Однако насколько этот план реален? Как вы собираетесь заставить тысячи образованных горожан с их специфическими работами переехать в деревню, обрабатывать землю и ходить в море? План ведь исходит из этого, если я его правильно понимаю.
— Обстоятельства нашей жизни изменились, — говорит Элин. — Либо мы адаптируемся к ним, либо пасуем. Мы сейчас не самодостаточны, нам нужно удвоить производство продовольствия в стране. А это нельзя сделать, программируя компьютерные игры, делая маникюр или публикуя рецензии на книги. Нам нужно возделывать! Пасти скот и ловить рыбу. — Глаза у нее горят, она показывает на слайд на стене. — Мы будем не сельскохозяйственными рабочими, мы станем бондами, которые возделывают землю, разводят скот и выходят в море ловить рыбу, как в старые добрые времена. Так мы всегда жили здесь, на самом краю океана.
Мани сияет, его коллеги на седьмом небе. Они прибавляли к ночи день и высчитывали производство продуктов питания, энергетические возможности и прирост населения для того, чтобы министр смогла дать им зеленый свет, запустить реализацию их плана.
— Как можно решать судьбу целого народа? Могут ли несколько благонамеренных людей сформулировать новый общественный договор, решить, что именно и как производить, расселить людей в сельской местности, отправить банковских служащих и графических дизайнеров в море, а косметологов и композиторов на сенокос? Можем ли мы?
На все вопросы Хьяльти Элин отвечает спокойно и взвешенно.
— Мы делаем то, что нужно. Народ нас поддерживает. Мы работаем на благо народа.
Слово берет планировщик Координационной группы, мужчина средних лет и крепкого телосложения, он рассказывает историю одного восточноевропейского города. Это был старый промышленный центр, который процветал на восточной стороне железного занавеса, но начал угасать после окончания холодной войны. Его историческая часть производила угнетающее впечатление, ее заполонили безликие жилые коробки, возведенные коммунистами на месте взорванных дворцов и церквей. Количество рабочих мест в городе уменьшилось, и многие жители уехали. В конце концов мэр решил, что для спасения города его надо уменьшить. Фактически отстроить заново. К решению задачи они подошли творчески: расселили коробки, выплатив жильцам компенсацию, и взорвали их, посадили на освободившемся месте деревья и кусты, а среди них разбили площадь и проложили улицы, превратив тем самым то, что осталось от города, в дивный зеленый оазис.
— В этом как раз заключается и наша задача, — вторит ему Элин. — Уменьшить столицу, использовать ее энергию, перенаправив в регионы. Построить биофильное, самодостаточное общество. Нам нужно только найти правильные понятия.
Она кивает Мани, который меняет флешку, ищет новый документ и выводит его на экран.
ОТЧЕТ
Координационной группы правительства Исландии об усилении самодостаточности исландского народного хозяйства (далее — Координационная группа), об опыте планового хозяйства (далее — самодостаточное народное хозяйство) и социальной инженерии (далее — управление преобразованиями) в свете истории.
КОНФИДЕНЦИАЛЬНО
Координационная группа по усилению самодостаточности исландского народного хозяйства при правительстве Исландии
Попытки Координационной группы выяснить обстоятельства, которые привели к разрыву связи, не дали никаких результатов. Все еще нельзя исключать, что он произошел по причине технической неисправности и в других странах продолжается обычная жизнь, но по какой-то причине они не могут с нами связаться. Однако по мере того, как проходит время, это объяснение становится все менее вероятным.
Измерения радиации и химический анализ морской воды не показали повышения уровня радиоактивного загрязнения, хотя это не исключает события, связанного с атомной энергией, экологической катастрофы или террористического акта. Исследовательские экспедиции, направленные Морской пограничной службой и Институтом морских исследований в соседние страны, не вернулись, нет никаких новостей от тех, кто решил испытать удачу и покинуть страну морским или воздушным путем.
— Мы приостановили эксплуатацию оставшихся самолетов и кораблей в целях обеспечения безопасности и экономии топлива, — вставляет Элин в сообщение Мани. — Координационная группа сосредоточила основное внимание на развитии национального сегмента, в настоящий момент это более важная задача, чем выяснение причин разрыва связи.
Мани продолжает.
В этих обстоятельствах принимаемые государством меры имеют решающее значение для жизни и безопасности людей. Для достижения наилучшего результата необходимо, чтобы все наши решения были подкреплены новейшим техническим оборудованием и самой надежной статистикой. Управление преобразованиями — это научная система, которая используется для управления природными и человеческими ресурсами с целью обретения обществом свободы, благосостояния и счастья.
Хьяльти поднимает руку, Мани делает паузу и вопросительно улыбается.
— Вы говорите об управлении преобразованиями, но в действительности речь идет о социальной инженерии. Такую же использовали Сталин и Гитлер, ведь так?
— Нет. Не волнуйтесь, я как раз к этому подхожу. Диктаторские режимы в значительной степени дискредитировали понятие «социальная инженерия». Поэтому мы предпочитаем более гибкое и современное понятие «управление преобразованиями». Чтобы управлять преобразованиями, власти могут использовать разные рычаги, в частности принятие законов, регулирование экономики, налогообложение, администрирование.
Мани делает перерыв в показе слайдов и приводит пример. Когда руководители красных кхмеров задумали провести реформы, они обратились к самому Мао Цзэдуну, тогда уже лежавшему на смертном одре. Он посоветовал им учесть ошибки Большого скачка, который довел страну до голода и стоил жизни миллионам китайцев, и отказаться от политики слишком быстрых изменений. Кхмеры к Мао не прислушались и, вернувшись в Камбоджу, опустошили города. Все должны были возделывать землю, рыть оросительные каналы и вносить вклад в самодостаточное развитие и процветание общества. Последствия хорошо известны: миллионы мужчин, женщин и детей, которых согнали на каторжные работы, были замучены, казнены, умерли от голода или болезней. Эта необдуманная попытка управления экономикой получила название камбоджийского геноцида.
— Не уверена, что нам нужно такое сравнение, — холодно заметила Элин. — Все разговоры о плановом и рыночном хозяйстве, о коммунизме и капитализме в наших обстоятельствах бессмысленны. У нас два выбора: либо пустить все на самотек, обрекая людей на голод и варварство, либо изменить общество, адаптировав его к новым условиям. Мы должны верить в то, что это возможно, и ссылаться на опыт красных кхмеров в данном случае вряд ли стоит. Разве я не права?
— А мы не собираемся этого делать, — смиренно отвечает ей Мани. — Просто нам нужно хорошо представлять себе, что именно мы обсуждаем. Чтобы извлечь уроки из истории и не повторить ошибок прошлого.
Он передает слово историку Координационной группы, элегантной женщине средних лет. Она говорит без бумажки, но так складно, будто читает по книге.
В тысяча сто семьдесят седьмом году до Рождества Христова в мире произошел крах цивилизации. Великие царства бронзового века — от Месопотамии до Греции — исчезли. Многие города, в которых прежде кипела жизнь, процветали торговля и культура, были сожжены дотла или засыпаны песком. Жители, еще недавно носившие
