неё.
— Здрасьте. Вы Надю видели?
— Мордасти. Видела, — глубоко затягиваясь сигаретным дымом, сказала женщина.
— А где она?
— Я её в принципе видела, — спокойно отреагировала женщина.
— Всё шутите? — поморщился мужчина.
— Я шучу редко. Работа у меня такая, что публика не особо расположена к юмору. А вы, молодой человек, потрудитесь вопросы ставить правильно, чтобы получать нужные ответы, — Нинель повернула голову к Латунину. — Кстати, я кое-что нашла. Пошли в кабинет, я подробно расскажу, — она встала и глянула на мнущегося рядом жениха. — Надя ещё на работе. Здесь не дом свиданий, так что всего доброго.
— Да она трубку не брала, я хотел сказать, что в командировку поехал и ключи от квартиры принёс. Передадите? — он вынул из кармана связку.
— Конечно. Я же за этим сюда вытащилась в разгар рабочего дня, — поджав губы, Нинель протянула руку за ключами.
Не попрощавшись, молодой человек развернулся и бодро поскакал в сторону своего автомобиля.
— Не, Рома, он тебе не соперник, — цыкнула Нинель, провожая взглядом нервно бегущего жениха Нади.
— Очень бы хотелось на это надеяться, — Латунин глянул на Нинель. — А Надю видеть всем нельзя или только ему?
— Работникам следственного комитета допуск в морг и общение с сотрудниками не запрещён, — смотря прямо перед собой, сказала Нинель. — Погоди, Рома, я чувствую, что я ещё хочу здесь посидеть на воздухе. Так что слушай. Мне пришли некоторые анализы тел из склепа, я пока не могу объяснить, как такое получилось, но у них у всех очень похожие результаты исследования почек.
— Интересное кино. А с чем это может быть связано?
— Рома, ты жопой слушаешь или ушами? — в сердцах воскликнула женщина. — Пока не знаю, точнее, я догадываюсь, но не уверена.
У Латунина зазвонил телефон, он быстро откликнулся, несколько секунд молча слушал собеседника, потом сунул трубку в карман и вручил Нинель Павловне цветы:
— Передайте Наде, пожалуйста, мне бежать нужно.
Заведующая моргом сидела на скамье в полном недоумении, в одной руке она держала ключи, а в другой — цветы и сигарету:
— Может мне ещё и жениться на ней вместо вас, ребята? — со вздохом спросила она вслух, провожая взглядом бегущего по дороге Латунина.
* * *
В утреннюю тишину кабинета ворвался Погорелов, помахал Визгликову и, опрокинув стакан воды, задыхаясь проговорил.
— Стас, где твой телефон? Там машину дэпсы срисовали. Ну, которая второй на семье числится.
— Телефон, — Визгликов полез в карман и удивлённо воззрился на экран, — сдох, по-моему. Заряжал с ночи. Короче, говори.
— Час назад был отклик по ориентировке. Поехали, — Погорелов развернулся в дверном проёме, — Стас, быстрее, Латунин уже внизу. Опера районные сторожат машину, она во дворе стоит.
— Так, может, она там припаркована давно.
— С хрена ли? Её вчера вечером оставили двое взрослых и ребёнок. Соседей аккуратно допросили.
— А у вас мозгов не хватило дежурному позвонить, а не за мной сюда переться? — крикнул Визгликов.
— Мы мимо ехали, — буркнул Погорелов, скатываясь с лестницы.
Визгликов выскочил наружу, краем глаза увидел удивлённое лицо идущей Лисицыной.
— Аня Михайловна, есть совпадение по машине. На связи. Звони операм, мой сдох.
Лисицына остановилась на пороге, проводила отъезжающую машину и покачала головой.
— Если утро начинается так бодро, то что же будет дальше?
— Доброе утро, — к Лисицыной подошла Глаша. — Что случилось?
— Какое оно, к ляду, доброе? — выдохнула Анна Михайловна. — Один балаган кругом. Пошли кофе попьём, и нужно структурировать дела, — Лисицына открыла дверь. — Глаша, завтра к Соболеву съезди, пожалуйста, я с ним вчера вечером встречалась. Мне нужно, чтобы он дал тебе все свои материалы по моему давнему делу.
— Меня этот ваш Соболев пугает, — сказала Глафира, поднимаясь по лестнице за Анной Михайловной.
— Нам не всегда удаётся работать с теми, кто симпатичен, — резко ответила Лисицына.
Женщины молча вошли в кабинет. Глаша налила из бутылки воду в чайник, включила его и повернулась в Лисицыной.
— Я же не о том, Анна Михайловна, — отозвалась Глаша. — Я когда с Ильёй там сидела, — тихо добавила девушка, — я словно в вакууме была. А потом меня как накрыло, что даже когда закончится это дело и мы найдём, — она вздохнула и задумалась, — этого больного человека, то я всё равно не уйду. Кому я теперь нужна со сломанной душой? — тихо обронила девушка.
— Знаешь, Глаша, — Лисицына задумчиво на неё посмотрела, — мне в такой ситуации очень помог Владимир Иванович. Он товарищ очень своеобразный, но умеет правильно выстроить вертикаль в твоей голове. Наша работа очень важна, но жизнь тоже должна оставаться, иначе от тебя ничего не останется.
* * *
Утренний Петербург летел за окнами автомобиля пока ещё пустыми улицами, блестел Малой Невкой, играющей мелкими волнами, утопал в зелёных островках парков. Вскоре дорога привела машину, в которой ехали Визгликов и оперативники, в спокойные оазисы спальных районов, где как раз сейчас зарождалась суета Северной столицы. Энергичные граждане мелькали по дворам, толпами шли к метро, вели детей в садик, а собак на прогулку. Именно сейчас здесь легко было затеряться среди снующих во все стороны людей. Визгликов вышел чуть раньше из машины и вошёл в нужный двор через арку, Погорелов обошёл дом с другой стороны, а Латунин припарковался за несколько метров от нужной машины, открыл окно, развалился на сиденье и сделал вид, что кого-то ждёт.
— Ну что у вас? — спросил Погорелов у одного из местных оперативников, который откликнулся на просьбу помочь и занял позицию, чтобы не пропустить Веселову и её подельников.
— К машине никто не подходил, — сказал молодой человек. — Свезло, потому что я сам собачник, вечером пошёл Дрея выводить и наткнулся на знакомых. Чё-то разговорились, и тётки мне сказали, что они пошли в ту сторону за пустырь.
— А там что?
— Ну как везде, — пожал плечами оперативник, — дома стоят. Ну ещё промка есть.
— Понятно. Ладно, пока что здесь ждём, хотя они могут и не вернуться, — вздохнул Погорелов.
— Я своим ханурикам инфу закинул. Они, если кто чужой появится, сразу же мне сигналить начнут.
День медленно разгорался, дворы пустели, на площадках стали появляться мамаши с карапузами, но к автомобилю так никто и не пришёл. Визгликов, уставший слоняться без дела, подошёл к Латунину.
— Гиблое дело, не придут, скорее всего. Да и мы здесь уже глаза намозолили. Было б время, можно было бы хоть с кем-то из квартир договориться.
— Ну, давайте я ещё посижу, а вы по делам, — проговорил Латунин.
В этот момент к машине быстрым шагом подошёл Погорелов.
— Мужики, есть информация. Сейчас в промзоне на одной из автомобильных стоянок замечено, что в гостях у охранника одна
