Наблюдаются и антропологические различия. Так, если население, погребенное на Кайбельском и Больше-Тарханском могильниках, обладало несколько более монголоидными признаками, то люди, захороненные на Танкеевском и Тетюшском кладбищах, имели более европеоидные черты и сближались с местным населением Прикамья.
Разные истоки племен, составивших основу населения Волжской Булгарии, а также борьба за власть в формирующемся государстве нередко приводили их к вражде между собой. О неподчинении царю Алмушу племени сувар сообщает Ибн-Фадлан[48]. Персидский аноним в своем сочинении «Худуд ал-Алем» пишет: «Их три группы: бахдула, ишкиль и булгар; все они находятся в войне Друг с другом; когда же появляется враг, они становятся друг с другом друзьями»[49].
Весь этот конгломерат племен в начале X в. иногда выступал под общим собирательным именем «сакалибе» или «ассаклаб», в чем следует усматривать сохранение традиций, уводящих нас в области Нижнего Поволжья и Прикаспия первой половины VIII в. Имя «саклаб» несколько позднее (в XII веке) возрождается в имени города гузов на Нижней Волге Саксина, где кроме гузов жили также хазары, булгары и сувары. В 1229 г. саксины, уже упоминаемые как особый народ, искали убежища от монголов в булгарской земле. По-видимому, еще до XIII в. сохранялись определенные родственные связи между саксинами Нижнего Поволжья и Прикаспия и булгарами-саклабами Волго-Камья.
Племена, входившие в основной состав населения ранней Булгарии, в культурном и языковом отношении были близки к своим тюркоязычным соседям. Источники X в. сообщают о сходстве культуры (одежды, построек), быта и обычаев (полукочевой образ жизни, погребальные обряды) и языка раннебулгарского населения с культурой, обычаями и языком хазар, печенегов, гузов и буртас. О родственных отношениях булгарской и гузской знати упоминает Ибн-Фадлан — дочь гузского хана была замужем за булгарским царем Алмушем[50]. Поэтому следует считать, что основная масса племен булгарского объединения была тюркоязычной. Тюркоязычность булгар и других племен, в частности, нукарда-берсула, отмечает и Масуди. Да этой неудивительно, так как преобладающее ркружение Волжской Булгарии X в. составляло тюркоязычное население. Марвази писал: «Булгары, мусульмане воюют с неверными из тюрок, совершая против них походы, так как неверные вокруг них»[51]. В число этих неверных входили кимаки (кипчаки), гузы и печенеги на юго-востоке, мадьяры и башкиры на востоке, буртасы на западе, ису или вису на северо-востоке.
Кимаки (кипчаки) во второй половине X в. уже приблизились к Восточной Европе и вышли в западное Приуралье. Их кочевья на южном Урале восточнее р. Белой отмечают Истахри и Хаукаль. Они, в частности, сообщают, что р. Итиль (имеется в виду р. Белая, впадающая в Каму, и далее Кама, впадающая в Волгу) «течет между Кимакией и Гуззией, затем она выходит к западу по Верхнему Булгару»[52]. В этом районе позднее встречаются и характерные для кипчаков-половцев каменные бабы. В бассейне р. Яика к югу и западу от р. Белой, т. е. на юго-востоке от Булгарии, располагались обширные кочевья тюрок-гузов и родственных им печенегов (баджанак). Здесь их по пути в Булгарию встретил Ибн-Фадлан[53]. Гузы кочевали между Аралом, Каспием и Яиком, а западнее и северо-западнее их территории, между Яиком и Жигулями, простирались обширные кочевья печенегов; северными и северо-восточными соседями которых были кимаки-кипчаки.
На юго-запад от Булгарии на расстоянии трех дней пути начиналась область расселения буртас, по Масуди — народа из тюрок[54]. Последние также подчинялись булгарам. Ибн-Русте по этому поводу сообщает: «Булгар граничит со страной буртас» и булгары «производят набеги на них (буртас), грабят их и в плен уводят»[55]. О генетическом родстве булгар и буртас и происхождении их от кимаков-куман свидетельствует отмеченное выше булгаро-татарское предание, по которому Булгар и Буртас были родными братьями, сыновьями легендарного богатыря Кумана (Кимара), или Алпа. Об этнической близости булгар и буртас, входивших в мир тюркоязычных огузо-кипчакских народов, говорят находки на территории Буртасии и Булгарии медных статуэток «уродцев», семантически связанных с древнетюркским культом[56].
Так называемая «Маклашеевская всадница» — бронзовая скульптура IX–X вв., связанная с генеалогическим культом булгар и буртас.
К западу и северу от территории ранней Булгарии находились земли, в основном занятые финноязычным населением. Так, в Среднем Посурье и далее на запад в Сурско-Волжско-Окском междуречье жила мордва. С ней довольно тесно контактировали буртасы. К сожалению, до сих пор не установлен характер культуры населения современной территории Чувашии к западу от р. Свияги, т. е. к западу от земель булгарских эсегелей. Вполне вероятно, что здесь — в бассейне р. Цивиля и нижнего течения р. Суры — уже располагались отюреченные финно-угорские предки чувашей. Но эти районы не входили в состав основной территории Булгарии, о чем свидетельствует отсутствие здесь как ранних, так и поздних типично булгарских памятников[57].
По левому берегу Волги вплоть до р. Казанки и далее р. Вятки в X в. располагались древнемарийские племена, оставившие Борисковский могильник и древнемарийские мольбища в окрестностях Казани. В среднем течении Вятки и далее на восток обитали древнеудмуртские племена, которые на р. Чепце и средней Каме контактировали с тюрко-угорским населением, вошедшим позднее в состав бесермян, чепецких (нохратских) и бартымских (гайнских) татар. Может быть, эти тюркизированные группы населения имеют в виду источники X в., называя бассейн среднего течения р. Камы в районе устья р. Белой Верхней Булгарией и иногда размещая здесь область печенегов — «на восток и юг от болгар — горы, к западу р. Итиль, на севере — область печенегов»[58]. О родстве этих племен с населением ранней Булгарии свидетельствуют значительные параллели в языческом погребальном обряде и инвентаре Танкеевского, Тетюшского и других могильников Булгарии с погребальным обрядом, инвентарем синхронных могильников северо-западной Башкирии, бассейна Средней Камы и Чепца.
Таков был этнический состав населения Волжской Булгарии и пограничных с ней областей на рубеже IX–X вв., на основе которого с упрочением экономического и социального организма булгарского государства начинается оформление булгарской народности.
Предпосылки формирования булгарской народности
В X–XI вв. в условиях экономического, политического и культурного роста Волжской Булгарии как монолитного государства с устойчивой территорией и социально-политическим строем складываются предпосылки формирования единой булгарской народности, или, что вернее, булгарского народа.
Обязательным условием сложения этнических общностей типа народности и нации следует считать наличие общей территории, единого государства, установление тесных экономических связей между отдельными районами этого государства, сходство или однотипность быта и культуры сливающихся в народность этнических групп и наличие общего или, по крайней мере, понятного всему народу языка. Побочными факторами, способствовавшими этнической консолидации, могут служить такие надстроечные категории, как религия, система
