стараясь контролировать ситуацию.
Каждый раз, когда лодка возвращалась к берегу, Захар облегченно выдыхал, тут же вновь напрягаясь, как только Степан вновь рвался обратно, забывая об усталости.
Когда последнего рыбака благополучно доставили на берег, Захар почувствовал, как сердце наконец отпустило. Он подошел к Степану, который тяжело дышал, глядя в сторону спасенных людей.
— Ты молодец, Степ. Только побереги себя немного, ладно? — Захар положил руку ему на плечо, чувствуя, как под ней дрожат мышцы товарища.
Степан кивнул, глядя в глаза командиру. В его взгляде была благодарность, смешанная с неуверенностью и болью, которую он всё ещё не мог отпустить.
— Постараюсь, Захар, — тихо ответил он, чуть заметно улыбнувшись.
Захар понимал, что впереди ещё долгий путь, но сейчас он просто был рад видеть друга живым физически и морально.
Глава 14
Захар стоял возле машины, задумчиво разглядывая рабочие записи в блокноте, когда Клим подошел, слегка нерешительно переступая с ноги на ногу.
— Командир, можно тебя на минутку?
Захар поднял взгляд, легко улыбнувшись:
— Конечно, что-то срочное?
Клим потер ладонью шею, явно смущаясь:
— Ну, понимаешь, девчонкам кроссовки надо купить. Вымахали уже, обувь на сезон еле хватает. Мне бы занять до калыма, в выходной подработаю мужем на час, верну сразу.
Захар мягко усмехнулся и похлопал его по плечу:
— Без проблем, Клим, дам сколько нужно, потом разберемся. Не тороплю.
— Спасибо, — облегченно выдохнул Клим, и вдруг его лицо снова стало серьёзным. Он глянул в сторону, будто вспомнил что-то важное. — Слушай, тут ещё кое-что....
— Что случилось? — Захар насторожился.
Клим вздохнул глубоко и чуть понизил голос:
— Степа, как вернулся совсем с катушек слетает. Он становится неуправляемым, рискует постоянно, — Клим не считал себя стукачом, искренне переживал за товарища. — Степан никогда не был безбашенным, всегда четко знал инструкции и технику безопасности. А сейчас.… — он сокрушенно покачал головой. — Это реально опасно, Захар.
Захар медленно кивнул, тяжело вздыхая:
— Я вижу. Но что ты предлагаешь?
— Может психолога попробовать? — Клим посмотрел прямо в глаза командиру. — Пока не поздно.
Захар усмехнулся, но без веселья:
— Как будто он пойдет. Кураж поймал.
Клим жестко сжал губы, глядя куда-то вдаль:
— Тогда он просто убьется. Это не шутки, командир. Сам знаешь.
Наступила тишина. Захар отвел взгляд, задумчиво кивнув:
— Знаю, Клим, знаю.... Я попробую поговорить.…
В спортивном зале царил шум: звучали удары перчаток, глухие вздохи и сдержанный смех. Ян и Майя, полностью сосредоточенные на спарринге, двигались легко и уверенно, обмениваясь быстрыми выпадами и уклонениями. Степан молча работал со штангой в другом углу, сосредоточенно глядя перед собой, мышцы напряжены, взгляд твердый.
Захар тихо вошел в зал, кивнул Яну и Майе, и направился прямиком к Степану, остановившись рядом с ним.
— Степа, разговор есть, — спокойно сказал он, стараясь выглядеть непринужденно.
Степан осторожно опустил штангу на стойку и выпрямился, внимательно глядя на командира:
— Я слушаю.
— Ты перегибаешь. Я понимаю, ты хочешь спасти всех, но…. — Захар выдержал короткую паузу, — Сейчас твоя работа граничит с безрассудством. Может, тебе стоит поговорить с психологом?
Лицо Степана мгновенно напряглось, взгляд стал жестче:
— Со мной всё нормально, Захар. Я себя впервые за долгое время живым почувствовал, не надо мне никаких психологов.
— Степа, это не признак слабости, — мягко возразил Захар. — Это помощь, и она никому не помешает.
Степан решительно покачал головой:
— Я справляюсь, командир. Все под контролем.
Захар тяжело вздохнул, поняв, что настаивать бесполезно:
— Я не могу тебя заставить. Повода пока нет. Но он может появиться, понимаешь? Я за тебя беспокоюсь.
Степан внимательно посмотрел на Захара. Он прекрасно понимал, о чём речь. Но не чувствовал в себе каких-то тревожных изменений. Наоборот, сил прибавилось и энергии хватило бы на целый отряд.
— Хорошо, Захар. Если почувствую, что что-то пошло не так, обещаю, сам обращусь к специалисту.
Захар облегченно кивнул, слегка улыбнувшись:
— Вот и договорились.
Он похлопал Степана по плечу и отошел в сторону, давая другу время подумать.
Сигнал тревоги резко прозвенел по всей базе, мгновенно мобилизуя спасателей. Команда быстро собиралась, натягивая форму и проверяя снаряжение.
— Что случилось? — спросил Ян, застегивая молнию на куртке.
— Пожар, горит жилой дом в области. Старая деревянная постройка. Пожарные уже на месте, но им нужна наша помощь. Могут быть люди внутри, — четко доложил Захар, пристегивая ремень на костюме.
Команда быстро загрузилась в машину и помчалась на вызов.
Прибыв на место, спасатели увидели пылающий ад. Пожарные уже развернули рукава, но слабый поток воды лишь раздражал яростный огонь, который, казалось, становился сильнее каждую секунду. Пламя гудело, вырываясь через окна и двери, угрожая обрушить крышу двухэтажного дома.
К Захару подбежала испуганная соседка, судорожно хватаясь за его рукав:
— Там пара алкашей жила, и девушка беременная! Она недавно появилась, мы про нее не сразу вспомнили! — женщина задыхалась от волнения.
Степан замер, чувствуя, как в груди оборвалось что-то важное. Он резко обернулся к дому, словно видя перед собой не просто пламя, а собственные кошмары, вернувшиеся из прошлого.
— Помогите! Кто-нибудь! — пронзительный женский крик разорвал тишину, усиливая ужас происходящего.
Степан автоматически сделал шаг вперед, глаза его расширились, дыхание участилось.
В этот момент с громким треском рухнула часть крыши, пламя выстрелило вверх, осыпая все вокруг искрами и углями. Один из пожарных громко закричал:
— Температура слишком высокая! Туда нельзя, никто не выживет!
Степан сжал кулаки, в его голове проносились воспоминания, крики, страх. Он чувствовал, как прошлое сжимает его сердце, требуя действия.
— Степа, стой! — закричал Захар, схватив друга за плечо. — Это самоубийство!
Степан посмотрел в глаза Захару, в его взгляде были одновременно боль и непреклонная решимость. Но девушка умоляла о помощи, он слышал ее крик и уже не мог остановиться. В какой-то момент ее жизнь стала важнее его собственной. Если был хоть один шанс вытащить девушку живой, он готов был идти до конца.
— Прости, командир, — голос не дрожал, а звучал твердо. — Я должен.
Не слушая больше никого, он надел маску и амуницию и бросился к дому, ныряя в густой дым и безжалостное пламя.
Глава 15
Пламя гудело, как сотня голосов, кричащих одновременно. Жар обжигал лицо даже сквозь
