Метрах в пятнадцати от нас, возле пролома в ограде, тихо забасили.
- Ну и где эти суки? Не видно ни...
- Да к дороге побежали, к остановке, куда же еще...
Ирма мелко затряслась, зажав рот ладонью, - ее разбирал нервный смех. От гримас Яна, с беззвучным "Хватит колоться!", Ирма тряслась только сильнее. В конце концов Ян склонился к ней и поцеловал, чтобы хоть как-то побороть душивший ее смехом.
- Да, ребята, с вами не соскучишься...
Не переставая смеяться, Ирма пыталась вытряхнуть из волос застрявшие листочки.
- Нам тоже было очень приятно с вами, сударыня, - сказал Ян и взял ее за запястье. - Даже жаль расставаться.
- А я разве куда-то тороплюсь? - Ирма удивленно посмотрела на его руку на своем запястье, попыталась улыбнуться, но улыбка вышла жалкая.
- Боюсь, ваше желание не имеет значения. Всему приходит конец.
Ирма дернулась, но Ян крепко держал ее. А на правой руке у него опять была боевая перчатка.
- Что...
- Если угодно, можете считать это расплатой. За Филина.
Ян сжал кулак и ударил. Ирма с неожиданной силой рванулась назад, но вырвать руку из хватки Яна не смогла. Четыре ножа вошли ей под правую грудь между ребер.
Ирма закричала. Закричала низким, совершенно изменившимся голосом. Похожим не то на вой волчицы, не то на рев медведицы. Ее рот широко открылся, из-под верхней губы влажно сверкали два клыка.
А кровь... Крови не было.
Ее не было, даже когда Ян вырвал ножи из тела.
Он отвел руку назад, чтобы ударить вновь - и в этот момент раздался выстрел. От кармана Ирмы, куда она успела сунуть свободную руку, брызнула струя раскаленного пороха. Яна дернуло назад, словно кто-то толкнул его в грудь.
На его лице застыло удивление, занесенная для удара рука опала, он пошатнулся. Его голова наклонилась вперед, словно он хотел посмотреть - что там, в его груди.
Потом он упал.
Ирма вырвала пистолет из кармана. Оскалившись - я все время видел ее клыки, тускло блестевшие даже в темноте, - она водила пистолетом, целясь то в меня, то в Яна. Будто боялась, что он вскачет, как ни в чем не бывало, и опять набросится на нее.
Под левой грудью в ее черном джемпере виднелись четыре ровных разреза. И - никакой крови. Если кровь и была, это было несколько капель, они даже не смочили шерсть вокруг разрезов.
Ирма смотрела на меня, смотрела на неподвижного Яна, - напрягшись, словно кошка перед прыжком. На груди у Яна росло черное мокрое пятно, на лице Ирмы проступало удивление. Словно ее удивляло, что схлопотав в грудь пулю Ян упал и теперь истекает кровью.
Ее оскал медленно, как-то неуверенно, начал превращаться в улыбку. Потом она засмеялась.
Я шагнул назад, но уперся спиной в надгробие.
- Не дергайся, красавчик, - сказала она.
Низким, своим настоящим голосом, больше не притворяясь сладкоголосой блондиночкой-нимфеточкой. Этот голос был низкий и грудной, почти с хрипотцой. Отрывистый и какой-то обреченный, как лай охрипшей волчицы, зажатой между охотниками и псами.
- Боже мой... Я же поверила, что вы настоящие... Я... А вы психи... Просто психи... И решили - что я тоже шизофреничка? Из компании придурков, верящих в вампиров и охотящихся на них? Так?
Ирма опять засмеялась. Грудным, резким смехом - словно лаяла.
Не спуская с меня пистолета, она достала левой рукой телефон, вызвала из памяти номер. Зеленоватый свет от экрана освещал ее ухо и часть шеи - в этом свете они казались мертвым, начавшим разлагаться куском трупа.
На третьем гудке телефон ожил.
- Это я, - сказала Ирма.
- В чем дело? - пропищала трубка.
Это был мужской голос. Наверно, он тоже был низким и грубым. Но из телефонной трубки, прижатой к уху Ирмы, он доносился до меня комариным писком.
- Все кончено, - сказала Имра. - Можешь не торопиться. Я с ними разделалась.
Трубка что-то запищала. Пищала долго, но я ничего не мог различить.
- Расслабься, - сказала Ирма. - Нет у них никакого клана. Это не вампиры, это придурки. Просто психи. Они даже не верят в вампиров. И решили, что я тоже такая же ненормальная. Придурочная на всю голову, охотница на вампиров... - Ирма хмыкнула. Замолчала, прислушиваясь к трубке. - Нет, мы не поехали по дороге. Мы где-то в середине кладбища... Я же говорю! Эти придурки и не собирались везти меня на знакомство с кем-то из их клана! Нет у них никакого клана! Они решили порешить меня тут же, между могил... Да. Подъезжай к выходу из кладбища и посигналь, если я заплутаю. Кругом одни могилы, куда идти, непонятно... Что? Да, да, уверена. Мертв. Точно мертв. Да точно, точно! У него кровь идет... Что - второй? Ах, второй... Ну, он живой. Пока. Должна же я поиметь что-нибудь приятное со всего этого? Да, я собираюсь мило поужинать. Если хочешь, могу подождать тебя, вместе поедим. Он сладенький, вдруг и тебе понравится?..
Трубка взорвалась неразборчивой тирадой. В этой комариной арии я различил только нотки возмущения. Ирма засмеялась - зло и резко, как будто залаяла.
- Да знаю я, знаю. Не заводись. Я уже десять раз слышала, как ты всех этих извращенцев, а также цыган, евреев и прочую шваль рода человеческого на мыло и кожу переводил... Помню. Все помню. Лучше скажи, через сколько ты будешь там?.. Хорошо, тогда через двадцать минут... И тебе чмок, мой арийский крысеночек.
Ирма сунула телефон в карман. Пнула Яна.
- Твой приятель-фантазер совершенно прав, красавчик. Был прав... Кланы враждуют. Но иногда случаются и ошибочки. Обозналочки-перепуточки... Сейчас, с этой блэкушной волной, столько психов на этой теме поехало... В общем, ничего личного. Считай, что тебе просто не повезло. Если честно, ты мне даже начал нравиться.
Ирма перешагнула через тело Яна.
Я дернулся назад, но там была плита.
- Не бойся, красавчик, - улыбнулась Ирма. - Это не больно. Это как вскрыть вены, лежа в горячей ванне. Ты просто провалишься в сон. Только за тебя все сделаю я, тебе даже не придется вскрывать вены, и холодно не будет. Лишь два комариных укуса в шею - и все... И обещаю, трупы ваши вывезут почти на катафалке. На машине стоит такая симпатичная мышка, почти как ты...
Улыбка Ирмы завяла. Она замерла в каком-то полуметре от меня, почти дыша мне в лице. Ее улыбка свернулась, как сворачивается бутон цветка, когда заходит солнце.
- Не коси глазом, красавчик... Я все равно не поверю, что за моей спиной кто-то есть. Не глупи, все равно тебе от меня не убежать... Перестань, к чему сопротивляться? К чему лишняя боль? Давай сделаем это нежно...
Я уже и не косил глазом.
Ян за спиной Ирмы перестал прикидываться дохлой мышью. Медленно и бесшумно, умудрившись не скрипнуть кожаным плащом, он поднялся с земли.
Я поднял лицо к небу, чуть склонил голову. Не то, чтобы мне очень хотелось разглядывать темные тучи. Но я по себе знаю, как это заводит вампира - пульсирующая жилка под кожей, по которой струится кровь. Сама кровь на вкус так себе, на любителя. Но вместе с ней в тебя переходит ни с чем не передаваемый прилив сил... Прилив чужой жизнь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
