– А тебе что, больше всех надо?
– Не ёрничай, клан странников обеспокоен, мне поручено разобраться.
– Ну, если клан обеспокоен, тогда понятно! Взроем землю зоны сопаткой, но добудем правду-матку! О, слушай – стишок получился! Я прям поет!
– Поэт хренов, угомонись! Правду надо искать вне зоны, поэтому мы пойдем наружу.
– Мы? Я что, тоже пойду?
– Конечно, вот документы – ты, аспирант, эколог, Стрельцов Мстислав Степанович. Я при тебе военный сталкер – сопровождающий.
– Гурон, ах простите, Незнам Незнамович Гуронов, кокой из меня аспирант – у меня же десять классов образования, детдомовских.
– Да по экологии зоны ты теперь любого профессора заткнешь за пояс. А насчет «легенды» не беспокойся – вот возьми. Тут всё, фотографии и имена сокурсников, преподавателей и прочее. Заучи всё на память, это на случай допросов.
– А что, будут и допросы?
– Не думаю, но надо быть готовым.
– Вот же, предупреждал меня бармен, мол, не связывайся с Гуроном – опасный человек! И Матис, говорил то же самое, а я, дурак, не послушал!
– Ты разговаривал с Призраком, где, когда? – Гурон с удивлением уставился на меня.
– Каким призраком? С самим Матисом я разговаривал! Живой он! Погорел он, правда, в последний раз изрядно. Хоть и голый, но живой и весёлый. Во всяком случае, был таким на прошлой неделе возле Затона.
– Знаешь, что давай присядем, и ты мне подробно опишешь свою встречу с Матисом.
Я пересказал Гурону всё во всех красках и деталях. Рассказал и про шрам в виде птичьей лапы на щеке.
– Так вот, Матис и Призрак один и тот же, если можно так выразиться, «человек».
– Постой, постой! Я слышал, что Призрак погиб.
– Точно, а я сам видел в первый раз труп Матиса, три года тому назад. Понимаешь?
– Ни черта я не понимаю. Тот человек, с которым я разговаривал не Матис?
– Матис, и он же Призрак, но он не человек!
– То есть как?!
– А вот так, его убивают, а он возрождается! Призрак – ещё одна головная боль странников. Призрак не признает правил зоны, ходит, где хочет. Он может раз за разом прощупывать защитные периметры. Погибает, конечно, но, в конце концов, находит бреши. Он может пройти там, где обычные люди не ходят, по участкам с химическим или радиационным заражением. Я видел его рисунки внутри саркофага. Там в одном месте такая радиация, что в скафандре высшей защиты надо пробегать галопом. Представляешь, а он там стоял и рисовал.
– А как он воскресает?
– Погибает он как обычный человек, от пули, ножа или радиации. Через некоторое время его труп самовозгорается и выгорает без остатка. Это нам доподлинно известно. А вот как он воскресает и где, никто не знает. Только вот после воскрешения он помнит всё, что с ним было плоть до момента смерти.
– Страсти господни, он, что Иисус Христос зоны? А может быть – Дункан Маклауд, или птица Феникс?
– Нет, тут всё иначе. Птица феникс воскресала из пепла там, где сгорала. Иисус воскрес только один раз. А Маклауд вообще ни разу не умирал.
– И что с ним нельзя бороться?
– Зачем бороться, мы хотим с ним договориться, но он не идет на контакты! Бороться с ним конечно можно, он фонит за версту – его ловят детекторы артефактов. Он сам – самый большой артефакт зоны. Но борьба утомляет, нам надоело его убивать! Я удивлен тем, что он пошел на контакт с тобой, то есть с человеком!
– Гурон, а ты сам, его убивал? – Гурон горестно кивнул.
– То-то, он считает тебя очень опасным человеком! Так и сказал – бандит твой Гурон!
– Ладно, черт с ним. Сейчас не до него. Давай займемся военными и их секретными лабораториями.
4. В не зоны
Вне зоны мне не то чтобы не понравилось, просто чувствовал я себя не уютно. Кафешки, нарядные барышни и кока-кола, это конечно приятно. Но без оружия я чувствовал себя голым и беззащитным. Пять лет проведенные в зоне, давали о себе знать. Гурон запретил мне брать с собой даже нож. Грудь мне отогревала только металлическая ложка за пазухой – вспомнив старые уроки Гурона, я отточил ручку ложки на бруске, что нашел на кухне. Когда опустились сумерки, мне стало совсем плохо – я должен забиться на ночь в какую-нибудь нору. Я вернулся в квартиру, в которой мы остановились с Гуроном. Только заперев дверь, почувствовал себя лучше – на кухне отличный набор ножей.
Гурон вернулся после полуночи. Лицо у него было хмурое, напряженное. Я решил не соваться к нему с расспросами. Я просто прошел на кухню и приготовил для Гурона яичницу и кофе. После ужина Гурон сам всё рассказал.
– Понимаешь, Стрелок, среди военных есть так называемые «Ястребы», они одержимы манией супер оружия. Они запустили секретный проект по разработке «пси-излучателя», который бы позволил осуществлять контроль над разумом. Опыты над животными их не устраивают, им нужны опыты над людьми, возможно над заключенными. Зона им показалась идеальным местом для этих опытов. Поэтому в зоне были созданы несколько секретных лабораторий. Пока дела у военных в лабораториях идут неважно – контроль над разумом получить не удается. Люди под воздействием «пси-излучения», либо погибают, либо теряют рассудок, становятся безмозглыми зомби. Вот такие дела, Стрелок.
– И что, ничего нельзя сделать с «Ястребами»?
– С сами «Ястребами» – нет. У них слишком высокие покровители.
– Но ведь зона наша. Может быть, можно что-нибудь сделать с лабораториями?
– Да, зона пока наша, пока они не завершат свой проект. Мы должны найти и уничтожить эти лаборатории. Мне удалось узнать только об одной лаборатории – Х18. Она находится, где то в Темной долине.
– Не может быть, Темная долина сотни раз исхожена, там не может быть лабораторий!
– Скорей всего она там всё же есть, источник информации очень надежен. Ничего, если она там есть, то мы ей найдем. Но хватит о грустном, теперь о тебе. Аспирант Стрельцов М.С., вы получили гранд от одной иностранной неправительственной организации на изучение экологии зоны. Вы также получили разрешение на посещение зоны. Теперь вы сможете официально входить и выходить из зоны. Кстати, эта квартира принадлежит то же вам. Коммунальные услуги оплачены до конца года.
– Грант липовый?
– Ну что ты, грант самый настоящий! Организация, которая его выдала – подставная. Она была создана именно для таких нужд.
– Гурон, это же большущие деньги!
– Клан странников не из бедных.
– Это что, приглашение в клан?
– Нет, клану нужен человек не связанный уставом клана.
– Это что, вербовка в вольнонаемные, я должен, что-то подписать?
– Нет, достаточно твоего устного согласия. Никто из членов клана не будет о тебе знать, пока я жив. Ты будешь иметь дело только со мной.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
