с тетенькой и дяденькой, возле цветов.
— Туда у неё мяч укатился, — пояснили они.
На видео охранников видно, как Саша поднимает мяч и разговаривает с мужчиной и женщиной. Как она улыбается, соглашаясь на что-то, и идет по направлению к раздевалкам. По дорожке к раздевалкам пытается повернуть в сторону глубокого бассейна, но женщина, что-то говорить Саше на ухо, и они идут дальше. В раздевалку заходит только женщина, и они выходят уже одетые, мужчина ждет на улице. Дальше они идут в сторону стоянки.
— А там камеры есть? — строгим голосом спросил Толя.
— Есть, там своя охрана, вам туда надо идти, — копируя запись и пересылая на смартфон Толика. — Я позвоню другу, если он на смене, быстрее найдет машину и передаст данные полиции.
28
Когда из аквапарка Толя и Лена направились на стоянку машин, туда же приехал Шурик и еще несколько полицейских. Толя дал посмотреть видео оперуполномоченному и посвященному в этом деле напарнику Шурика. Сами же направились к вагончику охраны и попросили запись видео камер. Там показали, как девочка с женщиной и мужчиной садится в машину, увеличивают номер.
— Опять эта синяя машина, — выругавшись, произнес Толя.
Он посмотрел на Лену, а этот момент, он готов был вернуть весь день назад и не идти никуда, лишь бы она не плакала. От мороза щеки порозовели, в глазах стоял ужас. Она не плакала, не кричала, не металась, а просто стояла. Катя звонила родителем и наводила кипишь дома, Толик обнял Лену и прошептал на ушко:
— Мы найдем твою дочку, нашу дочку.
Лена вздрогнула, уткнулась в плечо Толика и заплакала. Через всхлипы она что-то бормотала, он не слушал, а только гладил по голове и пытался успокоить. Наконец, она стала успокаиваться и посмотрела на него.
— Ты теперь со мной расстанешься?
— С чего это ты так решила? И не подумаю, мы найдем Сашу, накажем похитителей и поедем в отпуск куда-нибудь в горы. Ты любишь горы?
Лена не успела ему ответить, подошли Шурик и напарник и попросили Лену ответить на несколько вопросов. У Толика зазвонил телефон, нажал принять вызов.
— Брат, что у вас там случилось? — услышал он встревоженный голос. — В чем Катя виновата?
Толик услышав эти слова, нашел глазами сестру и выругался. Уже выключая телефон, он шел к Кате. Она стояла возле вагончика охранников, такая расстроенная и заплаканная, только рассказала оперуполномоченному сотруднику полиции из отдела Шурика, как она оставила девочку в детском бассейне и как ушла в туалет.
— Толя прости, я не думала, что так случится, я не знала, что за нами следят и хотят Сашу украсть, — она уткнулась в грудь брату.
— Катя, сестричка! Тебя никто не винит, даже думать об этом не смей! Слышишь! Ты в этой ситуации совсем не виновата.
— А Лена даже не разговаривает со мной, — все еще всхлипывала Катя, вытирая слезы рукавом.
— Единственное, что может сейчас случиться, вы заболеете и попадете в больницу, марш в машину. Я сейчас заведу и печку включу.
Он подвел к машине сестру, потом Лену, усадил их и завел машину. У Лены зазвонил телефон, она машинально ответила.
— Да, я слушаю, — её голос стал бесцветный и безжизненный.
Толик выхватил смартфон и стал слушать, что хотели сказать Лене.
29
Из телефона доносился мужской голос.
«Слушай, ты не ищи! Никогда не найдешь, ты договор подписывала, этот ребенок не твой!»
Толик повторил вслух каждое слово и посмотрел вопросительно на Лену.
— Скажи, о каком договоре они говорят?
— Я же тебе рассказала, на улице перед приездом полиции, — Толя отматывал события, и никакого разговора не помнил.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Тогда повтори, я не понял ни единого слова, если ты и рассказывала.
Лена тяжело вздохнула, потом начала рассказывать.
