на неделе, да и физподготовка два раза на дню. Но я постаралась: в аудитории садилась как можно дальше от проходов, так чтоб он не смог пройти мимо меня или встать за моей спиной, на физподготовке приходила перед самым началось, вставала в конец линии, и бегала, бегала и бегала. Если он нас отправлял на турникеты, я старалась держаться ближе к Анхелине или к Крису. Если видела, что он хочет подойти, то опять же обращалась к друзьям. И тогда он останавливался и уходил в другую сторону.
Декан Де Салх на каждом уроке смотрел на меня и улыбался. Мне было, конечно, не по себе, но старалась внимания не обращать. Кстати, практика по боевой подготовке отвлекала меня очень хорошо. Я не показывала того, что умею на самом деле и тренировалась на сабле. А так же пускала в ход только силу Воздуха, объясняя тем, что стихию Земли использую только, чтоб подпитаться энергией. Декан улыбался и говорил что-то вроде «ну ну», но был доволен и тем, что я демонстрировала.
С русалкой и вампиром мы подружились и тренировались всегда втроем. Крист нам поддавался, но после того как мы его отшлепали саблей и водяной плеткой (это Анхелина ему от души понадавала) по пятой точке, то в общагу вернулись с подпаленными волосами и одеждой. Мне, кажется, наш декан смеялся над нами, больше чем все остальные. Еще бы…. От зала боевой подготовки к женской общаге шли две девушки, у которых были подпалены волосы почти по лопатки, если учесть, что до этого мы могли похвастаться обе копной волос почти по колено. А еще на одежде были прожженные дырки, и от нас… шел дым. В прямом смысле. На полпути Лина предложила облить нас водой, я посмеялась, а она приняла это за согласие, и на нас обрушился водопад ледяной воды. Видимо русалка, тоже не рассчитала температуру своей стихии. И вот, стоим мы дырявые и мокрые, зато хоть не дымимся, хотя когда Анхелина нас поливала, слышался характерный звук шипения, которым сопровождается обычно соприкосновение огня и воды.
В этот момент на встречу выходит ректор, а все смеются на заднем плане и сильнее всех наш декан-зараза. Лорд Де Карс обвел нас обоих взглядом, задерживая его на мне, в принципе за эту неделю я часто ловила на себе эти взгляды. Посмотрел куда то нам за спину, смех резко прекратился, послышался кашель, а потом возглас: «Дай, ты издеваешься? Опять что ли?». Мы с русалкой развернулись и посмотрели, чему так возмущается наш декан. Теперь смеялись мы вдвоем и ректор. Лорд Де Салх отплевывался от перьев, вокруг него была уже кучка, сей прекрасного атрибута пернатых, но и этого оказалось мало. За его спиной, что то мелькало разноцветное, поняли мы это только тогда, когда он сам заметил лишнюю часть на своем теле. Тогда он начал крутиться вокруг своей оси, и всем был предоставлен петушиный хвост.
— Дай, прекрати немедленно. Это не смешно. — Возмущался декан по боевой подготовке.
— Да? А ты смеялся, — невозмутимо отвечал ректор. Представление длилось минут пять, а после всех отправили по комнатам. Ректор обратил внимание на нас. Открыв портал, он сказал, что он направлен на наш этаж (с русалкой мы вместе на третьем проживали) и прежде, чем он успел, что то еще добавить, я первая шагнула в портал.
Вечером этого же дня, на ужине мы демонстративно пересели за другой столик от вампира. Тот надул губы и косился в нашу сторону до тех пор, пока мы не покинули столовую. Уже сидя в моей комнате, с Анхелиной, и делая у меня домашнее задание, так как моя комната была больше, да и наличие мини кухни очень помогало, в окно послышался стук. На балкончике стоял Крист с двумя букетиками и тортом в зубах. И так грустно-грустно смотрел на нас. Мучить мы его не стали, русалка пошла, открывать ему дверь балкона, а я ставить чайник.
Просидели мы тогда часов пять, разговаривая обо всем на свете. Крист нас все время смешил. Потом пообещал на выходные сходить с нами по магазинам и оплатить все наши покупки. А еще мы договорились, наконец, сходить отметить наше поступление и начало учебы. Всем этим мы решили заняться наследующий день в субботу, сразу после лекций.
Утром еле-еле глаза открыла, друзья ушли только в три ночи. Естественно, я проспала. Вылетая в семь часов (а именно в это время начинается физподготовка) из комнаты, я столкнулась с русалкой, и мы обе почти кубарем скатились с лестницы. Поднялись и рванули дальше. Наши уже нарезали круги, а ректор занимался на турникетах, опять полуголый, зараза. Так вот, мы решили присоединиться к бегущим, пока ректор не видит. Все это нам удалось. Пробежав круг, мы с русалкой расслабились и улыбнулись, как тут же услышали:
— Адептки Холомская и Сандос. Ко мне, живо! — он сегодня не в духе, похоже.
С обреченными минами мы двинулись в его сторону, а он смотрит на нас и хмуриться. Блин, попадет точно.
— А теперь объясните мне, почему вы опоздали и решили, что я, настолько тупоголовый, что не замечу отсутствие двух адепток? Я внимательно слушаю вас, леди! — почему он так злиться? Опоздали то на две минуты.
— Лорд ректор, это я виновата. Выходила их комнаты и не заметила Анхелины и, врезалась в нее, зацепилась за ее шорты и порвала их. Пришлось ей переодеваться, я решила подождать ее, так как это моя вина, вот и опоздали. — Вранье давалось, как не странно, легко. Я даже смогла смотреть ему в глаза во время своего монолога. Ректор тоже не отрывал от меня своего взгляда, только я до сих пор не могу понять, почему он злой. А с каждым моим словом, его злость ощущалась все сильнее и сильнее.
— Говоришь, ты виновата? Хорошо, адептка Холомская, свободны. Продолжайте занятие. А вы адептка Сандос, задержитесь. — На этих словах русалка повернулась ко мне и хотела, что то сказать. Но я сжала ее руку и помотала головой. Та, поджала губы, но спорить не стала и пошла к остальным. Я же опустила голову вниз и осталась стоять перед ректором. Злым ректором.
— Амали, кто тебя учил врать? — злым голосом спросил ректор. Я промолчала. Потому что, находясь с ним наедине, врать, не хотелось. Позабытое тепло вернулось с новой силой. И только сейчас я поняла, как соскучилась по нему. И пусть мы почти каждый день виделись, но к его «Амали», я успела
