куда-нибудь можно.
И пусть всякие Миланы и ее подружки поголовно занесли меня в черный список! Я просто так не сдамся!
– Выглядишь так, словно на кухне вместо блинов нас стадо барабашек ждет.
Пришлось остыть и сестру по щеке потрепать. Она же тоже волнуется и уже слишком много понимает.
– Да просто мне в магазин надо отъехать, представляешь, воск специальный закончился, а я только что вспомнила.
Ага. Сегодня весь воск закончился. Прямо под поддоном. Я же потом дождалась, пока они плитку снимут, но там вместо моего дорогущего чемодана с оборудованием была лепешка.
Плакать хотелось, но сдержалась. А потом злилась, когда набрала не меньше чем двадцати девочкам и у всех оказалась в черном списке. Не поленились же!
Так остро сейчас, жуя восхитительный бабушкин блинчик, захотелось доказать всем этим мажорам, что они не на ту напали! Кто бы ниустроил мне эту травлю, он должен пожалеть. Только вот как это сделать?
Правильный ответ, Рвач, никак! Потому что доступа в их тусовку нет и не будет. Причем никогда. Так что надо стрясти с Гауфа денег на новое оборудование и менять место дислокации.
Быстренько уничтожив три блина, полезла в интернет. Они могут меня засунуть в черный список, но не знают, что я расписание их компашкиза столько лет успела выучить наизусть.
Сегодня они идут тусить на Карлуху. Там на тачках будут стоять, музон на весь мост слушать. Кальян курить да бухать. Тем более сезон кончается… Решено.
Мне всего-то и надо незаметно Гауфу бумажку со списком передать. Просто передать, и все. Что сложного?
– Ты куда, Эмма? – обеспокоенно спросила бабуля.
– За воском она, баб, не переживай!
Томка подмигнула, а мне стало немного не по себе от того, что я их обманываю. Но все во благо.
Поцеловав нашу самую любимую в щеку, наказав Томке не ходить за каштанами (и зачем я ей про них напомнила), пошла на выход. У меня машины не было.
Поэтому до Карлухи добиралась на трамвае. От дома это далеко, зато удачно можно по прямой без пересадок. Пока полтора часа тряслась в скрипучем трамвае, столько всего успела передумать.
Про Гауфа в основном. Не откажет? А что будет, если все же сейчас при всех он заднюю даст? Наверное, не стоило ехать… Но упустить возможность страшнее. Я же не собираюсь влипать в неприятности и всем на глаза показываться, верно?
Глава 17. Эмма
Трамвай останавливался в пяти минутах ходьбы от самой площади, но, едва выйдя из вагона, я поняла, что сегодня тут какое-то невероятное действо.
Это явно не просто одна из еженедельных тусовок. Уже хотела было развернуться, но резонно заметила, что в такой толпе и при таком шуме стану незаметной практически для всех.
Неуверенно пошла по направлению к светомузыке. Сегодня был какой-то невероятный наплыв людей. И в основном молодежь. Хотя по сторонам кучковались и ребята постарше.
И почти все на мотоциклах. В дальнем углуплощади даже старичков на «Харлеях» заметила. Есть у нас сообщество в городе. Туда мне точно ходить не стоит.
Неровен час узнают, снова придется отбиваться. Уже один раз был случай не самый для меня приятный. Знаю я этих любителей. Седина в бороду, бес в ребро…
Я пошла к самой громкой музыке и самой большой кампании. Признаться, в крови играл адреналин, глаза наверняка блестели аки прожекторы.
Внутри был странный, но столь знакомый трепет, и, как я ни пыталась засунуть его обратно, у меня не получалось. Я скучала. Да кого я обманываю?!
Можно сколько угодно любить эпиляцию, охать над размеренной жизнью и наслаждаться прекрасным, но… Слишком долго адреналин и все, что с ним связано, было частью моей жизни.
Я глазела на дорогущие мотоциклы, тачки, квадрики. Прикусывала губу от досады, потому что не узнавала моделей. Все такое новое, современное! Я сильно выпала.
Гауфа заметила сразу. Он сидел немного в стороне на каком-то очень крутом байке. Сомневаюсь, что его. Клиентки не раз говорили, что на мотиках он из принципа не катается.
Типа только на трассах специальных, да в экипировке. А так предпочитает свою спортивную тачку. Сейчас же он так органично смотрелся с этим зеленым красавцем…
Он меня не видел, а я старалась двигаться как тень. Главное, чтобы меня не заметил никто. Да, в принципе, не должны. Выгляжу я как простая залетная прохожая. Ни капли кожи и латекса, ничего обтягивающего.
Толстовка оверсайз и джинсы. Кеды тоже простые. Ничего выдающегося. Я сейчас просто подойду к Гауфу, список отдам, и все. Я уже сжимала его в руке.
Ладонь вспотела от волнения. Да что это со мной?! Проблема в том, что все было не так. Кого я обманываю? Мне нравится здесь. Нравится этот дух, так что рыдать от злости на саму себя хочется.
Потому что я не имею больше права на эту жизнь. Я от нее отказалась раз и навсегда! Мне Тому воспитывать, я больше никогда рисковать не стану!
Осторожно пробиралась к Гауфу. Сделаю и уйду. Просто уйду. Но разве могу я влезь в это и выйти сухой? Сбоку раздался противный знакомый голос:
– А кто это у нас здесь? Писькодралка! Что такое, девочка, всех клиентов распугала?
Я развернулась и встретилась взглядом с Адой-аденоидом. Вот кто смотрелся среди всего более чем органично. Я бы ей не слегла за двадцать дала, а наоборот: все тридцать, настолько она вырядилась!
Сжала руки в кулаки. Не стану вступать в спор, отдам Гауфу список и уйду. Словно по иронии судьбы стало тихо и насмешливый голос прозвучал едва ли не на всю площадь:
– Валила бы отсюда. Писькодралок мы не вызывали. Или отрабатывай с мужиками свои навыки в другом месте. Здесь на тебя никто не позарится.
Я остановилась. От унижения глаза защипало. Стало так противно, что захотелось развернуться и треснуть ей. Подняла глаза и встретилась взглядом с Гауфом.
Он нахмурился. Слышал все. А тут еще я к нему шла. Ну просто верх попадалова. Он, небось,сейчас вид сделает, что мы незнакомы. Но, к моему удивлению, парень нахмурился, а потом перекинул ногу через мотоцикл.
Я напряженно наблюдала, как он медленно, практически в тишине (насколько это было вообще возможно на площади с кучей тачек и мотиков) заводит зеленого красавца. Мотор заурчал мягко, маняще. Мурашки прошлись от макушки до пяток.
Он же не ездит на мотоциклах!
– Я сказала, вали отсюда. Все тут знают, как ты мужикам…
Мотор взревел, перекрывая слова девушки. Народ вокруг либо