— Саша не моя дочь, Катя приехала беременная со столицы, жила в центре города и наслаждалась жизнью. Потом родила, а перед тем как ей попасть в аварию, она привезла ко мне Сашу и сказала, чтобы я никому ее не отдавала, — опять по щекам Лены потекли слезы.
— Постой не плачь! Саша — твоя племяшка?
— Ну, да, — она достала платок и стала вытирать слезы.
— Ты это полиции рассказала?
— Да, рассказала.
Толя вышел из машины, оставив Лену на попечении сестры. Сам же поспешил к другу Шурику. У него в голове крутились последние слова: «ребенок не твой», «договор». «Неужели сестра Лены была суррогатной матерью?»
На встречу к Толику шел друг.
— Мы засекли, откуда был звонок. Опергруппа выехала на место, — Толик поделился, о чем он подумал и Шурик сказал. — Уже проверяют эту информацию. Толик не морозь своих девчат и отправляйся домой. Телефон Лены прослушивается, вы нам больше не нужны. Если будут вопросы или новости, позвоню.
— Единственное, что я понял из всей этой ситуации, выкупа просить не будут. Им нужен сам ребенок.
— Так оно и есть, — согласился Шурик. — Все, друг езжайте домой.
Шурик пошел к своей группе, те садились в Уазик. Толик вернулся к своей машине, открыл дверь и сел за руль. Катя рассказывала какую-то давнюю историю из своего детства, где, по словам, сестры Толя, был героем. Он мысленно поблагодарил её, что развлекала Лену и не давала погружаться в грустные мысли. Машина плавно тронулась с места.
— Толя мы куда? — как бы проснулась Лена. — А Саша, как же Саша?
— Леночка, её украли здесь, Александру не привезут сюда, зачем нам сидеть на стоянке. Поедем домой, покушаем, успокоим моих родственников и будем ждать звонка от Шурика.
— Толя, умоляю, давай заедем в храм, я подам записки, попрошу, чтобы молились за дочку, — она всхлипнула.
— Конечно, — он резко развернулся на дороге и направил машину в сторону церкви. — Как же это мне в голову не пришло? Катя, позвони бабушке, пусть она тоже попросит своих помолиться за Александру.
Катя набрала номер бабушки и рассказала просьбу брата, но бабушка — мудрая женщина и давно это сделала. Они подъехали к храму, в котором Толик уже был два раза за последнюю неделю.
Лена вышла и быстрым шагом направилась в церковь. Толик предложил сестре и тоже пошел по тропинке к величественному зданию с золотым куполом и крестом. Лена скрылась за массивными дверями, когда он подошел к металлической с завитушками калитке.
Ему навстречу торопилась цыганская семья, они вышли как раз из церкви. Поравнявшись с Толей, пожилая женщина остановилась, подняла руки к небу и сказала.
— Вай-вай, открыл коробку раньше, чем я тебя попросила. Горе у тебя, но не родное. Ты не отказывайся, помогай, девочка пропала. Вай-вай.
— Добрый вечер, — только и смог выговорить Толя. — Что ж нам делать?
— Трудно будет, хорошо, что ангела отдал ей. Все ваши жизни в руках Господа, не могу ничего сказать, все будет, слезы будут, смерть будет, но все по воле Господа!
Толя оторопел, взял цыганку за руку, пытаясь проглотить комок в горле.
— Сынок, больше ничего не скажу, я Господу поклялась не мешать ему, у него все запланировано, а я могу все испортить. Вам остается только верить и жить каждый день.
Она легко высвободила руку и пошла по тропинке к своей машине, чтобы ехать домой.
30
Толя пошел в храм, переваривая услышанные слова. «Нет, это я не расскажу Лене, все будет хорошо». В храме народ готовился к службе, зажигались лампадки, прихожане ставили свечи, подавали записки, у свечной лавки стояла очередь. Толя прошел по храму, но Лены нигде не нашел. Подошел до женщины, чистящей подсвечник и, спросил, стараясь не привлекать внимание:
