– Ваша честь, мы требуем заключения обвиняемой под стражу, – проговорила Майра Манделл. – Мисс Макколл убила человека четырьмя выстрелами в упор.
– Это еще надо доказать, – возразил Бен.
– Обвиняемая совершила убийство, – повторила Майра, поправляя очки, – убийство, связанное с контрабандой и распространением наркотиков. Ваша честь, процент граждан, употребляющих наркотики, в последнее время резко подскочил. Оказавшись на свободе, мисс Макколл может воспользоваться первым же авиарейсом в Южную Америку и укрыться в стране, где на подобные преступления смотрят сквозь пальцы.
– Это подстрекательское заявление. Человека нельзя заключить под стражу на основании статистических выкладок, – парировал Бен.
Дерик постучал по столу молоточком:
– Прекратите, мистер Кинкейд. Суд и без вас в состоянии определить весомость аргументов обвинения.
Судья обратил свой взор на Майру:
– Даже учитывая вашу искреннюю озабоченность, мисс Манделл, я все же полагаю, что в данном случае мы не можем отклонить ходатайство о назначении залога. Хотя я вас прекрасно понимаю!
– Господи, спасибо тебе, – прошептал Бен. Он боялся, что Дерик откажет в назначении залога, чтобы насолить ему, Бену.
Дерик продолжал:
– Сумма залога будет равняться пятистам тысячам долларов.
– Спасибо, ваша честь, – улыбнулась Майра.
– Полмиллиона долларов! – воскликнул Бен. – Ваша честь, это невозможно!
– Мистер Кинкейд, вы хотите, чтобы я назначил залог, или нет?
– Ваша честь, моя подзащитная не в состоянии собрать такую сумму...
– Вы хотите, чтобы я назначил залог, или нет? – повторил Дерик, делая ударение на каждом слове.
Бен прикусил язык.
– Очень хорошо. Если у нас больше ничего нет...
– Еще одно, ваша честь, – сказал Бен. – У меня еще одно ходатайство.
– Слушаю вас.
Бен секунду поколебался, глядя на публику.
– Ваша честь, можем мы пройти в соседнюю комнату?
– Нет. Если вы хотите обратиться к судье с ходатайством, то огласите его публично.
– Но разрешите хотя бы подойти к вам поближе?
– Нет, адвокат, не разрешаю! – Дерик повысил голос. – Так что у вас за ходатайство?
– Ваша честь, согласно статье 28 Конституции Соединенных Штатов, раздел 455, мы отказываемся подчиниться вашему решению. Мы требуем, чтобы это дело рассматривал другой судья.
– На каком же основании? – Дерик злобно сверкнул глазами.
– Основание – ваша крайняя пристрастность и необъективность, ваша честь. Ваша неспособность вынести справедливое решение.
– Ваша честь, мы протестуем! – вскочила со своего места Майра.
Дерик повысил голос:
– Мистер Кинкейд, я требую объяснений!
– Ваша честь, я работал вместе с вами в одной юридической фирме.
– К счастью, не долго...
– Если быть точным, я работал непосредственно под вашим руководством.
– Конфликт между адвокатами, как вам известно, не является основанием для отстранения от дела. Если вы с этим не согласны, можете передать свои полномочия другому адвокату.
– И кроме того... Вы, ваша честь, работали в одной фирме с обвиняемой, с мисс Макколл.
Дерик посмотрел на Кристину:
– Я не помню мисс Макколл.
– Тем не менее вы вместе с ней работали.
– Вряд ли я сделаю послабление для человека, которого не помню.
– А вот это еще надо доказать, – пробормотал Бен.
– Вы утверждаете, что, занимаясь частной практикой, я имел какое-то отношение к делу мисс Макколл?
– Нет, сэр, я этого не говорил.
– В таком случае ваше ходатайство отклоняется, мистер Кинкейд. Более того: не исключено, что суд сочтет его оскорбительным и применит к вам санкции, которые нанесут ущерб вашему клиенту. – Он сделал многозначительную паузу. Затем опустил судейский молоточек: – Слушание дела откладывается!
Судья поднялся и стремительно направился к выходу.
Бен опустился в кресло рядом с Кристиной.
– Разве так необходимо было требовать его отстранения именно сейчас, публично?
– В противном случае он бы заявил, что я не воспользовался своими правами, не поднял этот вопрос при первой представившейся возможности. Я предложил ему обсудить его за закрытыми дверьми, но он предпочел сыграть на публику.
– Каковы размеры первой выплаты?
– По крайней мере пятьдесят тысяч.
