Читаем без скачивания За троном. Царская милость - Юрий Корчевский

Дом дьяка по меркам московской знати скромный – деревянный, хоть и в два этажа. Земельный участок небольшой, дорогая в Москве землица.

На земле, уже внутри двора, солома набросана, притоптана ровным слоем, дабы жильцы да гости обувь не испачкали. Только челядин калитку за Алексеем закрыл, как на крыльцо дьяк вышел, следом жена его с ковшом сбитня, по обычаю. Дьяк с крыльца сбежал, сделал несколько шагов навстречу гостю. Если гость и хозяин ровня, встречали посредине двора, если хозяин по положению выше, стоял на крыльце, поджидал гостя. А уж если хозяина боярин посетил, что редко бывало, либо сам государь, хозяин самолично ворота открывал, а не калитку и встречал у ворот, а то и на мостовой. Уважение к чину явить, к гостю дорогому. Въехать во двор верхом на коне мог только государь, остальные коня в поводу во двор заводить должны, иначе – хозяину обида.

Встретились дьяк и Алексей, обнялись, облобызались троекратно, по обычаю. Дьяк уже жене рукой машет.

– Корец сбитня гостю!

Алексей обычаи знал, многие веками не менялись, как и уклад, по домострою жили да по Правде. Гость корец сбитня опростал, корец перевернул, дабы хозяин видеть мог – не осталось ничего, зла не затаил. Корец Алексей хозяйке вернул, поцеловал. Дьяк кивнул довольно – обычаи соблюдены, хозяйской чести урону нет, гость уважение выказал. Теперь можно в избу пройти.

Войдя в трапезную, Алексей к красному углу оборотился, осенил себя крестным знамением, все же православный он. Гостя по правую руку от хозяина за стол усадили, на почетное место. Слева обычно жена сидела.

Разговор сначала о погоде зашел, о видах на урожай. Никто и никогда не начинал беседу с деловых вопросов, неприлично. Потом плавно разговор на цены на торгу перешел.

– А не отобедать ли нам? – предложил дьяк.

– Почему бы и нет?

– Эй, слуги! Пошевеливайтесь там!

Кухарки да прислуга сигнал явно ждали. Дверь в трапезную отворилась, череда челяди быстро накрыла на стол. Дьяк явно расстарался. В кувшинах пиво, вино италийское и рейнское, мед стоялый.

На заедки капуста квашеная, огурчики соленые, брусника моченая. А следом внесли белорыбицу, исходящую паром и ароматом, затем блюдо с запеченным гусем с яблоками, колбасу кровяную. Да миски с пряженцами с разной начинкой – с мясом, рыбой, луком и яйцом и сладкие, с яблоками. А поперва перед каждым миску со щами поставили, рядом хлеб духовитый, теплый еще. Весь стол яствами уставлен, а слуги все несут – рыбу копченую, орешки в меду, кур, запеченных на вертеле. Уже стол заставлен.

Дьяк руку поднял.

– Хватит пока. Чего-то хозяйки и домочадцев не вижу.

Из внутренних дверей жена дьяка вышла. Переодеться успела, да за ней двое девочек и девица простоволосая. Замужние кипу на голове носили, незамужние голову не покрывали.

Домочадцы легкий поклон батюшке отбили да гостю, уселись на лавке. Дьяк молитву счел, без этого к трапезе приступать нельзя.

Хозяин спросил Алексея:

– Что пить будешь, гость дорогой?

– Плесни чего и себе.

Хозяин вина гостю налил в кружку, потом себе. Тоже признак уважения, почета. В ином случае челядин наливал бы.

– Доброго здоровья на многие лета всем!

Выпили, в полной тишине к щам приступили. Вкусно! И щи хороши, а хлеб вообще превосходный. Видимо, кухарки опытные. Хлеб в домах всегда пекли в своих печах, не покупали.

Алексей на Агафью поглядывал. Не пялился, это неприлично, мимолетом взгляды кидал. Уж он-то знал, что перед ним будущая царица. Скромница, глаз не поднимает. Красота естественная, ни брови не чернила, ни румянами не пользовалась.

Волосы – как шелковые, зубки ровные, белые – показатель хорошего здоровья.

Домочадцы к рыбе приступили, вместо пустых мисок из-под щей кашу гречневую поставили, обильно сдобренную маслом. Под рыбу да гуся уж очень славно. Домочадцы не спешили, но и не засиживались. Сыта отпили, пряженцев отведали, батюшке поклонились. Алексей обратил внимание на Агафью. Как ходит, легка ли походка, ровен ли стан. Заметил, что дьяк за ним наблюдает.

Когда домочадцы ушли, вдвоем за столом остались. Хозяин еще вина налил. Неплохое вино – виноградное, заморское. Не обычный сидр, как на Руси делали. Выпили немного, отдали должное белорыбице. Выпитое сказывалось. Лица раскраснелись, языки развязались.

Дьяк выжидающе на Алексея посматривал. Сам разговор о племяннице заводить не хочет, ждет, когда Алексей свое мнение скажет. Оба понимали, что не просто Алексей к дьяку зашел, на смотрины.