– И вот что, Бен... Надеюсь, ты не забыл, что мои финансовые возможности весьма ограниченны.
– Я знаю.
– Бен... – Голос ее дрогнул. – Бен, я не могу, не хочу туда возвращаться. Это не... они не... – Глаза ее наполнились слезами.
Бен обнял ее за плечи.
– Я все понимаю. Что-нибудь придумаем...
Глава 13
Все изменилось со дня последнего визита Бена. Рояль, стоявший у широкого, выходившего на залив окна, переместился в центр комнаты.
Музыкальный центр стоял теперь рядом с белым сосновым шкафом. На окнах висели новые шторы. Появились новые кресла и новая, того же рисунка, обивка на диванах.
– А у вас тут все изменилось, – сказал Бен.
Мать Бена едва заметно кивнула:
– Надо же чем-то заниматься... Ведь дети меня не очень-то балуют своим вниманием.
Уже?.. А Бен-то надеялся, что она начнет этот разговор хотя бы через десять минут.
– В последнее время на меня столько дел навалилось...
Миссис Кинкейд разгладила складки на юбке.
– А предыдущие полгода?
– Но, мам, я же звонил тебе... недавно. Разве ты не помнишь?
– Ты позвонил мне на Рождество, если этот звонок имеется в виду. Тебя едва ли можно назвать "Лучшим сыном года".
– Мама, я прилагаю гигантские усилия, чтобы поднять свою юридическую фирму.
– Я в этом не сомневаюсь. Как не сомневаюсь и в том, что если бы ты поменьше возился с пьянчугами и жуликами, то чаще появлялся бы у меня. Хотя, конечно... Тебе добираться из Тулсы целых два часа!
– Здесь сложная дорога...
– Знаю, ездила.
– Ты приезжала в Тулсу?
– Да, приезжала. – С этими словами она налила в чашку тончайшего китайского фарфора чай из настоя целебных трав. – Я побывала там сразу после Нового года, когда стало очевидно, что ты не собираешься навестить мать в ближайшее время.
И решила сама посмотреть, чем это ты так занят.
– И где же ты была?..
– Ты так и не сообщил мне свой адрес, да и на твоих письмах обратный адрес не значился. Я отыскала только адрес твоего офиса. В "Желтых страницах".
Бен изучал узор ковра.
– Я целый час искала твой офис, – продолжала мать. – Откровенно говоря, я дважды проехала мимо, думала, что ошиблась улицей. Потом наконец сообразила, что это и есть твоя контора...
– Почему же не зашла?
– Хотела зайти, но в это время прямо у твоей конторы началась драка. Две крашеные блондинки в кожаных юбках вцепились друг дружке в волосы.
Бен сразу же сообразил, что это были Хони Чайл и Лэмб Чоп, постоянно сражавшиеся за расширение своих территорий.
Надо же – так неудачно выбрать время!
– Но я собралась с духом и припарковала машину, надеясь все же взглянуть на твой офис. – Она засмеялась. – Знаешь, я не против, когда люди умеренно выпивают, но когда мужчину в замызганном плаще вырвало на автостоянке, прямо мне под ноги...
Она поднесла чашку к губам и легонько подула на поднимающийся пар.
– И я решила, что лучше навещу тебя в другое время.
– Правильно решила. Твой "мерседес" растащили бы по частям за считанные минуты.
– Эта мысль приходила мне в голову. Послушай, Бенджамин, Тулса ведь довольно большой город. Мог бы подыскать для своего офиса место поприличнее.
– Мама, никто не имеет в начале своей карьеры обширной клиентуры. Приходится начинать с малого.
– Да, да. Конечно. Начинать всегда трудно.
– Ты не представляешь себе и половины этих трудностей.
На тебя постоянно давят крупные фирмы, использующие свои связи, и судьи тебе не доверяют, третируют... Потому что понимают: ты один, тебя никто не прикроет.
– Но этого можно было избежать... Я могла бы помочь твоему продвижению.
– Нет, ни в коем случае.
– Я говорила с Джимом Грегори. Он в тебе заинтересован.
– Заинтересован только по одной причине – ты его давняя клиентка и основной источник доходов. Нет, ни в коем случае.
– По крайней мере разреши мне помочь тебе деньгами.
– Нет. Никогда.
– Но у меня же достаточно возможностей.
– Если бы эти деньги предназначались мне... – Он покачал головой. Прикрыл глаза.
– Бенджамин, пожалуйста, не будем опять начинать этот разговор. Ты неправильно истолковываешь намерения своего отца. Твой отец хотел, чтобы ты не нуждался в деньгах.