– Семен Иванович, а что же родители Агафьи?

– Так отец ее от ран умер, мать тоже больна. У меня воспитывается вместе с двумя младшими сестрами.

– Вон как!

Дьяк слова Алексея неправильно истолковал.

– Не смотри, что безотцовщина. Я ее как родную дочь воспитывал. И приданое будет. Али не показалась она тебе? – обеспокоился дьяк.

– Не показалась? Да ведь и я не богат. Скажу как на духу. Настоящий бриллиант!

Дьяк выдохнул, глотнул вина из кружки.

– Прости, Алексей, но чувствую – колеблешься ты.

– Верно. А все потому, что бриллиант сей засверкает в хорошей оправе.

Дьяк задумался.

– Мы люди простые, ты понятнее скажи, не дойдет до меня что-то.

– Лучшего она достойна. Женой царской!

Дьяк не сдержался, охнул. Потом встал, одну дверь открыл, посмотрел – не подслушивает ли кто? Другую. Потом уселся.

– Государь жениться надумал? Я не слышал что-то.

– Юн еще, потому опекуны при нем. А как женится, самостоятельным станет. Думаю – приглядывается.

– Есть ли на примете у него кто?

– Пока нет.

– Так по традициям смотр невест должен быть. Не объявляли пока.

– Семен Иванович! Подсуетиться надо. Как-то свести Агафью и Федора. Вроде случайно.

– Легко сказать! Где царь и где мы?

– Помогу я тебе. Государь в храм ходит, окрепнет после болезни, на крестные ходы являться будет. Я тебе подскажу, когда и где он появится. А там уж как повезет.

– Сомневаюсь я.

Дьяк помолчал.

– Положа руку на сердце, тебе-то какой интерес?

– Сам подумай. Ты же почти тестем будешь. Чин не официальный, но при дворе вес большой иметь будешь.

– Ну да, понял. Сейчас ты мне поможешь, а потом я тебя отблагодарю.

– Заметь, не я это сказал.

– Ох, грехи мои тяжкие! И племянницу замуж отдавать пора, время выходит. И страшно. Государь все-таки! К тому же беспокоюсь я – не помрет ли?

– Не помрет, раньше врагов своих похоронит.

– Тогда на Господа уповать остается. Сведет вместе Агафью и государя, стало быть – так тому и быть.

– Господь нашими руками действует, о том помнить надо.

Дьяк перекрестился. Не монах он был, дьяк Монастырского приказа. Но в Бога верил истово.

Расстались шибко довольные друг другом. Не смотрины получились, а настоящий сговор, даже заговор. Алексей доволен был, в правильное русло разговор повернул. Жениться не обещал, чем Заборовского не обидел. Наоборот – высокую перспективу для племянницы показал. Хоть и чин у дьяка не высок, но все же отныне они соратники, приятели. Обоим такие отношения на пользу. Семен Иванович впоследствии, через женитьбу царя на Агафье, думным дьяком станет, возвысившись.

Вернувшись, сытый, слегка пьяный, довольный вечером, Алексей сбросил сапоги, снял кафтан, рухнул на кровать и тут же с воплем вскочил. Кто-то побывал в его покоях, высыпал на постель битое стекло.

Разозлился! Сколько можно исподтишка пакостить?

Собрал одеяло в охапку вместе со стеклом, в стрелецкий полк отправился. Надо со стрелецким полковником посоветоваться, глядишь – поможет по старой памяти.

Несмотря на позднее время, полковник на службе был.

– Алексей? Ты чего с одеялом? Никак у нас в воинской избе ночевать решил?

– Смотри.

Алексей одеяло на стол положил, развернул. От света свечей стекло заблестело.

– Богатый враг у тебя появился, – озаботился полковник.

– Почему так решил?

– Стекло дорогое, в основном из Венеции возят. Берегут, поскольку денежки изрядные плачены. Не пожалели для тебя разбить.

– Знать бы – кто? А еще лучше за руку поймать! Дай стрельца в охрану у моих дверей.

– Не могу. Чином ты пока не вышел. Да и сам подумай. Поставлю стрельца, никто к дверям не подойдет, но другой способ пакостить придумают.

– Подскажи!

Полковник задумался.

– Колокольчик за дверью поставь. Откроет посторонний, он зазвенит, сигнал подаст. А стрельца я дам. Недалеко от тебя, за поворотом, небольшая ниша есть. Стрелец там будет находиться. Услышит колокольчик, тебя известит. Тогда уж не медли. И дальше твое дело. А полк мой и стрельцы нигде замешаны не будут.

– Ловко придумал. Не забуду.

– Я с утра плотника пришлю, он колокольчик приладит.

– Нешто колокольчик так быстро сыщешь?

– Чего его искать? На старой карете есть. Снимем – и вся недолга.

Получилось быстро. Утром, едва Алексей встал, в дверь постучали. Алексей открыл. Судя по набору в руке с инструментами – плотник.